Светлана Шавлюк – Песня волка (страница 8)

– Благодарю вас, титресс Орхин, – сказал Крис.

– Вы сумели выбрать себе очень сильную спутницу, – мягко произнес этот тетрис, – если вы станете для нее понимающим и терпеливым мужем, то приобретете не только жену, но и сильнейшего союзника.

– Благодарю за наставления, – Крис чуть склонил голову, подхватил меня на руки и понес из леса.

Оторопела от такого поворота. Открыла было рот, чтобы возмутиться, но тут же захлопнула его. Сжалась от напряжения и молчала, боясь даже голову поднять. Смотрела на золотистый рисунок на руке и пыталась уложить в голове произошедшее. Все так странно, а уж свадьба местная – верх абсурда, но потрясающий пример впечатляющего волшебства. Только я бы радовалась, возможно, больше, если бы знала, что теперь меня ждет. И хотя бы немного была знакома с Крисом. И с миром. И с обычаями, правилами, законами, правами и обязанностями.

– Не нужно бояться, – его слова нисколько не успокоили, только еще больше напугали. После такого начала можно было ожидать что-то вроде: «я убью тебя быстро».

И интуиция, которая в последнее время стала слишком громкой и болтливой, вдруг подсказала, что есть в этих мыслях крупица здравого смысла. Вдруг показалось, что кто-то чужой смотрит на меня, и от него исходит опасность. Крис вдруг остановился и резко обернулся. Видимо, не у одной меня кошки скреблись на душе, и сердце заходилось от страха. Подняла голову. Крис медленно обводил лесную чащу взглядом, крылья его носа трепетали, грудь высоко вздымалась, а выдыхал он сквозь зубы с тихим свистом. Крис приподнял бровь, будто чему-то удивился, и зашагал дальше, ни слова не говоря.

Глава 5. Ритресса Грогас

Расслабиться в сильных руках мужчины не удавалось. Казалось бы, чем не мечта: полуголый мужчина с обложки на руках несет всю такую хрупкую и босоногую меня через лесную чащу. Он, кстати, тоже был босой, но его, похоже, это совершенно не смущало. Незаметно косилась на него, пыталась хоть немного понять, что за мужчина стал моим временным мужем. То, что в отличие от «отца», он не заставил меня идти самостоятельно, уже вселяло надежду на светлое будущее. По моему мнению, не мог человек, который с заботой и трепетом отнесся к такой мелочи, быть тираном и садистом. Я на это очень надеялась. Меня, как главную драгоценность, аккуратно перехватили одной рукой, когда мы вышли на небольшой пятачок, где стояли машины, вернее, теперь только одна – мнимого отца и след исчез. Крис одной рукой открыл переднюю дверь машины и усадил на сиденье.

– Надень, – указал на носочки, которые лежали на водительском месте.

Он говорил спокойно, но каждое слово казалось приказом, которому нужно было подчиняться. Меня это раздражало до зуда в пальцах. Я бы повредничала, если бы ноги не замерзли.

– Спасибо, – буркнула и натянула носки на ноги, пока новоиспеченный муж обходил машину и садился рядом.

Его собственная босоногость все так же не смущала. Он спокойно завел машину, нажал на стеклянной панели комбинацию кнопок, которые засветились тусклым синеватым цветом, и машина двинулась с места.

Чувствовала себя мышкой, загнанной в угол. Хотелось бежать, не оглядываясь. Проносящийся мимо пейзаж совершенно не интересовал меня до тех пор, пока я не поняла, что мы остановились у того самого шестиэтажного дома. Пока Крис обходил машину и передавал ключи парковщику, я пыталась найти рычажок, чтобы открыть свою дверь, но безуспешно. Что за день? Ни одного выхода найти не могла, даже из машины. С этой задачей прекрасно справился Крис, который освободил меня из автомобильного плена, все так же подхватил на руки, не спрашивая, хочу ли я этого, и понес к приветливо раскрытым стеклянным дверям.

– Я могу сама, – все-таки не сдержалась я.

– Нет, – без шанса на возможность начать спор отрезал он и зыркнул на меня так, что стало жутко, будто я что-то крамольное сказала. – Ты моя жена, и во избежание проблем постарайся быстрее к этому привыкнуть.

В чем заключалась связь между походом пешком и женитьбой, я не поняла, но расспрашивать не решилась. Мало ли, вдруг окажется, что это всем понятная элементарщина, а я буду выглядеть беспросветной дурой, или, того хуже, в голову Криса закрадутся подозрения, которые неизвестно куда его заведут.

Мы прошли по небольшому и пустующему холлу, Крис нажал на кнопку совершенно обычного лифта, створки дверей которого тут же разъехались, принимая пассажиров. Квартира Криса оказалась на пятом этаже. Вернее, она занимала целых два этажа – пятый и шестой. Распахнув дверь в свое холостяцкое жилище, он, наконец, поставил меня на ноги. Осмотреться мне не дали, поняла только, что помещение очень просторное, в бело-черных тонах, наполненное светом и воздухом, который колыхнулся, когда к нам подлетела женщина с ошалелыми глазами.

– Аритр, – выдохнула она, разглядывая жадными глазами меня в балахоне, – почему же так долго? Ох, простите, поздравляю вас, – она широко улыбнулась, – но у нас совсем не осталось времени, нужно поторопиться, – подхватила меня под локоть.

– У вас несколько часов на подготовку, не нагнетайте, ритресса, – заметил Крис. Я попыталась воспротивиться такому мгновенному захвату моего тела, но пальцы хрупкой, на первый взгляд, женщины, стиснули локоть сильнее.

– Простите, аритр, но что бы вы знали о подготовке женщины к выходу в свет,а уж говорить о подготовке вашей жены для первого выхода, и говорить не стоит. У нас много дел, прошу простить нас, но у нас нет времени на разговоры.Прошу вас, ритресса, поскорее, – она потянула меня вперед.

Бросила умоляющий взгляд на Криса, попыталась понять, что происходит, но муженек даже не смотрел в мою сторону. Он уже открывал одну из дверей первого этажа, за который тут же скрылся. Хоть бы объяснили, что происходит, и кто эта женщина!

– Девочки, она на месте, – распахнув дверь, к которой вывела лестница на втором этаже квартиры, известила невидимых девочек неизвестная ритресса.

Комната эта была спальней, в центре которой располагалась огромная кровать, а рядом с ней стоял манекен с платьем, которое сразу приковало мое внимание.

– Ваш наряд, – с нескрываемым удовольствием произнесла ритресса. – Его нужно примерить и подогнать по размеру.

Я смогла лишь заворожено кивнуть. Сердце мое оказалось похищено и совсем не тем мужчиной, который стал моим мужем, а платьем. Оно было невероятно простое и потрясающе шикарное, сдержанное, но кричащее, и кричало оно, что мне просто необходимо его надеть. Что никогда в жизни мне больше не выдастся случай покрасоваться в подобном наряде. Длинное, черно-белое, спереди оно казалось совершенно закрытым от горла и до края юбки. Но темная ткань скрывала от глаз разрез, который начинался чуть выше колена. Сзади вся спина была украшена тысячей тонких нитей, на которые были нанизаны крохотные черные и прозрачные камни. Они усыпали всю спину до поясницы, отзывались тихим шелестом, когда одна из девушек вертела манекен, позволяя мне разглядеть все великолепие. Эти ниточки будут открывать крохотные участки обнаженной спины при каждом движении. К платью были подобраны перчатки до локтя и совершенно неприличный комплект белья из кружевных чулок, подвязок и трусиков. Только теперь мою глупую голову озарило, что помимо свадьбы и всех связанных с нею празднований и ритуалов, мне предстояло пройти и через всем известный акт под названием «брачная ночь». Наверное, изменения на моем лице были слишком заметны.

– Да, – с восхищением произнесла женщина, – аритр Грогас с особым вниманием подошел к выбору вашего наряда. Но этого и стоило ожидать. Признаться, я и сама восхищена конечным результатом.

Я была восхищена только своей непроходимой глупостью, и именно она занимала все мои мысли. Это же надо было так опростоволоситься и забыть о самом важном! Наряд на ритуал меня не устроил, дурища! Бежать нужно было из дома Дарка со всех ног…куда-нибудь.

От внезапного осознания своего положения, окаменела и возжелала исчезнуть, как те волки в утреннем туманном лесу, но, к своему ужасу, оставалась на месте, рассеянным взглядом скользя по наряду. Слезы паники грозились пролиться ручьями по щекам.

– Простите, ритресса, – будто откуда-то издали доносился до меня голос все той же женщины, – я понимаю ваше состояние, поверьте, мы все испытали такой же восторг, когда закончили работу, но у нас нет времени на любование.

Из горла вырвался невразумительный хрип, который больше напоминал скрежет рухнувших в одно мгновение надежд. Я была не в себе, но никто даже не догадывался, что душу мою захлестнула не волна радости, а утягивал в свои объятия омут безнадеги.

Женщина ловко подхватила меня под локоть, затащила в центр комнаты и начала раздавать приказы своим подчиненным. Я пребывала в предобморочном состоянии и даже не осознавала происходящее. С меня ловко стянули ритуальную рубашку, и только собственная абсолютная нагота привела в чувство. Проморгалась, запоздало прикрыла все стратегически важные интимные места и возмущенно пискнула. Но суета была такой, что никто и не заметил негодование маленькой растерянной меня. Все так же, подхватив под локти, утащили в смежное помещение, которое оказалось ванной.

– Я сама, – наконец, совладав с эмоциями, вывернулась из захвата и зыркнула на молодых девушек так, что они испарились из ванной, оставив лишь комплект белья на полке.