Светлана Скиба – Алькар. Воскресшие тени (страница 49)

— Есть только один способ узнать, — со спокойной твердостью ответила Соня, — полететь туда.

— Это же глупо и очень опасно! Тебя как глупого зайца заманивают в капкан, а ты и рада!

— Макс вскочил с лавочки, взлохмачивая себе волосы.

— Я не прошу лететь со мной. Пойми, это мой шанс спасти папу!

На последнем слове ее голос перешёл на фальцет, и Соне показалось, что она сейчас расплачется. Взяв себя в руки, она глубоко выдохнула, остановив подступающие слезы.

— Я так понимаю, меня никто не поддерживает, — потухшим голосом проговорила Соня.

— А как же я? — искренне удивился отар, — я это… всегда готов. Если бы не ты, мы бы с братом того самого …крякнулись.

Соня грустно улыбнулась.

— Спасибо, Борх, но мне нужен кто-нибудь более компактный, — как можно мягче пояснила она, — и к тому же с собственным орлианом.

— Я это… добуду нам птицу, чесслово, — затараторил отар, обрадовавшись, что может принести хоть какую — то пользу.

— Я подумаю, — кивнула девочка, решив про себя, что действительно подумает над его предложением.

— Никуда ты не полетишь! — решительно заявил Макс.

Соня хищно прищурила глаза.

— Ты мне запрещаешь?

— Считай, как хочешь, но я не позволю тебе погибнуть по своей наивности.

— И что ты сделаешь? Привяжешь меня к дивану? — она картинно рассмеялась, хотя ей было совсем не до смеха.

Безграничная самонадеянность Макса, вдруг вызвала в ней, целую гамму негодования. Соня даже и не знала, что может испытывать такое сильное раздражение к близким людям (Лара не в счет). Он ведь должен понять ее, должен… Но видимо, не захотел, или у него были какие-то другие причины.

— Да- давайте, не будем ру-ругаться, — напутственным тоном мудреца проговорил Финт, — п-предлагаю, все обсудить за-завтра, в «Старом фо-фонаре» и …

— Здесь нечего обсуждать, — резко оборвал его Макс, — она никуда не полетит и точка.

Соня раздраженно хмыкнула.

— Ты что, решил взять надо мной шефство?

— Да, решил. Если у кого-то не хватает мозгов, — он осекся. — Опыта, — поправился Макс, но было уже поздно.

— Ты много на себя берёшь, Макс Романовский! — воскликнула Соня, срывающимся голосом, — и вообще, кто ты мне такой? — ее глаза блестели от слез.

Она резко вскочила с лавочки и помчалась прочь. Все уговоры друзей вернуться, Соня категорично отвергла, попросив оставить ее одну.

С Главной площади доносилась тихая минорная музыка, призывая всех на медленный танец. Золотой пух, сыпавшийся с неба, умудрялся залетать в нос, уши, за воротник. Радостная шумиха сбавляла свой темп, гуляющий народ заметно поредел. Праздник подходил к своему завершению. Соня шла по припорошенным золотом дорожкам настолько быстро, насколько ей позволяло умение держаться на каблуках. По ее щекам текли слёзы обиды, она все — таки не смогла их сдержать. И если до спора с Максом, Соня еще раздумывала, лететь ей или нет, то сейчас, после его высказываний, решение было принято окончательно.

22

Следующий день начался привычным дождем, бесцеремонно стёршим последние штрихи праздника. Золотой пух, постепенно смешиваясь с мутными каплями, превращался в будничную грязь и серость. Настоящая реальность в виде грязных потоков и порывистого ветра с новой силой вступила в свои права, убирая с лица Алькара мимолётного гостя под названием праздник.

Соня посмотрела в окно, по нему медленно стекали дождевые дорожки, похожие на траншеи, обрамлённые жухлой желтизной. Грязные капли, комки бывшего праздничного пуха, все вместе образовывали причудливый калейдоскоп узоров. Волнение, ожившее внутри ощущалось каждой клеточкой. Возможно, Макс прав, и она действительно слишком доверчива и глупа. Возможно. Но упустить шанс спасти отца, было бы непростительно.

Словно чувствуя тревогу своей хозяйки, маленький орлиан то и дело ластился к ней, подобно щенку, хоть с виду и напоминал откормленного поросенка. С момента вылупления орлиан заметно подрос, его пух стал более плотным и гладким, похожим на перья. Главной задачей птенца (по его мнению) было как можно быстрее и тщательнее превратить дом в руины, чем он активно и занимался. Больше всего пострадали напольные вазы, волшебным образом превратившиеся в черепки, и диван, на котором образовалась такая вмятина, словно на нем резвилась толпа отаров. Все Сонины попытки приструнить своего питомца и посадить его в вольер, терпели крах ещё в самом начале. В лучшем случае, орлиан убегал во двор и там занимался «облагораживанием» территории.

Ближе к обеду в дверной колокольчик кто-то позвонил. Скорее всего, это Макс. Этот упрямый индюк понял, что не прав и теперь пришел извиниться. К большому удивлению Сони за воротами стоял Нарц.

— Я не могу оставить тебя без подарка, — сходу заявил он и протянул продолговатую коробочку, перевязанную бантом.

— Я же сказала, что не приму от тебя такой дорогой подарок, — покачала она головой.

— Ты сначала посмотри, что внутри.

Поняв, что спорить с ним бесполезно, Соня открыла коробку. Вместо наручных часов на неё смотрел флаер с изображением зелёного пламени, безудержно вырывающимся из огненной булавы.

— Мастер — класс по владению огненными булавами, — сообщил Нарц с торжественным видом.

Соня чуть не захлопала в ладоши. Вот что ей сейчас было действительно нужно. На радостях она крепко обняла своего друга, выглядевшего жутко довольным.

— Надеюсь, хоть этот подарок ты примешь?

— С удовольствием! Спасибо тебе, — Соня расплылась в улыбке, уже представляя, как ловко управляет огненным оружием. — А сегодня ещё можно успеть на занятие?

— К чему такая спешка?

Тяжело вздохнув и пообещав все объяснить она пригласила Нарца в дом. Маленький орлиан так обрадовался новому гостю, что с порога стал клевать ему пальцы. Пришлось, заперев птенца в вольер, из которого он тут же выбрался. Соня во всех подробностях рассказала Нарцу о вчерашнем инциденте: о Борхе, послании в конверте, ссоре с Максом.

— Странно все это, — задумчиво проговорил он, уже раз десять перечитав послание, — но, с другой стороны, вдруг, это правда?

Соня издала радостный возглас.

— Хоть кто-то поддерживает меня! Если ты ещё и Вихря мне одолжишь, то я буду тебе безмерно благодарна.

— Одолжу? — Нарц удивленно вздернул бровями, — я думал мы полетим вместе.

От его слов, Соня на несколько секунд потеряла дар речи.

— Но… ты не можешь… Ты только выписался из лечебницы и твои родственники… Они тебя убьют, и меня тоже…

— Они не о чем не узнают, — сказал он, не совсем уверенно, словно сам сомневался в своих словах. — Вершина горы Аверлайм находится за Орлианскими холмами, — он провел пальцем по карте, — а до них, лететь — то всего пару часовых потоков. Главное, чтобы, — Нарц запнулся, — чтобы не случилось ничего непредвиденного.

Его только что распылившиеся глаза, резко потеряли блеск бунтарства, стали серьезными и обеспокоенными.

— В это раз, у нас есть отличное оружие, — отметила Соня.

— Точно, оружие! — воскликнул Нарц, словно вспомнив что-то важное, — на флаере написано, что занятия начинаются в пять вечерних потоков. Мы ещё можем успеть!

— Мы? — Соня лукаво прищурилась.

— Конечно, — Нарц достал из заднего кармана брюк, сложенную бумажку, с изображением пылающей огнем булавы.

Стрелки часов подбирались к четырем вечерним потокам, а значит до занятия оставался час. Соня и Нарц понеслись по мокрым улицам, где повседневная грязь окончательно поглотила остатки праздничного настроения. Подобно завистливой подруге, она с неистовым усердием сметала с лица Тиберлоу последние проблески красоты и изысканности. И пусть грязью никто не восхищался, но она победила, она снова здесь главная.

Полигон для занятий огненными булавами находился в тренировочном комплексе, за Цветным базаром и промышленной зоной, огороженной высокой стеной. Озираясь по сторонам Соня и Нарц, вошли внутрь.

— Вы на мастер — класс по владению огненными булавами? — остановила их на входе мужеподобная девушка с синеватой кожей.

Они показав ей флаеры.

— Занятия сейчас начнутся. А вот и ваш тренер, — девушка кивком головы указала на мускулистого мужчину с таким же оттенки кожи как у нее.

— Новенькие? Проходите, — пробасил мужчина, показав на дверь.

В просторном крытом манеже на длинном столе, сверкали выложенные в ряд огненные булавы. Они были такие же, как и те подаренные неизвестным союзником, только более изношенные на вид, с закоптившимися навершиями. Чуть поодаль виднелись мишени, в виде человеческих силуэтов с мигающими сердцевинами.

Кроме Сони и Нарца на занятиях присутствовали еще двое: тучный мужчина и конопатый мальчуган лет десяти. Они изумленно оглядывались по сторонам, будто удивляясь, как их сюда занесло.

— Значит так, — начал синекожий, — меня зовут Дортан Зорр, я ваш тренер по владению огненными булавами. Слушаем меня внимательно и не перебиваем. В бою главное — ваша внутренняя сила. Направь ее в нужное русло, и ты победишь, — проговорил мужчина, ловко вертя огненную булаву в руке, словно это была невесомая тросточка. — Вот ты, — он указал на полного мужчину, — в чем твоя сила?

— Моя сила? — переспросил тот испуганно, — не знаю…

— Вот именно! — Дортан Зорр, поднял указательный палец, — в этом вся проблема. Вы сами не знаете, в чем заключается ваша сила, вы не чувствуете ее.

Он ещё раз оглядел всех присутствующих, видимо оценивая их силу.