Светлана Соловьева – Ангел мой. Второй роман трилогия «Повернуть судьбу» (страница 6)

Она подошла к Тоне и села рядом.

– Помни и люби себя! – взяв её за руку, говорила Аля. – Ни в коем случае не думай, что всё, что с тобой случилось – это грех и что после случившегося ты стала грязной. Это не так! Помни, что это произошло против твоей воли. Ты просто не смогла этому противостоять, потому что ты женщина, ты слабее, но не копи вину в себе. Тоня, я не дам тебе допустить ту же ошибку, я помогу тебе! Давай начнём с того, что ты всё поменяешь в жизни. Всё и работу, и жильё, и друзей. Начни с чистого листа! И вот увидишь, что в новой обстановке всё быстро забудется. И будешь жить, как нормальный, полноценный человек. Люби себя и люби свою жизнь, и помни, что ты обязательно кому-то будешь нужна! – посмотрев на внимательно слушающую девушку, Аля серьёзно проговорила: – Я не обещаю тебе, что будет легко и как по волшебству всё забудется, но ты должна помнить, что всё зависит от тебя и только от тебя! Первое с чего начни, это поставь перед собой цель, достигнешь её, ставь следующую. Неважно какая будет цель, лишь бы было к чему идти и изо всех сил стремиться.

Тоня задумалась. Глаза были полны слёз, но в них уже не было тупой боли. В них светилась искра.

– Я не хочу возвращаться в общежитие. Там все всё знают. И на завод тоже не вернусь. Он там… я не выдержу встречи.

– Значит, начнём новую главу, – улыбнулась Аля. – Уволишься, переедешь ко мне. Потом устроишься ко мне на фабрику. У нас есть общежитие. Всё обустроим.

– А вы точно… не передумаете? – с надеждой, но и опаской спросила Тоня.

– Не передумаю. Ты не просто случайная гостья. Ты человек, которому можно и нужно помочь. И ты справишься. Только прошу, не думай, что ты виновата. Ты не грязная. Ты живая. Сильная. И ты будешь счастлива!

– Аля… – голос Тони дрогнул. – Вы, правда, как ангел. Мой ангел.

– Пусть будет так, – мягко ответила та. – А теперь вставай. Идём обедать. Новая жизнь не ждёт.

Тоня медленно поднялась. Ноги немного дрожали, но взгляд был твёрже. Она поправила халат, взглянула на Алю и шагнула вперёд. За дверью пахло пирогом, корицей и надеждой.

Глава 9: «Неожиданное рядом»

Накрыв стол, хозяйка сидела у окна в ожидании. Появление этой девушки взбудоражило воспоминания. Она смотрела на улицу, а в голове мелькали кадры того страшного дня. Тогда плохо было не только Але! Они с мужем перенесли эту трагедию очень тяжело. Никто в доме, никогда не говорил об этом, но все вспоминали и думали. Трудно такое выкинуть из головы, из памяти.

– Аля, как подругу-то зовут? – тихо, будто стесняясь задеть гостью, спросила она у дочери, расставляя перед ними тарелки с дымящимся супом.

– Извини, мама, совсем забыла, – улыбнулась Аля, протягивая руку в сторону Тони. – Это – Тоня. Тоня, это моя мама, Серафима Ивановна.

– Тонечка, зови меня тётей Симой, – тепло, с мягкой интонацией произнесла хозяйка, ласково глядя на гостью. – Мне так больше нравится, по-домашнему.

– Спасибо вам! – тихо ответила Тоня, немного смущённо улыбнувшись.

Серафима Ивановна поднялась и повернулась к плите, спиной к девушкам. Тоня не заметила, как у хозяйки задрожали плечи, как с глаз скатилась слеза. Но Аля всё поняла и встала, чтобы помочь матери. Она молча подошла, положила руку ей на плечо.

– Мама… всё хорошо, – прошептала она.

– Тоня, а ты чем, кроме работы на заводе, занимаешься? – уже бодрее, чтобы разрядить обстановку, спросила Аля, ставя чайник на плиту. – Ну, что ещё умеешь делать, расскажи.

– Я учусь, – Тоня постаралась ответить спокойно, но голос всё же дрогнул.

– Где? – оживилась Аля, поворачиваясь к гостье.

– В институте Лёгкой промышленности. Уже на третьем курсе.

– Да ты что?! – Аля, резко опустившись на стул, наклонилась вперёд, с интересом глядя на Тоню. – И кем же ты будешь?

– Я… Я хочу стать модельером, – Тоня сказала это сдержанно, но в голосе зазвучала лёгкая надежда, словно она только сейчас позволила себе поверить, что эта мечта возможна.

– Вот оно что! – воскликнула Аля и встала. Её глаза загорелись, и она принялась расхаживать по кухне. – А я-то всё думаю, где же я тебя видела? Лицо такое знакомое, а вспомнить никак не могу, где именно…

Серафима Ивановна внимательно слушала, поглядывая то на дочь, то на гостью. Лёгкое волнение снова промелькнуло в её взгляде.

– Мама, ты знаешь, кто эта девушка?! – с каким-то почти детским восторгом продолжала Аля, оборачиваясь. Обе женщины: и Серафима Ивановна, и Тоня с интересом уставились на неё. – Мама, помнишь, я рассказывала тебе про студентку, что выиграла конкурс в институте? За чёрное пальто с белым воротником-шарфом!

– Аля, неужели это она? – Серафима Ивановна снова подошла к столу и села, не отрывая взгляда от Тони. – Тоня, это вы придумали то пальто?

– Я?! – удивилась та, вытянув слог. – А вы откуда знаете?

– Тоня, да я же была в комиссии! – воскликнула Аля и хлопнула ладонью по спинке стула от радости. – Это была ты! Я тогда ещё сказала: талант, настоящий талант!

– Вы? – окончательно растерялась Тоня.

– Да, я! – подтвердила Аля. В комнате повисла короткая, напряжённая тишина. Аля резко повернулась к Тоне: – Теперь всё! Никаких заводов! Так что завтра с утра, чтобы не было прогула, идёшь увольняться, а потом в новую жизнь, к нам на фабрику. И не просто работать, а пойдёшь помощником модельера, в мой цех. Ты понимаешь, какой шанс тебе выпал?!

Серафима Ивановна сдержанно улыбнулась, слушая, как дочь увлечённо убеждает гостью. Она уже чувствовала, как между девушками зарождается что-то настоящее: дружба, уважение, поддержка.

– Спасибо, тётя Сима, всё очень вкусно! – с благодарностью сказала Тоня, доев суп. Затем повернулась к Але: – У меня не будет прогула. После праздников начинается учебный отпуск. Сессия.

– Тем более! – оживлённо продолжила Аля, снова заходив по кухне. – Тогда делаем всё наоборот. Сначала на фабрику! Решаем вопрос с трудоустройством, общежитием, потом на завод. Когда заканчивается сессия?

– Двадцать восьмого мая.

– Прекрасно! Значит, всё успеваем. Потом переезжаешь в наше общежитие, как только решим вопрос с комнатой. А пока поживёшь у нас. Мама, вы с папой не будете против?

– Нет, конечно, – тепло откликнулась Серафима Ивановна. – Мы только рады.

– Вот и славно! В какую смену работают твои соседки по комнате?

– Во вторую.

– Значит, утром они будут спать. Так? – Тоня кивнула. – Тогда после обеда пойдёшь, забираешь вещи, никому ничего не объясняя, и всё. Жизнь начинается с чистого листа!

Аля села, устало выдохнула, глаза светились. Она с интересом посмотрела на маму.

– Чай-то будем пить?

Тоня сидела молча, сжимая в руках чашку. Она смотрела то на Алю, то на Серафиму Ивановну, и с волнением думала, что они ей чужие люди, а относятся как к родной, заботятся, помогают, принимают такое участие в её судьбе! Она чувствовала себя рядом с ними спокойно, надёжно, так, как будто это её родная семья. Аля, как добрый Ангел не только вернула её к жизни, но и помогла поверить в себя. Дурные мысли ушли из её молодой, красивой головки.

Впервые за долгое время ей захотелось не просто существовать, а жить – по-настоящему. Делать, шить, учиться, смеяться… любить. Жизнь вдруг показалась светлой и открытой, как окно в весенний сад.

Глава 10: «Поворот к мечте»

Ещё долго пили чай, расспрашивая Тоню о том, как она работала над пальто. Аля с живым интересом слушала, восхищаясь глубокими познаниями в моделировании у девушки, которая даже ещё не окончила институт. Казалось, Тоня говорила просто, скромно, но в её словах чувствовалась уверенность, внутренняя зрелость и неподдельная любовь к своему делу. Аля то кивала, то улыбалась, то бросала восхищённые взгляды.

– Представляешь, мама? Такая молодая, а уже с таким вкусом и мышлением конструктора. Это же дар!

Серафима Ивановна тепло улыбалась Тоне и подливала чай, чувствуя, как в душе разгорается надежда, может быть, эта девушка принесёт в их дом свет, которого давно не было?

Тоня не переставала радоваться их встрече, хотя та и была связана со страшными событиями. Она вдруг вскинула голову, глаза расширились.

– Ой! – вырвалось у неё.

Аля с мамой тут же насторожились.

– Что случилось? – с тревогой спросила Аля.

Тоня с растерянным видом, чуть не плача, смотрела на них.

– Мне же нечего надеть?! – прошептала она. – Совсем ничего!

Аля рассмеялась, откинувшись на спинку стула.

– Фу-у, Тоня, напугала! – протянула она, хитро покачивая головой. – Да ты даже не представляешь, какой клад есть у нас в кладовке?!

– Аля, ты думаешь про свои старые вещи? – оживилась мама.

– Конечно! – ответила та. – Мы же не выбросила мои костюмы? Те, что я когда-то шила?

Серафима Ивановна взглянула на дочь и улыбнулась. Взгляд был нежным, с любовью.

– Нет, конечно. Всё бережно сложено. Это твоя работа, твоя молодость. Там, в кладовой, в сумках, сейчас достану.

– Мам, не утруждайся. Мы пообедаем и сами найдём. Правда, Тоня?

– Конечно! – кивнула та с улыбкой.

– Вот увидишь, у тебя гардероб будет лучше любого бутика! – Аля с энтузиазмом подалась вперёд, и когда мама вышла, добавила: – Всё-таки хорошо, что мы встретились?! Сейчас и у тебя, и меня полностью изменится жизнь, и я просто уверена, что всё будет хорошо!

Тоня смотрела на неё и верила, что всё будет именно так, как говорит Аля, потому, что она Ангел.