Светлана Романова – На качелях. Радость моя. (страница 1)
На качелях. Радость моя.
На качелях. Радость моя. Книга третья. 2002 – 2005 гг.
Вслед за двумя опубликованными книгами:
— Часть 1. Радость моя: хорошая девочка, стерва. 1984–1996
— Часть 2. Радость моя, я ищу тебя. 1996–2002
вышло продолжение
— Часть 3. На качелях, Радость моя. 2002-2005, за которым следует
— Часть 4. Держись, Радость моя. 2005-2008
Кратко о содержании первых двух частей:
Наивная профессорская дочка, в семнадцать лет я осиротела и мгновенно лишилась детства. Усвоив жесткие уроки, превратилась из нищей робкой студентки в независимую смелую женщину. Прошла путь от «хорошей девочки» до «стервы», пока наконец не отвоевала право быть собой.
После развода растила сына-подростка, брала карьерные высоты и обеспечивала себя сама. В активе имелись две самостоятельно приобретенные квартиры. А в мыслях — горячее желание выйти замуж. Но встретить любовь не удавалось. Никто не цеплял, да и сама, видимо, никому не подходила, несмотря на привлекательность и яркий темперамент.
Рубеж тысячелетий выпал на мои тридцать лет и три года. «На печи просидела» — это точно не обо мне, наоборот, чего только не наворотила!
Когда я совершенно отчаялась, судьба свела меня с мужчиной, который изменил мою жизнь. Это был Дима.
Первые свидания обнадежили. Но из-за ложного недопонимания я чуть не разорвала отношения. К счастью, мы преодолели кризис и через два года сыграли свадьбу.
Хотя дома воцарились мир да любовь, мне по-прежнему нельзя расслабляться. Вопросов стало больше. Сложится ли счастливый союз у таких разных людей, да еще и с сыновьями-подростками от предыдущих браков? Или мы разбежимся, так и не найдя общего языка? Нужно ли рожать ребенка? Не слишком ли поздно думать о беременности почти в сорок лет? И кто станет содержать разросшуюся семью, если главный добытчик — не муж, а жена?
В путешествие по жизни. Апрель-Май 2002.
Наше свадебное путешествие на Средиземноморье начиналось рано утром.
Устроившись в такси с котом Изей на руках, я думала: этот медовый месяц однозначно будет «медовее» прежнего, горько-тоскливого и холодного, в первом браке. Чувственность пела в каждой клеточке тела, а присутствие любимого человека создавало вокруг прочный защитный кокон. Судьба наконец смилостивилась надо мной и подарила шанс встретить Диму. В тридцать пять лет мне посчастливилось узнать, что значит быть замужем по любви.
Изя недовольно мяукал и заурчал лишь после того, как я почесала его за ушком. Дима крепко обнимал меня, и я плавилась от удовольствия. Другой рукой он сжимал фляжку коньяка, без которой отказывался приближаться к аэропорту. В отличие от меня, он был напряжен: подавленный предстоящим полетом, боролся с паникой, время от времени делая по глотку.
С моего лица не сходила улыбка, несмотря на то что в голове роились серьезные мысли. Мое одиночество официально завершилось. Цель достигнута. За два года, что мы вместе, наши чувства стали более зрелыми, но вопросов меньше не стало. Главный из них — что дальше? Останется ли радость в ежедневной рутине или она бесследно исчезнет? И если так, то зачем вообще жениться?
Почему-то я вспомнила Милу, которая трижды связывала себя узами брака ради возможности целую неделю поносить пышное облачение принцессы. Она даже платье использовала все то же, которое на третий раз выглядело несколько потрепанным. Не сомневалась: будь она на моем месте, отправилась бы в таком виде прямиком на рейс.
Я захихикала, представив себя в белом наряде с черным котом под мышкой. Нет, ни платья, ни поездки не создают счастья. И не медовый месяц. Его рождает то неуловимое, что возникает между двумя любящими людьми. Но и этого волшебства мало. Оно вспыхивает и гаснет, как пламя спички, а огонь в домашнем очаге нужно поддерживать годами. Это труд. Одни пары распадаются, не выдержав быта, другие — преодолевают любые испытания. В чем секрет? И сможем ли мы с Димой справиться?
Со штампом в паспорте начался наш марафон «в горе и в радости». Эту дистанцию мы бежали не вдвоем: у каждого из нас имелись дети и родственники от предыдущих браков.
После свадьбы у меня возникла амбициозная цель: создать не банальную «ячейку общества», а настоящий семейный клан. Я хотела собрать под крылом любви всех: обоих наших сыновей, папу с его новой спутницей, Димину маму и его младшего брата. И прежних свекров, к которым испытывала благодарность за Кирюшу.
В юности мне отчаянно не хватало этого многослойного фундамента. После ранней потери мамы я пережила удушающее ощущение: мой мир рухнул. Рядом не было никого, кто мог бы меня поддержать.
Повзрослев, я собиралась построить эту опору сама и была готова вкладывать сердце и средства в то, чтобы сплотить наши семьи, уходящие корнями в разное прошло. Видела как наяву праздники, веселье, дружные застолья. И верила: основой этого единства будем мы с Димой, объединенные той же прочной связью, что была у моих родителей.
Я была дочерью любящей пары, поэтому мечтала воссоздать подобные отношения с Димой. Хотя понимала: распределение ролей у моих родителей было иным. Основным добытчиком выступал папа. У нас же, наоборот, доходы Димы значительно ниже моих. Сейчас нам хватает, но…
Муж мечтает о ребенке, а как сочетать мою стремительно развивающуюся карьеру с материнством? Решиться рожать сейчас или подождать? Кто будет обеспечивать нас всех, если доход резко сократится? Но и откладывать нельзя — мне скоро тридцать шесть. Не перед пенсией же уходить в декрет.
Основной причиной сомнений был страх вернуться в нищету, из которой я недавно выбралась. Он следовал за мной невидимой тенью, мешая примириться с мыслью о малыше.
— А, да ладно! — прекратила я свои размышления. — Нам и без младенца будет хорошо. Ведь у нас есть двое сыновей, Кирюша и Леша, — лучше и быть не может!
Я искрилась радостью и знала: в этом состоянии наполненности могу свернуть горы. Я любима и больше не одинока. О нет! Мы с Димой отправлялись в свадебное путешествие не вдвоем, а вчетвером, прихватив с собой наших четырнадцатилетних мальчишек.
Они были счастливы и весело горланили песню:
— Тра-та-та, тра-та-та, мы везем с собой кота!
Кота мы, конечно, с собой не брали — планировали по дороге завезти его папе с Ларисой Христофоровной, которые согласились присмотреть за ним пару недель.
Мысли перескочили к предстоящей поездке. Нас ждали два номера в пятизвездочном отеле, бодрящее море, яркое солнце и беззаботное веселье. Расслабление и отдых. Любовь и радость. Свадебное путешествие вчетвером обещало быть потрясающим!
И я не разочаровалась. Спуск по горной речке, водопады, дайвинг, парашют, гидроцикл, банан, аквапарк — каждый день был полон впечатлений. А ночи принадлежали нам с Димой. Отпуск напоминал бриллиант, сверкающий так же ярко, как крупный камень на моем безымянном пальце.
В последний день перед отлетом пришла плохая весть. Позвонила Лариса Христофоровна. Она пожаловалась, что папа забыл закрыть дверь балкона. Кот выскочил туда, прыгнул за птицей и упал с четвертого этажа. Мое сердце тоже упало.
— Мы сидим в очереди к ветеринару. Я сообщу результаты осмотра, — произнесла Лариса Христофоровна и отключилась.
Я повернулась к Диме, слезы катились по щекам. Изя был членом нашей семьи. Вот для чего нужен большой и дружный клан: если с кем-то случится беда, остальные выручат его, и неважно, человек это или животное. Родные люди всегда подстрахуют.
Муж обнял меня, пытаясь утешить, но было видно, что и он переживает за Изю. Леша и Кирюша тоже расстроились — кот был всеобщим любимцем. Мы молча погрузились в автобус.
Лариса позвонила через час:
— Все не так плохо, он ничего не сломал, ходит, корм поел. Ветеринар сказал, что, возможно, у него сотрясение, но серьезных травм нет.
Вся компания с облегчением выдохнула. Мы с Димой подняли тост за здоровье Изи, а мальчишки получили по шоколадке. Через несколько часов, приземлившись в Москве, мы отвезли Лешу на такси домой, а потом забрали кота.
Когда Изя залез ко мне на руки и заурчал, я окончательно успокоилась. Дома он чуть прихрамывал, но аппетит не потерял. Я почувствовала огромное облегчение, а следом — прилив энергии. Хотелось как можно скорее взяться за реализацию всех задуманных планов.
Расцвет и крушение Холдинга. Май 2002.
На следующий день я ворвалась в офис сияющая — с тортом, шампанским и фруктами. Планировала вечером собрать коллег, угостить их, показать свадебные фотографии и поделиться переполняющей меня радостью.
Но посиделки в последний момент отменились: пришло срочное сообщение о том, что в конце дня состоится общее собрание управляющей компании.
В огромный холл набились сотрудники — мест едва хватило. Народ перебрасывался шутками, настроение было приподнятым. Когда вошел генеральный директор, его встретили аплодисментами. Однако он поприветствовал нас довольно сухо и сразу дал знак начинать презентацию.
Погас свет, на экране появились слайды, которые в прошлом месяце наш отдел готовил для акционеров. Генеральный поздравил нас с результатами — зал взорвался овациями. Нам было чем гордиться: мы создали бренд с нуля и раскрутили его меньше чем за полтора года. Запустили проект в середине 2000 года, а к началу 2002-го узнаваемость марки превзошла самые смелые ожидания.