Светлана Шёпот – По линии сердца дракона (страница 18)

– Я уверена, что она околдовала вашего отца.

– Почему ты так считаешь?

– А как же иначе? – Петра нахмурилась. – Ваш отец любил вас безмерно. Баловал, подарки всегда дарил. Я каждый день готовила для вас отдельные блюда. Только то, что вы любили. Он не мог оставить вас в подобном месте, отдав все остальное своей второй жене и их сыну.

– У меня есть брат? – зацепилась за слова Галина.

Петра чуть поерзала. Судя по ее виду, родственник Висконсии не слишком ей нравился.

– Молодой хозяин, он, конечно, хороший мальчик… – начала она неуверенно.

– Ты можешь говорить мне правду, Петра, – душевно произнесла Галя, заглядывая в глаза женщине и слегка сжимая пальцы на ее плече, будто подбадривая.

– Честно говоря, я бы не хотела служить в доме, в котором ваш брат будет полноправным хозяином, – со вздохом призналась женщина. По какой-то причине Петра не хотела говорить больше о мальчике. И дело было не в страхе, ведь мачеху она точно боялась, но это не помешало ей сплетничать.

– Хорошо. Мне этого достаточно. Ты уверена, что дель Каруссо богаты? Где именно сейчас живет моя мачеха и брат?

– Я полностью уверена, – ответила Петра без колебаний. – Сейчас они живут в столичном доме, но это не единственная собственность, которая есть у вашей семьи. Я была еще в загородной усадьбе. Ох, как же там красиво! Озеро рядом, лес, сам дом большой, белоснежный. Говорят, господин барон построил его для вашей матушки. Он ее очень любил. Поэтому мне так странно, что он не оставил его вам, – сказав это, она со значением посмотрела на Галину.

Под конец разговора, когда Петра заторопилась обратно в дом своих нынешних хозяев, она высказала одну просьбу, которая очень удивила Галину Николаевну.

Глава 12

Когда-то давно по титулу сразу можно было определить, за что именно отвечает человек.

На короле лежала ответственность за всю страну. Герцог владел определенной областью. Людей, носивших такой титул, было очень мало, чаще всего не больше двух. Графы следили за городами, а бароны за всеми дорогами королевства и имели в подчинении пару деревень.

Позже все стало гораздо проще. Теперь семья барона могла быть в несколько раз богаче семьи графа, который, в свою очередь, порой и вовсе не имеет ничего, кроме титула.

К слову, таких безземельных аристократов в замке короля было довольно много. И хорошо, если они могли позволить себе содержать особняк в столице, иной раз не было и этого. Впрочем, подобное не мешало таким людям все равно смотреть на тех, кто ниже по иерархической лестнице, с превосходством.

Эруард давно заметил, что люди, имеющие высокий титул, но потерявшие по каким-либо причинам состояние, чаще всего оказываются более докучливыми в том, чтобы напомнить другим о своем величии. Он полагал, что все дело в защитной реакции и банальном страхе.

Кое-как распрощавшись с одним из таких аристократов, Эруард облегченно вздохнул и потер переносицу. Семья графа бор Данье потеряла свое состояние еще пару веков назад. С тех пор у них не появилось ни одного человека, способного восстановить былое величие семьи. Они приспособились жить на милости от короля, настолько привыкнув к этому, что перестали даже пытаться что-то изменить.

Эруард находил таких людей пустыми. Они не были ему интересны ни в какой мере. К сожалению, этикет требовал быть предельно вежливым с окружающими.

Самое смешное – это как граф только что пытался завуалированно убедить его, что человек с титулом барона, пусть и имеющий внушительное состояние, никак не может стоять на одной ступени с настоящими аристократами. Собеседник даже имел наглость назвать семью дель Легран скоробогачами, и это при том, что их корни уходят на семьсот лет назад. Уже тогда им был присвоен баронский титул.

Эруард не понимал, зачем правитель держал при себе подобных людей. Они были бесполезны. Только проедали королевский бюджет, не отдавая ничего взамен.

Подумав немного, он решил, что светской жизни на сегодня ему хватит. Развернувшись на каблуках, Эруард направился к выходу из зала, планируя заняться более интересными вещами.

Легко сбежав по широким ступеням, он тенью скользнул прочь от замка. Чем дальше он отходил, тем темнее становились улицы, но это его совершенно не тревожило. Он прекрасно знал столицу и мог пройти где угодно почти с закрытыми глазами.

Спустя некоторое время он приблизился к одному из домов. К центральному входу подходить не стал. Обошел здание и, привычно обогнув ящики, от которых несло чем-то сгнившим, два раза стукнул кулаком в дверь.

Пару минут царила полная тишина. Время было достаточно поздним, так что горожане давно уже спали. А те, кто в такой час не спал, предпочитали разговаривать и передвигаться максимально тихо, чтобы не привлекать к себе нежелательного внимания.

Звук отпираемого засова выдернул Эруарда из лицезрения окружающего пространства. Завернувшись в плащ сильнее, он повернулся к двери. Свет от свечи резанул по глазам, заставив на короткий миг зажмуриться.

– Это я, – прошелестел он.

Человек со свечой не выказал никакого удивления. Он просто кивнул и приоткрыл дверь шире, позволяя гостю пройти в дом.

Эруард не стал заставлять себя ждать, проскользнул мимо и сразу направился вглубь. На кухне он скинул капюшон и рухнул на стул, чувствуя, как тепло дома окутывает его. Он даже не заметил, что немного замерз, пока шел сюда.

– Что-нибудь выпьешь? – спросил мужчина.

Он поставил свечу на стол, а после сел напротив, выжидательно замерев.

– Твое варево отвратительно, – хмыкнул Эруард. – А ничего другого, как я подозреваю, у тебя тут нет.

– Ну почему нет? – притворно обиделся человек. – Для дорогого гостя могу налить воды.

– Не стоит утруждать себя, мой друг, – Эруард тихо фыркнул. – Какие новости? – его голос стал более серьезным.

– Все спокойно, – мужчина моментально перенял настроение. – На прошлой неделе он пытался подмять под себя одну из воровских гильдий.

– И как, удачно? – Эруард наклонился вперед, заинтересовавшись темой разговора.

– Нет, – мужчина хмыкнул. – Ребятам не понравились условия работы, поэтому они послали его. В наказание он приказал переловить их.

Эруард недоверчиво качнул головой.

– Старшим гильдиям вряд ли это понравилось, – предположил он.

– Именно, – человек кивнул. – Это не понравилось не только ворам, но и всем остальным на теневой стороне. Ты сам знаешь, они согласны сотрудничать с властью, но только в том случае, если все происходит к обоюдной выгоде сторон. Увеличение отчислений – нарушение давнего договора.

– Он пытался выставить все так, словно это король пожелал увеличения? – недоверчиво спросил Эруард, невольно зацепляясь взглядом за один из ужасных шрамов на лице собеседника. Он несколько раз порывался спросить, кто оставил другу такие отметины, но так ни разу и не перешагнул эту черту. Ему казалось, что Паком не будет рад вопросу.

Гордон посмотрел со значением. Такой взгляд не требовал словесного ответа.

– Еще какие-нибудь новости? – спросил Эруард, размышляя над тем, что ему стоило доложить королю о возможных предстоящих волнениях в городе. Его величество предпочитал активно не вмешиваться в эту сферу, оставляя ее на совести семьи дель Легран, которая уже несколько столетий занималась наблюдением за порядком на теневой стороне.

Нынешний глава стражников являлся протеже семьи дюи Медрон. Видимо, герцог решил, что его власти достаточно, чтобы противостоять правителю.

– Есть кое-что интересное. – Эруард прищурился, наблюдая, как глаза друга вспыхивают любопытством. – Не так давно ко мне приходила одна девушка. Мне кажется, тебе будет интересно услышать об этом.

– Девушка? – спросил недоуменно Эруард и внутренне скривился. Правда, практически сразу спохватился. Ему явно не стоило презирать весь женский пол из-за одной надоедливой сверх меры девицы.

Паком, сам того не зная, пробудил в нем воспоминания о встрече, состоявшейся пару дней назад.

После того как Эруард получил письмо баронессы, ему пришлось отправиться на встречу с ее отцом. Барон дель Дубран ни капли не удивился его приходу. Он соловьем разливался о том, как прекрасна любовь, какой чарующей она может быть, как он завидует такой красивой и подходящей друг другу паре.

Ни одно его слово не заставило Эруарда думать, будто мужчина действительно считал так, как говорил. Дубран нацелился на деньги его семьи, вот это была истина.

Несмотря на то, насколько противно ему было, Эруард с каменным лицом выслушал все эти восхваления и мечтания об их непременно замечательной будущей жизни.

Когда речь зашла об отзыве намерений, Дубран встал в позу. Подумать только, он имел наглость обвинить Эруарда в черствости и жестокости по отношению к его бедной и трепетной дочери, которая влюблена настолько, что не выдержит отказа и лишит себя жизни в тот же день.

Жаль, что нельзя было кивнуть и уйти, согласившись с таким сценарием. Увы, он мог представить, что последует дальше.

Эруард буквально видел, как Дубран бегает по замку короля, рассказывая, как его бедное дитя едва не покончило с собой из-за отказа мерзавца, который совершенно не стоит девичьих слез и уж тем более жизни.

Аристократы найдут этот инцидент занимательным. Возможно, мысленно многие из них встанут на его сторону, но при этом во всеуслышание осудят, ведь так требует негласный закон.