Светлана Шавлюк – Александра. Не будите во мне вейра (страница 7)

Едва я привела себя в порядок, сумела угомонить трепещущие крылья и бунтующую магию, как стол в гостиной был накрыт, а в дверь вошел папенька собственной внушительной персоной с привычно хмурым выражением лица. Только вот глаза его выдавали. Кажется, он волновался. И так же, как и я, безмерно обрадовался появлению Риты и ее вирра Тайлинга. Тайлинг, кстати, выглядел совсем, как человек. Но его аура подавляла и заставляла держаться подальше. От его пронзительного взгляда стальных глаз мурашки бежали по спине. Он выглядел совсем щуплым на фоне отца, но от него веяло такой силой и мощью, что я бы не стала с ним ссориться точно.

После утренних приветствий, мы расселись за столом. Напряжение разве что не трещало в воздухе. Отец набрал воздуха в грудь, явно что-то желая сказать. Я взглянула на него и вскинула брови. «Ну же. Давай! Скажи что-нибудь путнее, чтобы я могла поддержать разговор. Потому что сама я понятия не имею о чем говорить», — мысленно пыталась подбодрить я отца, но он сдувался, как воздушный шарик и продолжал молчать. И снова он дернулся, я вновь взглянула на него, но он стушевался и уткнулся носом в свою тарелку. Да уж, далеко мы так не уедем. Рита пыталась пару раз завязать разговор ни о чем, но он быстро стихал. И в этот раз я взглянула на нее в поисках поддержки и спасительного круга. Но девушка сделала страшные глаза и поджала губы. А я что? Я пыталась всеми силами. Наконец, сдаваясь, я ухватила булочку со стола и выдала первое пришедшее на ум:

— Булочки сегодня особенно удались, неправда ли, — я сделала паузу и выдавила: — Папа.

— Да, дочка, — чересчур громко и нервно ответил он и расплылся в улыбке. Кажется, я только что скинула с него тяжкий груз. — И мясо тоже прекрасно. Попробуй, — он схватил кусок и шмякнул его в мою тарелку.

Улыбнулась от такой нервной, но искренней заботы.

— Спасибо, с удовольствием попробую, — не зряже мама учила быть вежливой.

Только вот папенька решил, что это зеленый свет для него и уже через десяток минут он под нескончаемое бормотание о видах мяса и специях соорудил на моей тарелке пирамиду похлеще Хеопса.

Рита давилась смехом. Негодяйка! Я бы тоже посмеялась, но боялась, что папенька мое веселье не разделит. А потому бросала умоляющие взгляды на Риту и улыбалась Диару.

— Тайлинг сообщил мне, что вечером нас ждет прием, а завтра прогулка по городу. Не сочтите за наглость, я не хочу лезть не в свое дело, но думаю, что вашей дочери нужно чаще покидать эти без сомнения безопасные комнаты, — она с насмешкой оглядела мягкие стены. — Может быть, она будет сопровождать нас в эту декаду? Нам всем это пошло бы на пользу.

Я едва с места не подскочила и не заорала «Да!». Сдержалась и уперла умоляющий взгляд на Диара.

— Я не уверен, — хмурая складка пролегла между густых темных бровей папеньки.

— Я бы очень этого хотела. Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста. Папа. — на одном дыхании протороторила и состроила умоляющую рожицу. Надеялась, что выглядела она умоляюще.

— Хорошо, Клиа… — начал он, и я непроизвольно поморщилась, — Александра. Я буду рад представить тебя высшему свету нашего острова, познакомится с тобой и познакомить тебя с нашим домом.

В первое мгновение я даже не поверила ушам. Мало того, что он назвал меня моим именем, так и все же разрешил выйти в свет!

Я подскочила со своего стула и бросилась на шею к Диару.

— Спасибо! Спасибо-спасибо, — обнимала его и счастливо шептала одно и то же слово. А Диар замер на секунду, словно окаменел, а потом острожно, едва касаясь обнял меня. Будто и не верил в происходящее.

Думалось мне, что еще пара таких подвигов, и мы научимся с Диаром хотя бы мирно сосуществовать и хоть о чем-то говорить. Судя по всему, он действительно хотел наладить отношения с дочерью. И мне его стало даже жаль. Он много лет отчаянно, но безуспешно искал дочь. Свою драгоценность. А нашел меня. Явно его за что-то Богиня местная наказывала.

Глава 7

Утром меня разбудила служанка. Она бесцеремонно распахнула плотные шторы, заставив меня заползти под подушку и оттуда возмущаться.

— Мадура, ты озверину тяпнула на завтрак? — ворчала я.

— Светлого утра, госпожа. У нас сегодня очень насыщенный день.

— У нас очень насыщенный вечер, а день у нас совершенно обычный, — я не собиралась покидать пределы своего убежища.

— Вы ошибаетесь, вейра, — звонкий голос Мадуры раздражал. Я с трудом подавляла желание запустить в нее подушкой. А если приложить побольше сил даже подушка, станет убойным снарядом. Потому и сдерживалась, чтобы не прибить хрупкую девушку. — Ванная уже ждет вас. В обед нагрянет портниха с готовыми платьями. Выберете подходящее, его тут же подгонят под ваш размер. Потом придут мастерицы, чтобы сделать вам причёску и макияж. А еще ваша матушка отобедает с вами, чтобы рассказать несколько правил поведения.

— Я уже в курсе, — все же выползла я из-под подушки и прищурилась от слепящего света. — Миллион правил прочитала. Некоторые даже не по одному разу, потому что глазам своим поверить не могла. Шутка ли, любой дурак может домогаться меня, если я холостая и без сопровождения. Дурдом. И я в нем главный пациент. Я уже все знаю. Никому не улыбаться, никакой благосклонности, чтобы не решили, что я поощряю ухаживания, держать дистанцию и круговую оборону. Одной не ходить, слишком счастливой от общения не выглядеть, много времени одному и тому же не уделять. Лучше всего выработать косоглазие, чтобы они никогда не угадали, на кого же я смотрю, а еще морду тяпкой делать, будто я испытываю невыносимые боли и муки, и ни в коем случае не отходить от папеньки. Или кого-то из родственников. И будет мне свобода и счастье.

Мадура уже привыкла, что я говорю странности, но в этот раз даже она косилась на меня с опаской.

Правда уже через двадцать минут такие же опасливые взгляды бросала на нее я. Судя по всему, служанка решила меня не вымыть, а выстирать и пару раз прополоскать. Это не было приятной процедурой с аромомаслами, масками и кремами. Это была экзекуция, где ждал меня экстремальный пилинг жесткой щёткой, удаление лишних волос на теле, обмазывание чем-то вонючим и обжигающим, и только в самом конце, когда дым шел из моего носа от негодования, Мадура аккуратно втерла что-то приятно пахнущее в кожу головы, обмазала тело холодящим кожу тело и, наконец, разрешила покинуть пыточную. То есть ванную.

Во время завтрака заглянула Рита. Попросила набросать на бумагу все то, что мне известно о том, как я попала на остров, и как на меня покушались. Я написала. Все, чему была свидетелем, и то о чем узнала из обрывков разговоров.

Мама Клиаты все же потратила на меня время. Чинно обедала и рассказывала все то, что я и так знала. Правда, она все эти варварства и странности их расы заворачивала в красивый фантик из заботы, традиций и невероятных ухаживаний за дамой сердца. Дама в свою очередь, как неприступная крепость ворота открывала только избранному. Я пыталась не кривиться. И не ухмыляться. Но судя по поджатым губам матери, выходило плохо.

Но вот, что нас точно обединяло в этот момент, так это то, что ни я, ни матушка даже не подозревали, что все правила на этом приеме полетят к чертям собачьим, а я вдруг окажусь в эпицентре настоящего кошмара.

Примерка платья прошла быстро. Без сучка, без задоринки. Отчего у меня закрались смутные сомнения. Из всех представленных платьев только алое оказалось сшитым по моей фигуре. Прекрасно село и выглядело сногсшибательным. Открытые плечи, глубокое декольте, не оставляющее место для фантазии, разрез от бедра и до самой пятки. Босоножки, будто сотканные из тонких нитей и бусин, которые оплетали ногу чуть выше щиколотки. Отличный наряд. Для хищницы, которая вышла на охоту. Но отчего-то остальные наряди сидели на мне настолько несуразно, что даже назло всему миру надеть их я не решилась бы. И были у меня подозрения, что все это неспроста. В гардеробе за стенкой висели десятки нарядов. И все подходили мне по фасону и размеру. А тут беда случилась с нарядами на прием. Один хуже другого. В общем, выбор предоставили мне всего лишь формально. Без выбора совсем.

Когда я сидела, завернутая в халат, а какая-то юная особа порхала вокруг, создавая нечто помпезно праздничное на моей голове, в дверь настойчиво постучали. Мадура приоткрыла дверь настолько, что смогла лишь голову просунуть. Я услышала голос Корстена:

— Мне нужно увидеть Клиа… Александру.

Клиалександра в моем лице криво усмехнулась. Каждый раз забавляло, как они пытались сначала продавить и заставить меня откликаться на чужое имя, а потом с трудом привыкали к моему настоящему.

— Госпожа сейчас не может принимать гостей, — уверенно ответила Мадура.

— Впусти его, — откликнулась я. Любопытство оно такое.

Корстен вошел. Вскинул удивленно брови. Обвел взглядом мою фигуру, плотно укутанную в мягкий халат, а потом медленно заскользил по оголеным до колена ногам. Остановился на ступнях, да так и замер.

Я молчала, ожидая, когда мужик в себя придет. Судя по моим нарядам, в паранжу тут женщины не заматываются. Предпочитают брючные комбинезоны, легкие штанишки и платья. Вполне удобно, симпатично и без попытки скрыть все и вся.

— Ты посмотреть зашел? — не выдержала я и скрипнула зубами.