Светлана Шавлюк – Начертательная магия (страница 26)

- Вот и умничка, - поцеловал в шею. – А теперь глазки закрываем. Получаем заслуженное наказание и ничего не боимся.

- Ладно, - закрыла глаза и вцепилась в его руки, лежащие на моём животе, как за гарант безопасности.

- Глазки не открывай, - стряхнул мои руки и оставил меня стоять в одиночестве.

Тихо. Лишь треск дров в камине доносился из глубин дома. Сердце от волнения уже отбивало чечётку.

- Классно выглядишь, - раздался голос Доминика, - не открывай глаза! - хотела возмутиться, но лишь сложила руки под грудью, чтобы показать всё мое недовольство, - так ты выглядишь ещё лучше.

- У тебя совесть есть? Вообще-то я жду, чего ты там приготовил.

Уже открыла рот, чтобы рассказать, какой он наглец и что он потерял совесть, но не успела. Скрипнула дверь, в лицо ударил ледяной воздух. Кожа покрылась мурашками. Тело задрожало, а я пыталась вдохнуть морозный воздух. На секунду распахнула глаза от шока. Я была готова к купанию в бассейне, сауне, но не ожидала, что он не пошутил насчёт наказания. Лишь когда глаза зацепили густой туман, который валил в дом с улицы, в голову закрались мысли о термальных источниках. Но я была не готова выходить в мороз на улицу в одном купальнике.

- Просто доверься мне, - шепнул Доминик, - закрывай глаза.

- Ты будешь мне должен, - дрожала от холода, но просьбу выполнила.

- Всё, что угодно, - подхватил меня на руки и вынес на улицу.

В закрытые глаза ударил солнечный свет, в тело впились миллиарды иголок холода, которые с каждым мгновением проникали всё глубже и заставляли жаться к тёплому телу Доминика. Но я упорно не открывала глаза. Поджала пальцы ног от холода и съёжилась в руках Доминика. Несколько секунд и ног коснулась обжигающе горячая вода. А потом Доминик погрузил моё тело в воду полностью. Контраст был таким ярким, что я не сумела сдержать судорожного вздоха, и всё-таки распахнула глаза. Тело всё ещё сотрясалось от холода, но это уже не имело значения.

- Как здесь красиво, - с детским восторгом оглядывалась вокруг.

От мутной бирюзового цвета воды поднимался пар. Он был таким густым, что размывал очертания всего вокруг, кроме крыльца, лестница которого сразу вела в горячий бассейн. Пар, встречаясь с морозным горным воздухом, опускался на всё вокруг серебристой бахромой, украшая каждую мелочь, до которой только мог дотянуть свои туманные объятия. Казалось, что я вдруг оказалась в гостях у Деда Мороза, чей дом был построен из снега, а всё вокруг было разукрашено серебристой сединой инея. Тело перестало дрожать от холода. Вода была словно мягкой на ощупь. Она приятно ластилась к телу, оглаживала его и словно укутывала в согретый на печи плед. Это было так невероятно – чувствовать прохладу зимнего воздуха, силу зимы и при этом наслаждаться теплом воды в бассейне под открытым воздухом.

- Потрясающе, - не хватало слов, чтобы выразить весь свой восторг. Прижалась губами к губам Доминика и задёргала ногами в воде, чтобы он меня отпустил.

По периметру бассейна под водой были сделаны каменные ступеньки, на которых мы расположились. Доминик предупредил, что бассейн большой, но чем дальше от крыльца, тем он становился глубже. Оказалось, что это природное озеро, которое семья Артинасов облагородила и наслаждалась его горячими радушными объятиями в любое время года. Я любила воду, а уж возможность поплавать под открытым небом, когда вокруг вырастали снежные сугробы огромной величины, не могла позволить мне усидеть на месте. Даже напоминание Доминика о том, что мне запретили физические нагрузки, не смогло удержать меня от соблазна.

Это невероятное чувство расслабленности, гармонии с природой, когда тело медленно рассекает водную гладь, устремляясь вперёд, когда вода, словно старший соратник, поддерживает на плаву, дарит тепло, нежит, успокаивает и делится своей энергией. Я любила воду, вода любила меня, я никогда не боялась водоёмов, внутренняя уверенность, что мне ничего не угрожает, всегда была со мной, когда я погружалась в объятия этой мирной, спокойной стихии, которая нередко проявляла свою удивительную мощь и разрушительную силу.

- Мне так этого не хватало, - призналась, когда наплавалась, и мы оказались на каменной лавочке. - Я не знаю, как у тебя это получается, но ты словно чувствуешь, что мне нужно. И это…это невероятно. Я так люблю воду, а в академии только душ, даже в ванне поплескаться нет возможности. Ты просто волшебник, - с этими словами забралась к нему на колени, обвила шею рукой и преданно заглянула в глаза, - ты самый лучший, - поцеловала его, - я тебя обожаю, - еще один поцелуй, - и самое лучшее, что случалось в моей жизни неизменно связано с тобой.

Поцелуй был с горчинкой. Вода на вкус оказалась терпкой, вязкой и горькой, но сладость губ и желание касаться их снова и снова были сильнее. Зарылась рукой в холодные волосы Доминика, которые, как и мои, покрылись белоснежным инеем. Доминик приподнял меня, вынудив повернуться и сесть сверху. Его руки блуждали по моей спине, язык танцевал в моём рту, даря невыносимое удовольствие. Я захлёбывалась эмоциями. Изо рта вырывались судорожные вздохи, по телу бежали крупные мурашки, которые щекотали нервы и заставляли дышать всё чаще. Грудь вздымалась так высоко, что касалась груди Доминика. Мы были во власти нашей любви, и я понимала, что уже не смогу выпутаться из её коварных сетей. Я не хотела от них избавляться. Хотела безвозвратно остаться их пленницей. Чувствовала, как дарит мне свою любовь Доминик, купалась в согревающих лучах этого чувства и сгорала от желания отдать ему всё то, что чувствовала к нему. Хотела раствориться в этом чувстве вместе с ним.

- Нам пора в дом, - судорожно выдохнул Доминик.

- Я не хочу уходить, - не открывала глаза, пытаясь как можно чётче сохранить эмоции в памяти. Закусила губу и улыбнулась.

- Ещё вернёмся, если захочешь, - встал, подхватив меня под попу.

Обвила талию ногами, сцепила руки в замок на его шее и заглянула в его сияющие глаза.

- Я люблю тебя. И доверяю, - поцеловала в уголок губ и положила подбородок на его плечо.

- Я верю тебе, Саша. И люблю, - сжал в объятиях и взошёл на первую ступеньку, поднимая меня над водой.

Мороз был обжигающим, но это прошло мимо. Я думала о его словах. Он сказал, что верит мне. Даже слова о любви не были такими яркими и неожиданными, как это одно слово. После предательства в прошлом он смог поверить мне. Поверить моим чувствам, словам. Знала, как тяжело после прошлых обид начать всё с чистого лица, как тяжело взрастить в себе чувства, которыми кто-то когда-то игрался. И я благодарила вселенную за то, что мы встретились с Домиником. За то, что смогли полюбить.

Только после того, как мы вошли в дом, меня опустили на пол. Не успела оглянуться, как одним из полотенец Доминик обтёр меня от воды, а потом на плечи лёг тёплый халат. Пока я его подвязывала, Доминик надел на мои ноги тёплые шерстяные носки, которые слегка покалывали нежную, размягчённую от долгого пребывания в воде кожу. Такая забота умиляла и вызывала приступы ужасающей нежности, в порыве которой хотелось задушить Доминика в объятиях или зацеловать до смерти.

Сама понимала, что со стороны выглядела, как блаженная, которая в восторге от одного конкретного молодого мужчины.

Облачившись в халат и носки, он подхватил меня на руки и понёс на кухню. На моё вялое возмущение о том, что я могу и сама ходить, ответил, что ему нравится чувствовать, что я в его руках. Во всех смыслах.

После недолгого разговора на кухне, куда и притащил меня Доминик, неприлично усадив на стол, решила, что с купанием на сегодня покончено. Вечер наступал, да и по телу разливалась такая лень, что даже поход до комнаты Доминика, чтобы переодеться, был сравним с подъёмом на Эверест. Хотелось лечь там, где стояла. И не двигаться. Но, сделав невероятное усилие над собой, всё же переоделась в свободные штаны и светлую футболку. Халат с вещами бросила в специально отведённую корзину. Когда вернулась, увидела, что Доминик что-то делал у плиты.

- Ты готовишь? - в голосе прозвучали нотки ужаса. Не верила, что бывают такие идеальные парни.

- Саша, - как на несмышленого ребенка взглянул на меня, - нет, конечно.

Оказалось, что я зря волновалась. Доминик, как и многие мужчины, кроме бутербродов мало чего мог приготовить. В его доме этим занимались слуги, которые и здесь тоже потрудились для нас. Он всего лишь подогревал вино со специями. Но сразу предупредил, что понятия не имел, в каких количествах нужно добавлять специи. А мне было всё равно. Вид любимого мужчины у плиты околдовывал.

Доминик тоже переоделся, пока я грела руки о тёплый бокал, сидя в гостиной на полу у камина. Завороженная всполохами пламени, наслаждалась треском горящего дерева. И запахом. И тишиной. Всем тем, о чём говорил Доминик, как только мы прибыли в это волшебное место. Он был прав, мне хватило нескольких часов, чтобы проникнуться атмосферой этого места, полюбить его и с сожалением думать о завтрашней отправке обратно в академию.

Доминик вскоре спустился и, хитро улыбаясь, опустился на пол рядом со мной. Сделала глоток вина с пряностями, не отводя от него взгляд. Он что-то задумал и наслаждался моим любопытством, которое разгоралось с каждой секундой всё сильнее.