Светлана Семенова – Старая Уфа. Часть первая (страница 6)

Кириченко подчеркивает, что «романтизм представлен немногочисленными культовыми сооружениями не только в архитектуре названных регионов, но и в большинстве провинциальных городов Европейской России, даже губернских, в отличие от историзма, который получает повсеместное распространение на огромной территории России».

По Е. И. Кириченко, «романтизм» не оставил такого большого следа и потому, что в стране классицизм еще занимал ведущие позиции. Это означает, что все казенные постройки продолжали создавать классическими, а «романтизму» пришлось пробивать себе дорогу там, где не было правительственной регламентации. Такими были частные усадьбы, интерьеры, дачные поселки, курорты, публичные парки и другие неадминистративные постройки (клубы, театры, музеи, др.).

Итак, попробуем с помощью выводов Кириченко рассмотреть архитектуру Уфы XIX в.. Какой след «романтизм» (1800—1850) оставил в архитектуре Уфы?

Во времена «романтизма» главные административные сооружения Уфы продолжали строить в изжившем себя к тому времени стиле «классицизм». Почти все они были сосредоточены на Соборной площади (ул. Валиди, Советская, Карла Маркса) или близ нее: мужская гимназия, присутственные места, удельная контора, училище и др. В жилых кварталах господствовал «деревянный классицизм». В стиле «классицизм» были и храмы: Сборная мечеть, кафедральный собор, церкви Александровская, Покровская, Спасская.

Только в 1840-50-е годы появились в духе «романтизма» церковь Ильинская (1840-е, снесена в 1931, ул. Валиди) и Александровская на ул. Сочинской. На мой взгляд, выполнены были в «тоновском» стиле, он относится к линии «официальной» (под контролем царя). Сомову Ильинская понравилась.

За проектированием частных храмов не было правительственного контроля, поэтому они могли быть эклектичными, то есть в духе «романтизма». Но в Уфе не было частных храмов. Однако на Ивановском кладбище (не сохр., ул. Революционная) в 1845 году появляется приходской храм в духе «романтизма» по линии «неофициальной» (не под контролем правительства). Это был новый тип храма-памятника. В 1864 голу краевед Сомов пишет: «каменная церковь во имя усекновения главы Иоанна Предтечи, устроенная по фасаду Казанского памятника, воздвигнутого в память убитых при взятии Казани в 1552 году. Она имеет вид четырёхсторонней пирамиды». Добавлю, что аналогичные этому казанскому памятнику сооружения, но в уменьшенном масштабе, были построены в разных городах. Их фасады копировали с образца, у которого был автор столичный архитектор Н. Алферов.

Проник ли «романтизм» в архитектуру уфимских общественных зданий?

В крупных городах центра страны в период «романтизма» (1800—1850) появились такие новые типы зданий как пассажи, вокзалы. Но в Уфе их возвели только в конце века.

А был ли «романтизм» на фасадах частных домов уфимцев?

По Кириченко, в эпоху романтизма приемы и формы «народной» (фольклорной) линии (1800—1850) архитектуры получили распространение по стране только в загородных домах знати, а также в парковых павильонах, беседках, кофейных и чайных домиках, временных построек, сооружавшихся в дни народных гуляний.

Скорее всего, в Уфу «романтизм» своевременно мог проникнуть как раз в виде этих самых беседок, павильонов для парков и в загородных имениях. К сожалению, о них у нас нет сведений, и, как указывает Сомов, к 1860-м гг. загородные дома знати были разрушены: «на возвышенности, с которой открывается обширный горизонт, устроен был одним из губернаторов – Балкашиным – загородный дом, в роде итальянской виллы с отдельным павильоном, прекрасными цветниками и оранжереями».

Стиль этой усадьбы был явно «неороманский» («западное» направление) – с арками, колоннами, ротондами, круглыми башенками. Это дворянское гнездо находилось у Висячего камня (Горсовет). А на даче Жуковского, которую тоже упоминает Сомов, могли вполне быть и беседки, и чайные домики в «народном» стилевом направлении, а именно: «За Софроновою горою, господствующею над рекой Белой, в 1833 году бывшим гражданским губернатором Жуковским построен был летний дом.»

Уфимский «историзм».

Как уже было сказано, мы не знаем точно, как выглядел уфимский «романтизм», так как не имеем изображений уфимских построек до 1880-х гг. и располагаем только приблизительными сведениями о датах построек немногих домов. Это привело к тому, что не можем ответить на вопрос: в каком году проникла в Уфу эклектика, а, значит, «романтизм» (первая стадия эклектики) и «историзм»(вторая стадия эклектики). Пока самыми ранними постройками времен уфимской эклектики – «романтизма» и «историзма» – считаются здания Дворянского собрания (Ленина, 14, 1852 г.), Ильибанканской церкви (ул. Валиди (Фрунзе) и Александровской на ул. Сочинской, Иоанно-Предтеченская (1840-1850-е гг.) – их изображения есть, начиная с 1880-х гг.; нет изображений названных загородных дач губернаторов Жуковского и Балкашина.

Можно сделать предварительный вывод, что эклектика с ее стадиями – «романтизм» (1800—1850) и «историзм» (1850—1910) – пришла в Уфу с опозданием от крупных городов центра страны. Хоть нам и мало, что известно об уфимском «романтизме», но вполне очевидно, что он был представлен скромнее «историзма».

Уфимский «историзм» (вторая стадия эклектики) захватил всё строительство центра города и периферии, но не отличался от крупных городов разнообразием своих стилевых направлений. Хоть в Уфе и представлены все имевшиеся его линии «зарубежная» и «традиционная русская», но в Уфе были не все их ветви. Например, в Уфе из «зарубежной» линии «западная» представлена в большем количестве построек, а «восточная» – в элементах некоторых мечетей и орнаментах декора некоторых домов. Из всех западных стилей уфимцы выбрали неоренессанс, неоклассицизм, а из западных орнаментов декора – барочный, ампирный, модерн.

Также в Уфе при «историзме» (вторая стадия эклектики) ветви «западной» уступала по количеству построек «традиционная русская» линия. Какие стилевые направления последняя имела при историзме в Уфе?

Как говорит Е. И. Кириченко, при романтизме (1800—1850) в основном в частных постройках страны отмечается «народное» стилевое направление, а стилевые течения – «русский» стиль, ропетовский, псевдорусский, неорусский – распространяются при «историзме» (1850—1910) ещё и на фасадах общественных зданий (административные, лечебные, учебные); принадлежали и казне, и обществам, и частным лицам. Так мы видим, и в Уфе детали «русского» стиля читаются на общественных зданиях: городской думы (1897 г., ул. Ленина, 7), ропетовского – на Летнем театре (снесен, ул. Пушкина) и др.

Надо пояснить, что со мнением Кириченко по «русскому» стилю не совсем соглашается часть исследователей. Они решили называть «русским» стилем только несколько возникших в 1850-1910-е гг. стилевых течений: «народное» (фольклорное, ропетовское); псевдорусское; неорусское. Причем, «народное» не нужно путать с народной (непрофессиональной) архитектурой. А другая часть историков выделяет три основных этапа развития «русского» стиля: русско-византийский (1830—1850-е годы), непосредственно русский (вторая половина XIX века) и неорусский (конец XIX – начало XX века). Кто прав?…

Можно утверждать, что обнаружены в Уфе все выше перечисленные направления «русского» стиля, кроме неорусского. А именно, было два-три здания в «ропетовском»; две церкви и две часовни – в «псевдорусском» (официальном), а «народном» (неофициальном) – в одной церкви и его элементы использованы в шести церквях и в часовне. Подробнее о них будет сказано ниже.

Таким образом, в большей части храмов, зданий общественных и жилых эта «народная» линия встречается только в орнаменте декора в виде отдельных элементов и всегда в сочетании с элементами от зарубежных стилей – барокко, ренессанс, классицизм, а также орнаментов ампирного, барочного, восточного, к примеру: усадьбы Разумова по Коммунистической, 160 и Гурылева по Гоголя, 22, 22/1; усадьбы по Гоголя 48, 50, 52 и др. Дом Лаптева на улице Гоголя, 27 – это неоренессанс, но его крыльцо можно отнести и к «русскому» стилю.

Повторю, в 1858 г. царь отменил обязательное строительство по образцовым проектам в стиле «классицизм». До 1870-х гг. делали для декора фасадов резные орнаменты на мотивы стилей барокко, позднего классицизма, а начиная с 1870 года – народного зодчества.

Поясню выше сказанное. В стране для «народной» линии образцами служили простые деревенские церквушки, избы с деревянной резьбой. В Уфе эта линия была представлена и в дереве, и в камне, и в некоторых церквях, и некоторых домах. Когда я вспоминаю миниатюрную деревянную Всехсвятскую церковь (1890 гг., не сохр., за Домом правительства республики), то думаю, что она могла родиться как прототип древних исчезнувших церквей, чертежи которых извлекали из архивов «археологи» – ревнители этого «археологического» стилевого направления. А, может быть, руины успели срисовать с натуры во время экспедиционных походов по глубинкам страны. Этим занимались в эпоху историзма (эклектика) с 1850-70-х гг. последователи так называемых «археологического» и «почвеннического» направлений.

Элементы «народной» линии и «деревянного классицизма» имеет храм Сергиевский (сохр., 1868 год, ул. Менделеева). В церкви Крестовоздвиженской есть элементы всех направлений «традиционной русской» линии, но только нет «неорусского».