Светлана Смирнова – Небо покоряется смелым (страница 19)
Однако спортсмены советской сборной выполнили установку тренера, не сдали завоеванных позиций, достойной концовкой увенчали труднейшую марафонскую дистанцию. Под нескончаемые аплодисменты зрителей прокрутили свои комплексы Виктор Лецко, Евгений Фролов, Алексей Пименов. Каждое из этих упражнений выгодно отличалось продуманной соразмерностью всех частей и законченностью пилотажного сюжета в целом, подкупало максимальной точностью и одухотворенным изяществом исполнения.
И все-таки самый весомый вклад в общий успех нашей сборной внес новый чемпион мира в произвольном комплексе Игорь Егоров. Он стал единственным участником соревнований, который получил за это упражнение более семи тысяч очков. На вторую ступень пьедестала почета поднялся Виктор Лецко, на третью — Евгений Фролов. Наши летчики победили в упорнейшей борьбе.
Судите сами: занявший четвертое место Тучек уступил Фролову всего немногим более сорока очков и опередил своего товарища по команде Поспишила на… восемь десятых очка. Ставший шестым Пименов, в свою очередь, проиграл Поспишилу лишь пять с половиной очков.
Очень высоко оценили арбитры пилотаж наших девчат. Они снова заняли пять первых мест, а чемпионка мира в этом упражнении Людмила Мочалина всего на несколько десятков очков опередила серебряного призера Леонову и бронзового — Яикову.
Едва международное жюри подвело окончательные итоги произвольного комплекса, аплодисменты вспыхнули с еще большей силой: в упорной борьбе с элитой мирового самолетного спорта мужская сборная команда Советского Союза одержала убедительную и впечатляющую победу! Кубок Нестерова вернулся на Родину. Свыше полутора тысяч очков выиграла наша сборная у серебряного призера — команды ЧССР. Бронзовые награды получила команда Великобритании. Американские летчики вынуждены были на сей раз довольствоваться лишь четвертым местом.
Семь долгих лет вел к этой победе Касум Нажмудинов своих товарищей, учеников, единомышленников. Всякое случалось на этом пути. Радость успеха сменялась горечью неудач, но следом за сомнениями приходила уверенность, а учебные будни подготавливали красочный фейерверк праздника.
…На киевском аэродроме «Чайка» нашу команду и ее тренеров — Касума Гусейновича Нажмудинова и Александра Федоровича Тырсина поздравляли друзья, болельщики, зарубежные тренеры и спортсмены.
Одним из первых крепко пожал руки пилотажникам и тренерам заместитель председателя ЦК ДОСААФ СССР генерал-полковник авиации Семен Ильич Харламов:
— Молодцы, так держать, ведь завтра финал. Верю в ваш успех. Подготовлены все отлично.
Опытнейший руководитель имел серьезные основания для такой оценки. Не случайно по итогам трех упражнений все десять наших пилотов вышли в финал. Так результативно и ровно не удалось выступить ни одной другой команде.
Но хотя настроение в нашей сборной было приподнятое, в тот, последний перед финалом, вечер тренер еще раз взвешивал возможности основных соперников. Выходило, что чемпионская медаль в заключительном комплексе не заказана ни Вильямсу, ни Тучеку, ни Штрессенройтеру. Кроме них в этот спор могли вмешаться и швейцарец Брандт, и англичанин Блэйк.
Из наших летчиков, по мнению Нажмудинова, на победу в финале могли рассчитывать трое — Егоров, Лецко и Пименов. Однако на кубок Арести сумма уже набранных очков позволяла претендовать, пожалуй, лишь Егорову и Лецко. К тому же из-за неудачи капитана в первом упражнении Лецко опережал его сейчас почти на двести очков.
Что и говорить, отрыв очень значительный, но Нажмудинов хорошо знал волевую натуру Егорова. Так что двум лучшим его воспитанникам предстояло вести борьбу не только с сильнейшими зарубежными пилотажниками. По воле объективно сложившейся обстановки они должны были вступить в поединок друг с другом.
Заместитель председателя ЦК ДОСААФ СССР генерал-полковник авиации С. И. Харламов поздравляет К. Г. Нажмудинова с победой сборной страны на чемпионате мира.
…Первым выступал перед основными конкурентами Лецко. После него стартовали Тучек, Вильямс, Егоров, Брандт и Штрессенройтер. Аэродром то замирал, пораженный головокружительными пируэтами воздушных акробатов, то разражался громом аплодисментов, приветствуя самые виртуозные элементы их комплексов.
Вряд ли можно передать словами впечатление от искрометных по темпераменту и близких к совершенству по исполнению сольных номеров. Единственным показателем высочайшего накала этих соревнований была, пожалуй, исключительная плотность показанных спортсменами результатов. Если можно в небе наступать сопернику на пятки, то в тот памятный день лидеры делали это сплошь и рядом.
Вот почему в томительном ожидании окончательных результатов так многозначительно притих, замер аэродром. А двадцать шесть мужчин и женщин — участников финала — испытывали в эти минуты, пожалуй, даже большие перегрузки, чем во время выполнения «абракадабры» или плоского штопора. Переживали за них товарищи, волновались тренеры.
…Когда вывесили результат летавшего одиннадцатым Нейла Вильямса, всегда сдержанный, невозмутимый англичанин в восторженном порыве взметнул руки вверх: две тысячи девятьсот сорок одно очко! Гроссмейстерский показатель! Лучше Лецко, лучше Тучека, Макгенри, Мюллера. Может быть, это победа?
В сказках калифами становятся на час. В жизни, бывает, — на несколько секунд. Так случилось и тогда. Появился под тринадцатым номером результат Егорова, и аэродром восторженно ахнул: две тысячи девятьсот сорок четыре и девять десятых очка! Да, ничтожно малая для самолетного спорта величина — всего три и девять десятых очка — отделила, по всей вероятности, нового чемпиона в финальном упражнении от серебряного призера. Потому что вряд ли кто-нибудь из летавших после Егорова соперников мог рассчитывать на еще более высокую оценку.
Пока Игорь принимал поздравления с выдающимся результатом, выступавший пятнадцатым Брандт обрел вполне реальную надежду на бронзовую награду — две тысячи девятьсот шестнадцать очков. Но прошло еще несколько минут, и оказалось, что Манфред Штрессенройтер из ФРГ обошел швейцарца на… пол-очка и стал третьим призером.
Вот теперь все стало на свои места в группе претендентов на кубок Арести. И здесь победил лучший летчик на отечественном самолете: абсолютным чемпионом мира стал ученик Нажмудинова Виктор Лецко.
Хотя в последнем упражнении основным конкурентам удалось обойти его, но их преимущество было очень незначительным. Даже занявший здесь первое место Егоров опередил товарища по команде лишь немногим более чем на сто очков. Этого оказалось недостаточно, чтобы поколебать тот запас прочности, который создал Лецко на трех предыдущих этапах. Он показал себя в киевском небе волевым бойцом, настоящим многоборцем. По сумме четырех комплексов опередил ставшего вторым Егорова почти на девяносто очков, а занявшего третье место Тучека — больше чем на сто пятьдесят.
…Этот снимок обошел тогда многие газеты и журналы: новый абсолютный чемпион мира Виктор Лецко и старший тренер Касум Нажмудинов. Нет, они не позировали в тот чудный, неповторимый миг победы перед объективом аппарата. Фотокорреспонденту и впрямь удалось уловить и остановить прекрасное мгновение: двое сдержанных, далеких от сентиментальности мужчин не в силах скрыть охватившие их чувства. Лецко в порыве благодарности прильнул счастливым лицом к плечу наставника… Обняв его одной рукой, взволнованно улыбающийся Нажмудинов крепко прижимает воспитанника к груди…
А в нашей команде продолжалось всеобщее ликование: завоевавшая первое место в финале Лидия Леонова прибавляет к малой золотой медали большую абсолютной чемпионки мира. Большая серебряная награда присуждается Валентине Яиковой, большая бронзовая — Любови Немковой.
Итак, выступление советской команды в киевском небе оказалось поистине триумфальным. Из тридцати разыгранных медалей всех достоинств наши пилоты увезли в Москву двадцать три: девять золотых, восемь серебряных и шесть бронзовых. Оба кубка — и за командную, и за личную победу в мужском зачете — остались в нашей стране. Абсолютными чемпионами мира были провозглашены воспитанники Касума Нажмудинова Лидия Леонова и Виктор Лецко. Так приняли они эстафету победителей от товарищей по команде Светланы Савицкой и Игоря Егорова.
Это были спортивные результаты. Но старший тренер мог теперь подвести и свои, творческие итоги. За годы, прошедшие после Халлавингтона и особенно Салон-де-Прованса, удалось сделать значительный шаг вперед. И дело было не только в замечательном золотом дубле Леоновой и Лецко.
На целый порядок поднялся общий уровень мастерства наших пилотажников. За ветеранами, испытанными еще в небе Англии, вплотную шел второй эшелон, тот самый вчерашний резерв, о котором все время заботился наставник. Яикова и Молчанюк, Фролов и Мочалина уже обрели духовную и пилотажную зрелость, поставившую их отныне в один ряд с более опытными товарищами. В Киеве победил коллектив. Сплоченный, подготовленный к совместной борьбе союз единомышленников.
ЧЕРЕЗ ТРУДНОСТИ — К ЗВЕЗДАМ!
Счастлив тренер, который подготовил и увидел в деле команду своей мечты. Счастливы спортсмены, которым удалось доказать свой высочайший класс, осуществить давнюю мечту всех и каждого в команде.