Светлана Шавлюк – Начертательная магия. Дилогия (страница 10)

Небо затянула серая пелена. Легкий ветерок подгонял нас в спину и приносил с собой такую необходимую прохладу. Духота стояла невыносимая, особенно здесь, в центре города, где, словно в огромном муравейнике, сновал народ. Мы с Наткой шагали прямиком к самому большому зданию – местному торговому центру.

– Главное, чтобы под дождь не попали, – запрокинув голову к небу, сказала Ната, – иначе промокнем до нитки. Дожди у нас, если начинаются, то с грозами, молниями и на несколько дней.

– Ну, судя по погоде, именно гроза сегодня и будет. Душно же, кошмар. Я вот дождь не люблю, серо, мокро, к тому же в такую погоду я похожа на пуделя. А вот грозу люблю. И молнии. Красиво. Мне нравится, как светящиеся трещины разрывают небо. И гром люблю. Вот, когда природа показывает, кто же все-таки главный на земле. И запах. Запах озона, свежести после грозы, мокрого асфальта, умытой травы и листьев. Наверное, больше грозы я люблю только огромные хлопья снега зимой в безветренную погоду. Когда оранжевый свет фонарей отражается в сером темном небе, и крупные хлопья медленно, покачиваясь в воздухе, опускаются на землю ровным покрывалом. Укутывают деревья, скрывают все следы. Этот снег словно очищает мир.

– У-у, девушка, да вы романтик, – хихикнула Ната.

– Наверное, – пожала плечами, – ты лучше скажи мне, какую одежду у вас в академии носить можно.

– Никаких четких правил нет, – Ната открыла дверь в торговый центр, пропуская меня внутрь.

Здесь было еще хуже, чем на улице. Воздух тяжелый, спертый, множество разных запахов, которые смешались, и лишь иногда откуда-то порыв сквозняка приносил свежий уличный воздух. Я оглядывалась, пока Ната рассказывала о дресс-коде академии.

– Если останешься на начерталке, то либо юбка до колена, но такая, чтобы не мешала чертить, а еще лучше – брюки с узкими штанинами. На верх – все что угодно, только с рукавами не ниже локтя. Рубашки, футболки, жилетки, майки – что захочешь, то и надевай, но с учетом того, что это все-таки академия, а не кафе или молодежный центр веселья. Короче, пойдем, сейчас что-нибудь тебе подберем.

Подсвеченные витрины, на которых то и дело загорались надписи, завлекающие рекламы, какие-то неведомые зверюшки, показалось, даже фея мимо пролетела. Такая маленькая, с трепещущими переливающимися крыльями, как у стрекозы. Но Ната сказала, что это магия. Все вокруг было пропитано ей. Я с любопытством вертела головой, даже не замечая людей, которых тут было много. Стены, с которых обрушивались водопады, впитываясь в пол, магические круги с бьющимися внутри привидениями, животные, которые бросались на стекло, разбиваясь тысячами светлячков, и много разных, приводящих в восторг фокусов. Но мы направлялись к девушке, которая крутилась у зеркала, и с каждым поворотом ее наряд менялся.

– Крутой фокус, – похвалила ловкую девушку. Ната рассмеялась, а девушка даже головы не повернула. – Это что, тоже ненастоящее? – уже поняла свою оплошность и подошла к зеркалу. Коснулась девушки, но моя рука прошла сквозь тело красотки, а она продолжала кружиться, меняя наряды.

– Пойдем, – Ната потянула меня за руку, – за вами, переселенцами, так интересно наблюдать, когда вы только привыкаете к нашему миру.

– Посмотрела бы я на вас в нашем мире.

– Ой, нет, – с лица сокурсницы улыбка слетела в один миг. – У нас на третьем курсе целый блок о вашем мире идет. И на экскурсию в самые большие города водят. Жуть, как вы там живете. Дышать невозможно, вокруг люди-люди-люди, тысячи людей, и все толкаются, куда-то бегут, машины не ездят, а проносятся мимо, или наоборот стоят и гудят, будто что-то изменится от этого звука, и люди в них хмурые, недовольные, какие-то замученные. И всего так много, что в глазах рябит. И города каменные, стеклянные, серые, и только крохотные островки зелени в редких сквериках. Нет, я бы не смогла жить в вашем мире.

– А меня не спрашивали, – пожала плечами, – просто забрали из моего мира.

– Тебе не нравится у нас?

– Нравится, очень нравится, но все как-то слишком быстро произошло. Надо просто привыкнуть.

– Привыкнешь. С Домиником, я смотрю, все наладилось, а то он вчера очень уж зол был, а после того, как тебя проводил, сразу ушел. Все у вас нормально? – зарывшись в вешалки с одеждой, спросила Ната.

– Все нормально, спасибо за беспокойство.

– Ну, если что, обращайся, помогу, чем смогу.

Спустя полтора часа мы с Натой вышли из магазина, нагруженные бумажными пакетами, но безумно счастливые. Рубашки, юбки, платья, штаны, чего только мы не купили. Настроение было отличное, впрочем, как и всегда после масштабного шопинга. Особенно когда вещи оказались такими приятными к телу и удобными. Даже сапожки себе купила на осень. И халат. Длинный, мягкий, плюшевый халат мятного цвета.

Народа вокруг стало почему-то больше.

– Блин, не успели до дождя, – простонала Ната.

– Ну, давай зонтики купим?

– Все равно промокнем, – поморщилась она. – Ладно, идем, там зонты продаются, – махнула головой в сторону одного из бутиков.

Я развернулась и столкнулась с каким-то парнем.

– Извините, – улыбнулась я. Высокий шатен улыбнулся и кивнул, перевел взгляд на Натку. Что-то изменилось в нем моментально. Показалось, что его серые глаза даже потемнели. Вновь посмотрел на меня.

– Что, Ладияс, новенькая чертила в ваших рядах, да? – ухмыльнулся, оглядев таким взглядом, что стало мерзко. – А ничего, хорошенькая, твоя? Очередная, которую пропихнули на факультет. Кто тебя объездил, девочка, может, и мне чего перепадет? – спросил меня.

– О, Тир, – расплылась в улыбке Ната, – а ты все не можешь пережить своего провала? Никак не можешь смириться с тем, что криворук? Или твой яд – это оттого, что Малика тебя отшила со всеми твоими сальными шуточками? Наверное, все-таки второе.

– Ой, заткнись, ты на факультете держишься только из-за того, что тебя парни опекают. Что ты им даешь взамен, поделись, а, чем расплачиваешься за помощь? – многозначительно осмотрел ее, я уже отошла от этого неприятного незнакомца к Натке и молча слушала их перебранку.

– Слушай, ты постоянно на что-то намекаешь, вот и про Сашку сразу решил, что ее кто-то объездил. У меня, знаешь ли, мысли всякие лезут, что-то ты так часто об этом говоришь, что мне кажется, что это тебя при поступлении на начерталку кто-то объездил, а тебе или мало было, или обидно, что объездили. Ты там сам со своими проблемами разбирайся, и да, поздравляю с поступлением на боевку. М-м-м, второй курс, второй раз, – хмыкнула она, схватила меня за руку и потащила к выходу.

– Дешевки, – прилетело нам в спину.

– Недоумок косорукий, – выплюнула Ната, вылетев из здания под моросящий дождь.

Глава 6

Люди спешили укрыться от мелких капель, а мы с Натой шли вперед, не обращая внимания на погоду.

– Что это было? – спросила я, когда мы отошли от торгового центра. – Вернее, кто это был?

– Ай, не обращай внимания, – отмахнулась девушка.

– Ната, Доминик мне уже рассказал о том, что вас не любят в академии, и объяснил почему. Этот, – мотнула головой назад, – тоже из академии, судя по тому, что я услышала, его отчислили в этом году, но что за намеки на интим?

– Почему Доминик тебе все рассказал? – она остановилась посреди улицы, людям пришлось обходить нас, но никто даже не толкался и не возмущался, только с недоумением глядели на нас, которых совершенно не волновал моросящий дождь.

– Ну, скажем так, ему пришлось. Я умею слушать, мне хватило пары намеков и оговорок, чтобы понять, что не все так хорошо на факультете, как расписывал Доминик.

– Только не говори пока…

– Я в курсе, – остановила ее, – сами потом остальным расскажете. Ну, так что за намеки?

– Ой, этот недоумок – наш однокурсник. Вылетел в этом году. Наконец-то. А намеки его, знаешь, я подозреваю, что у него какие-то проблемы, – хмыкнула она, – он пока учился с нами, так с ним общаться невозможно было. Что не разговор, то обязательно скатывается в тему секса, в очень похабной форме. И шутки у него всегда были слишком сальные. Мерзкий тип. К Малике приставал, однажды до слез довел, за что по морде от Лекса схлопотал. На боевку ушел, а намеки, да пусть говорит, что хочет, какая разница? Уж мы-то знаем правду.

– Не знаю, смогу ли я учиться в такой атмосфере, – поморщилась я. Дождь уже не моросил, а весело барабанил по асфальту. Подхватила Нату под руку и поволокла в сторону академии. Не хватало промокнуть и простыть.

– Не переживай, не все такие идиоты. Много студентов, которые не верят во все эти россказни и вполне нормально с нами общаются. В основном проблемы со стихийниками и боевиками. И то, после совместной практики четвертого курса боевки и пятого курса чертежников очень многие боевики меняют свое мнение, а многие становятся друзьями.

– А что там за практика? – я стерла с лица воду, которая застилала глаза и попадала в рот. Ливень уже разошелся на полную. Футболка прилипла к телу, штаны потяжелели. Я была мокрая до нитки. И Ната тоже. Мы уже практически бежали, прижимая к телу пакеты с покупками, черт бы их побрал. Лучше бы сидели в академии, буковки рисовали.

– Полгода практики в полевых условиях. Парами. Один боевик, один чертежник. Жить захочешь – найдешь общий язык. А там и до понимания с симпатией недалеко.