Светлана Шорохова – Его маленькая тень (страница 6)

– Точно, – согласился Василий.Я вышел в коридор, притворив дверь. Из-за неё донёсся их сдавленный смех.

– Он всегда так заводится, когда речь заходит о работе или о девушках, – прокомментировала Наташа.

Чёрт. А она ведь права.

Глава 6 Стеклянный колпак

Звонок ворвался в сон, резким и беспощадным. Это не был успокаивающий мелодичный звук телефона – это был настойчивый, раздражающий трель домофона. Я уткнулась лицом в подушку, надеясь, что этот звуковой кошмар исчезнет так же быстро, как и появился. На часах тем временем горело 6:03. Кому в здравом уме могло понадобиться гудеть в такое раннее время?

Трезвон не утихал, сливаясь с пульсирующей болью в висках, которая заполнила мою голову, как тёмные облака. Всю ночь я пролистала интернет, не оставляя камня на камне в поисках хоть каких-то следов о «Эвересте». Но результаты были до жути скудными: пара упоминаний о какой-то малознакомой консалтинговой фирме и бедненький сайт-визитка охранного агентства с бесполезными стоковыми фотографиями и ни о чем не говорящими фразами о «комплексной безопасности». Это выглядело как идеальная ширма для скрытых дел.

Сдерживая раздражение, я прошептала что-то не очень приличное и, накинув халат, побрела в прихожую, будто шла через минное поле. В зеркале на меня смотрело бледное, осунувшееся лицо с красными, воспаленными глазами и тёмными кругами под ними. Мои волосы торчали в стороны, как кустарники после урагана. Идеальный портрет предателя, не выспавшегося после продажи своей души.

«Кто бы ты ни был, ты об этом пожалеешь», – прошипела я про себя, поднимаясь на цыпочки, чтобы заглянуть в глазок двери. В этот миг моё сердце остановилось на секунду, а затем заколотилось с новой силой. За дверью, переминаясь с ноги на ногу и нервно кусая губу, стояла Даша. Она что-то лихорадочно печатала в телефоне, и уже через секунду из спальни донесся мой раскатистый звонок. Черт. Я медленно, словно на эшафот, открыла дверь.

Она влетела в квартиру, как ураган, с пронзительным, почти детективным взглядом, который скорее принадлежал бы сыщику.

– И тебе доброе утро, – хрипло пробормотала я, с трудом выдавливая из себя звук. – Объяснишь нашествие в шесть утра?

– В семь у меня смена, вот и решила заскочить по дороге, – ответила она слишком буднично, продолжая осматривать комнату, словно искала улики. – А теперь давай рассказывай. Быстро и без дураков.

Она уперла руки в боки, и в этот момент я почувствовала себя школьницей, пойманной за курением на заднем дворе.

– О чем? – попыталась я сделать недоуменное лицо, но она с подозрением смотрела на меня.

– Не прикидывайся! Откуда деньги, Ева? Полтора миллиона с неба не падают, и банки таких кредитов не выдают. Ты что, почку продала?

Мой мозг лихорадочно заработал, выискивая хоть какую-то правдоподобную ложь, чтобы спасти лицо.

– Я нашла работу. Хорошо оплачиваемую, – наконец выдохнула я, отводя взгляд.

– Какую ещё работу? – её брови поползли вверх, словно на них была написана вся её недоверчивость. – Опять мыть полы где-то? Хотя стой, не отвечай. Я с голоду умру. Иди собирайся, а я пока яичницу сделаю.

Она маршем направилась на кухню, оставив меня в прихожей с бешено стучащим сердцем. Небольшая передышка. Я механически потянулась к шкафу, выбирая что-то максимально нейтральное и закрытое: черные брюки, простую белую футболку и пиджак. «Ниже травы, тише воды». Этот принцип теперь касался и моей одежды.

Из кухни уже доносился соблазнительный запах жареного бекона и звук взбиваемых яиц. Я нанесла легкий макияж, стараясь скрыть следы бессонной ночи, делая акцент на глазах. Маска готова. Можно выходить к публике.

– Почти готова! – крикнула Даша из кухни. – Так что там за работа?

Я вошла на кухню, села за стол и уставилась на тарелку, стараясь сконцентрироваться на чём-то, что не связано с прочими мыслями.

– Меня взяли помощницей руководителя. В охранное агентство. Буду работать с документами, отчетами, – мой голос прозвучал чужим и плоским, как ветер в безжизненной пустыне.

– В какое агентство? Я о таком не слышала. Как тебя вообще взяли? – она поставила передо мной тарелку с идеальной яичницей-глазуньей и присела напротив, её взгляд всё ещё полон недоумения.

– «Эверест». Не знаю, просто повезло. Больше ничего сказать не могу, – я проткнула вилкой желток, наблюдая, как он растекается по тарелке, образуя желтую лужу.

– Почему? – в её голосе зазвенела тревога, будто в нём смешались не только вопросы, но и её собственные страхи.

– Конфиденциальность. Такие правила. – Говорить это лучшей подруге было физически больно. Комок предательства встал в горле. Может, просто выложить ей всё? Излить душу, попросить совета? Она же поймет… Поймет и полезет спасать меня прямо к Мальцевым. И её сломают. Нет. Я перевела тему. – Который час?

– Без пятнадцати восемь. А что?

– К десяти надо быть на работе. Первый день.

– А, точно! – Даша оживилась, словно только что вспомнила о книге, которую забросила на полке. – Кстати, Илья обещал позвонить, как освободится, и всё рассказать.

– Рассказать о чем? – я подняла на неё глаза, стараясь не выдать собственную тревогу.

– Ну, мы все не могли до тебя дозвониться вчера. Марк аж локацию твоего телефона отследил, убедился, что ты дома, и только тогда я успокоилась. А Илью… Илью ночью экстренно вызвали на работу.

– Но сегодня же не его смена, – нахмурилась я, пытаясь понять, как это всё связано.

– Там что-то серьезное случилось. Как он мне рассказывал, пока одевался, – она понизила голос, точно рассказывая тайну, – поступило сразу несколько человек с огнестрельными ранениями. Говорит, такого он еще не видел.

Мир вокруг замер. Звук её голоса превратился в отдалённый гул, как будто я оказалась под водой. В висках застучало. В голове пронеслись обрывки фраз: «Травмы… Клиенты ценят конфиденциальность… Извлекать пули…». Вспомнились большие руки с выступающими костяшками, холодные глаза и оценивающий взгляд.

Пули. Груз. Ночной вызов.

Вот оно. Осязаемое, кровавое доказательство мира, в который я теперь погрузилась. Это не абстрактная «опасность». Это конкретные люди, истекающие кровью где-то в подпольной операционной, пока я ем яичницу на своей кухне.

– Ева? Ты в порядке? – Даша дотронулась до моей руки, и я вздрогнула от неожиданности. – Ты вся побелела.

– Да… да, всё хорошо, – я сглотнула и отпила чаю, стараясь скрыть дрожь в руках. – Просто… перенервничала. Из-за мамы, учебы, работы…

Даша смотрела на меня с нескрываемым сомнением, словно мои слова были недостаточно прочными, чтобы выдержать её взгляд.

– Может, ну её, эту работу? – мягко предложила она, опуская ложку. – Мы как-нибудь сами…

– Нет! – я резко перебила её, и Даша отшатнулась, зная, что в этот момент эмоции захлестнули меня. – Прости. Я уже всё подписала. Контракт. Отступать некуда.

– Понятно, – она вздохнула и принялась доедать свой завтрак. Неловкое молчание повисло в воздухе, разряжаемое лишь звоном ложек о тарелки. Я почувствовала, как сердце сдавливается: в этом молчании было что-то тяжелое.

Наконец, Даша, поднявшись, сказала:

– Я уже всем рассказала, что ты в порядке и с деньгами.

Она отправилась к раковине, оставляя за собой следы необъяснимой тревоги. Я примостилась на стуле, чувствуя, как давление на груди усиливается.

– Но обещай мне одно, – обернувшись к мне, спросила она, и в её голосе звучала искренность, которая снова заставила меня ощутить укол в груди.

– Что? – спросила я, хотя и знала, что это будет непростое обещание.

– Если что-то пойдёт не так, если хоть что-то на этой работе тебе не понравится… Ты сразу же позвонишь мне, Илье или Марку. Сразу же. Обещай.

Её глаза были полны такой искренней заботы, что мне захотелось расплакаться. Вместо этого я лишь кивнула, снова опустив взгляд.

– Обещаю, – как автоматическая реакция выскользнуло из моих уст.

Это была самая горькая ложь из всех, что я сегодня произнесла. Я понимала, что нарушить это обещание не только легко, но и неизбежно.

После того как мы помыли посуду, в квартире снова воцарилась тишина. В 8:30 Даша, бросив на прощание: «Держись!», ушла на свою работу. Я осталась одна в тишине квартиры, которая вдруг снова стала чужой и пугающей, как лес, в котором потерялась.

Собравшись с мыслями, я, наконец, вышла из дома. Утро было пасмурным, с предзнаменованием дождя, которое свисало над головой, как знак внимания. На остановке царила безлюдность. Я почувствовала себя голым нервом. Каждая проезжающая мимо машина с тонированными стеклами заставляла сердце замирать. Мне показалось, что за рулем серого седана, припаркованного через дорогу, внимательно следят за мной.

Паранойя? Или это новая реальность? Вопросы не давали покоя.

В автобусе я поймала на себе взгляд водителя в зеркале заднего вида. Он тут же отвел глаза, и в моём сердце нарастала тревога. «Тебе везде чудится угроза», – пыталась я успокоить себя, но справиться с паникой не получалось. У меня было чувство, что они везде. Они следят за мной. Узнал ли Руслан о визите Даши? Ждал ли меня сейчас разгневанный звонок или сообщение?

Я лихорадочно проверила телефон. Ничего. Только зловещая тишина. Она была такой же зловещей, как и всё в последнее время.

Дорога до «Эвереста» промелькнула в тумане. Я вышла на знакомой остановке и замерла перед зеркальным фасадом здания. Оно больше не казалось стильным, а выглядело огромным, холодным хищником, готовым поглотить меня целиком, как жертву в ловушке.