Светлана Романова – Бракованная жена для огнедышащего холостяка (страница 6)

Язык Джоэля скользит по моим зубам, ласкает мои десны. По моему телу пробегает дрожь. Он исследует меня, как будто пытается прочитать мою душу, и я позволяю ему. Мои собственные губы отвечают на его ласки. Я невольно приникаю к нему еще ближе. Чувствую его дыхание на своей коже, горячее и влажное, и это сводит меня с ума.

Когда Джоэль отстраняется, у меня кружится голова. Губы пульсируют, а во рту еще остается привкус его страсти. Я смотрю на него, и вижу в его глазах недоумение. Он держит меня за плечи и смотрит как на врага.

Отшатываюсь.

– Ты опасна для меня, – шепчет теперь уже муж. – Кажется, я совершил ошибку.

Глава 8

Ошибка? Меня вернут в отчий дом? Опозоренную? Меня же казнят!

– Казнят, – шепчу, округляя глаза и отступая назад, пытаясь найти хоть какую-то опору, хоть что-то, что могло бы остановить этот надвигающийся кошмар. Но мои попытки тщетны.

Сильные пальцы хватают меня за запястье и дёргают на себя с такой силой, что я едва не теряю равновесие.

– Мы всем вам благодарны! – гремит Джоэль. – Нам так не терпится познать друг друга на брачном ложе, что мы вынуждены откланяться. Благословите нас на праздничном пиру в честь этого священного союза! – Огнедышащий поднимает мою руку, ту самую, которую держит в своей, и выставляет её перед собой, как трофей. Я чувствую, как мои пальцы дрожат, от стыда не знаю, куда деть взгляд.

Позволяю мужу увести себя. Мы едем в карете. Я и он. В этой гробовой тишине слышно только мерное постукивание копыт по мощеной дороге, да мое собственное сердце, колотящееся безумно. Я смотрю в окно, но вижу лишь размытые силуэты деревьев, проносящиеся мимо, и чувствую, как холод пробирается под тонкую ткань моего платья.

Джоэль сидит рядом, его лицо непроницаемо. Его молчание – это не спокойствие, это напряжение, сгусток невысказанных слов и скрытых намерений. И это молчание пугает меня больше всего. Оно как предвестник бури, которая вот-вот обрушится на меня. Я поворачиваюсь к нему, готовая спросить, что происходит, но слова застревают в горле.

Подъезжаем к замку, в молчании идём. За нами закрывается массивная дверь.

И тут Джоэль кричит. Его голос, обычно ровный и властный, теперь звучит надтреснуто, почти дико.

– Гельмус!

Эхо разносится по замку, и я вздрагиваю. Через мгновение появляется фигура дворецкого.

– Да, милорд? – отвечает он, его голос звучит приглушенно, словно он боится быть услышанным.

– Подготовь всё к отбытию в Савград, – приказывает Джоэль, и в его голосе нет ни тени сомнения. – Миледи уезжает.

Мое сердце замирает. Уезжает? Куда? Зачем? Я смотрю на Джоэля, пытаясь понять, что это значит, но он не смотрит на меня. Его взгляд прикован к Гельмусу.

Дворецкий улыбается, и это не просто улыбка. Это гримаса, растянувшаяся на его лице, обнажающая зубы. Улыбка победителя. Улыбка хищника, который только что поймал свою добычу. Она скользкая, неприятная, как будто он только что съел что-то гнилое, но ему это нравится.

Я не могу больше молчать. Мой голос, дрожащий, но решительный, прорывается сквозь напряженную тишину.

–Что происходит? – спрашиваю, обращаясь к Джоэлю.

Он наконец поворачивается ко мне. Его глаза, обычно холодные и расчетливые, сейчас горят странным, лихорадочным блеском.

– Я избавляюсь от тебя, – говорит он, и каждое слово падает на меня как мешок с песком. – Пока ты не разрушила мою жизнь, Алира.

– В чём моя вина? – голос дрожит, а глаза наливаются слезами.

– Он чувствует тебя и бесится. Слышишь?

В подтверждении его слов страшный грохот разносится по замку.

– Ты взбудоражила его! Почему? – Джоэль приподнимает указательным пальцем мой подбородок и смотрит на меня своим красивущими глазищами в поисках ответа, но, видимо, не находит его.

– Кого? – шепчу, утопая во мраке его взгляда.

– А это, милая Алира, тайна! – Джоэль отстраняется и медленно идёт куда-то вправо.

– Куда я поеду? – иду вслед за мужем.

– В моё имение в Савграде. Не волнуйся, Алира. Ты ни в чём не будешь нуждаться.

– Джоэль! – грозный раскатистый бас отца заставляет вздрогнуть. – Где ты, щенок!

Слышу, как тяжелые шаги огнедышащего стремительно приближаются. Каждый его шаг отзывается вибрацией в моих костях. Каменные плиты пола дрожат, когда в проеме появляется отец мужа.

Он смотрит прямо на Джоэля, который стоит гордо расправив плечи. Отец делает еще один шаг, и я чувствую, как напряжение в воздухе становится почти осязаемым.

– Ты проявил неуважение к клану, к традициям! Ты опозорил меня!

Джоэль не отводит взгляда.

– Я не мог иначе, отец.

– Не мог иначе? – Отец Джоэля издает низкий, угрожающий рык.

– Он чувствует её. Желает и получит, если я не приму меры.

– Он ничего не сможет сделать! Он заперт! – голос отца переходит в яростный рёв. – Ты исполнишь супружеский долг сейчас же, Джоэль! Союз должен быть скреплен на брачном ложе. Иначе свадьба недействительна! Ты понимаешь это, щенок? Недействительна!

Он подходит вплотную к Джоэлю.

– Если у тебя не появится наследник вскоре, ты должен будешь покинуть клан! Ты будешь изгнанником! Ты потеряешь всё! Твоё время на исходе. Я больше не могу прикрывать тебя.

Смотрю на Джоэля, ожидая реакции. Лицо дракона непроницаемо, но я вижу, как напряжены его челюсти. Он знает, что отец не шутит. И я тоже знаю.

– Будь по-твоему, отец. Но всё, что случится, будет на твоей совести. Гельмус! – рявкает Джоэль. – Пусть купальщики подготовят Алиру! Для меня! Миледи никуда не едет. И объяви всем слугам, что Алира теперь здесь полноправная хозяйка.

Джоэль стремительно покидает холл, оставляя меня с Гельмусом и грозным Огнедышащим, который подходит ко мне и смотрит серьёзно.

– Будь умницей, девочка! Ты моя последняя надежда! – говорит это и уходит.

– Я пришлю Эльзу, миледи. Она поможет вам раздеться, – Гельмус говорит спокойно и услужливо.

Его отношение ко мне вмиг меняется. Странный он очень. Буду держаться от дворецкого подальше.

– Вас проводить в покои?

– Я сама. Спасибо.

Стоп! О чем сейчас говорил отец Джоэля? Скрепить союз на брачном ложе? Это к нему меня сейчас купальщики готовить будут?

Глава 9

Я поднимаюсь по широкой лестнице, каждый шаг отдается глухим стуком в моих ушах, заглушая даже шелест моего свадебного платья.

Оказавшись в своих покоях, начинаю ходить по комнате взад и вперед, словно загнанное животное. Сердце мое бьется так бешено, что кажется, вот-вот вырвется из груди и улетит прочь, подальше от этого места, подальше от Джоэля. У него нет сердца, он сам лишил себя его. Теперь я верю в это. Как возлечь с Джоэлем на брачное ложе, если я боюсь его?

Каждый мой шаг по комнате – это попытка угомонить бурю внутри меня. Пытаюсь глубоко дышать, но воздух кажется густым, тяжелым, словно он тоже пропитан страхом. Я смотрю на свои руки, они дрожат, пальцы скрючены, словно пытаются ухватиться за спасительную соломинку. Но реальность слишком жестока. Я – жена Огнедышащего, лишённого самого важного. Души.

В покои входит Эльза. Она что-то говорит, ее голос звучит как далекий звон, но я не слышу ни слова. Мой разум затуманен, все звуки искажены, все мысли сосредоточены на одном – на нем. На том, что ждет меня.

Эльза подходит ко мне, ее руки осторожно касаются моего плеча. Я не сопротивляюсь, когда она начинает расстегивать пуговицы моего свадебного наряда. Когда с платьем покончено, я стою посреди комнаты в тонкой сорочке, чувствуя себя обнаженной не только телом, но и душой. Эльза подхватывает наряд и уходит. Погружённая в свои мрачные мысли не сразу замечаю, как в комнату входят Ир и Лой.

Страх парализует меня полностью. Я – кукла, которую несут на руках, кукла, которую ведут в неизвестность, в объятия существа, которое не знает, что такое сострадание, потому что у него нет сердца. Я закрываю глаза, но образы, которые возникают перед моим внутренним взором, еще более ужасны, чем реальность.

Сорочка падает к моим ногам, и я оказываюсь абсолютно обнаженной под взглядом двух мужчин. Инстинктивно прикрываю грудь и сосредоточие женской чувственности. Ир помогает мне погрузиться в большую купальню и мягко касается моей кожи. Его пальцы, длинные и тонкие, скользят по моему плечу, словно лепестки розы. Он нежно намыливает меня, его движения плавные, как танец. Я чувствую, как ладонь Ира обводит контуры моей спины, и по моей коже пробегает волна тепла. Его прикосновения нежны, но в них есть сила, которая заставляет меня дрожать от запретного предвкушения.

Затем подходит Лой. Его руки немного крупнее, но не менее искусны. Он берет губку, пропитанную ароматной пеной, и начинает мягко массировать мои ноги. Каждый его жест наполнен заботой и вниманием. Я чувствую, как напряжение покидает мои мышцы под его ласковыми прикосновениями. Пальцы Лоя массируют внутреннюю сторону бедра и намыливают моё лоно, отчего я невольно выгибаюсь навстречу его ласке.

Один моет мою грудь, другой – живот. Я закрываю глаза, полностью отдаваясь этому чувственному ритуалу. Их дыхание, теплое и близкое, касается моей кожи, и я чувствую, как мое собственное дыхание становится глубже и медленнее.

– Дальше я сам! – голос Джоэля заставляет меня сжаться в комок. Погружаюсь как можно глубже под воду, пытаясь спрятать стыдные места.

Ир и Лой послушно покидают купальню.

Слышу за спиной шелест одежды. Он раздевается? О, боги! Джоэль уже в ванне!