Светлана Подклетнова – Во имя грядущего (страница 23)
Призывная музыка стала настолько сильной, что монахи были практически уверены в том, что избранная находится не более чем в километре от них, если идти по прямой. Старший из безымянных спешился и повёл лошадь под уздцы, решив дать ей передохнуть. Младший взглянул на своего товарища и последовал его примеру. Как только избранная окажется у них, возможно, им придётся скакать во всю прыть, унося ноги от погони. Не стоит рисковать жизнью той, рождение которой ожидалось в течение семи тысяч лет.
Здесь уже лес не был густым и был настолько ухожен, что напоминал сад, заполненный только цветами и каштанами. То тут, то там среди деревьев виднелись резные деревянные беседки, обвитые лозами дикого винограда. Весело журчали фонтанчики, бьющие из клювов белых каменных лебедей и ниспадающие трёхступенчатым каскадом в небольшие мраморные чаши, поддерживаемые мраморными же атлетическими фигурами людей, стоящими на небольших постаментах. Птицы щебетали здесь веселее, чем на главной дороге. Видимо, здесь их подкармливали. По обеим сторонам от дороги примерно каждые десять метров отходили неширокие тротуары, вымощенные плитами из розового мрамора. Ветер доносил запах воды. Наверное, поблизости находился водоём. Невдалеке от беседок в небольшом количестве были высажены плодовые деревья, скорее всего, для того чтобы гости и хозяева этих мест могли отдохнуть во время прогулок и подкрепиться свежими сочными фруктами, усыпающими ветви.
Любой, кто попал сюда впервые, испытывал бы восторг от сказочной красоты того, что его здесь окружало. Но безымянных это лишь немного заинтересовало. В старинных преданиях говорилось об обманчивости этого места. Согласно ним тот, кто воспользуется кажущимся гостеприимством садов вокруг замка, где будет найдена избранная, будет казнён владельцем садов или вызовет жестокое кровопролитие и будет изгнан навсегда. Кроме того, помимо тех знаний, которые принесли с собой монахи-хранители, от восторженного созерцания дивных садов их отрывала непрерывно звучащая в их сердцах призывная музыка, заставляющая их прибавлять шаг.
Наконец перед их глазами предстал замок хозяина этих мест. Величественное белоснежное строение с уходящими в облака янтарными шпилями башен, отделанными лепниной фасадами, украшенными мраморными скульптурами колоннами и высокими сводами арок, было обнесено каменной стеной настолько широкой, что на ней свободно могли бы разъехаться две кареты. Стена упиралась в почти вертикальный обрыв, заканчивающийся так далеко, что при взгляде с неё вниз кружилась голова. Через обрыв был перекинут широкий подъёмный мост с арочными перилами, украшенными статуями и лепниной, хорошо гармонирующими с самим дворцом, здание которого было настолько огромным, что, если бы не внутренний зов, являющийся поводырём безымянных, они вряд ли смогли бы найти избранную даже за неделю.
Монахи-хранители на минуту остановились, чтобы бегло оглядеть стены дворца, на каждой из которых располагались специально обученные воины-лучники, быстро оценили высокое качество охраны и расположение охранников. Защита дворца была настолько надёжна, что лишь чудо позволило бы безымянным уйти отсюда живыми, если что-то пойдёт не так. Оценив обстановку, братья-монахи Оценив обстановку, братья-монахи спешились и, держа лошадей в поводу, двинулись по направлению к откидному мосту.
Мост был разделён невысокой, примерно до пояса взрослого человека, арочной стенкой из белого мрамора с выточенными в каждой арке сетчатыми узорами, украшенными позолоченными розами в некоторых соединениях линий. Своды арок держали пары статуэток розового мрамора, изображающие мускулистых, красиво сложенных мужчин. Сами своды в своих пересечениях были украшены заключёнными в золотую сеть прозрачными шариками примерно с человеческий кулак из неизвестного безымянным камня. Эта стенка служила для разделения потоков людей, идущих в замок и из него. Мост охранялся дюжиной крупных и собранных воинов с каждой стороны, вооружённых мечами, боевыми топорами и несколькими кинжалами. У подъёмного механизма неподвижно стояла ещё дюжина таких же солдат.
Безымянные предполагали, что у охранников моста есть чрезвычайные полномочия по поводу тех, кто показался бы им хоть немного опасным. Накинув капюшоны и низко склонив головы, монахи-хранители ступили на ту сторону моста, по которой поток людей шёл в замок. Видимо, люди в балахонах не вызвали опасения у охраны, так как те, бегло взглянув на них, быстро потеряли к ним всякий интерес. Пройдя охрану с внутренней стороны моста, безымянные оглянулись, запоминая расположение строений и входов. Весь поток людей медленно тёк в сторону широких открытых ворот под острыми взглядами лучников, наблюдающих за происходящим со стен. Монахи направились в замок вместе со всеми остальными, не желая привлекать внимания стражи. И хотя внутренний зов сейчас требовал, чтобы они выбрали не ту дверь, куда направлялись все посетители этого места, братья-монахи решили проявить осторожность, ведь избранную они смогут найти внутри замка. А найти её они смогут лишь в том случае, если останутся живыми.
Увидев, что все, кто приехал верхом, оставляют своих животных в стойлах перед входом во дворец, безымянные тоже привязали лошадей в свободных загонах перед тем, как войти в массивную дверь.
Глава 7. Расплата за преданность
Карета мягко катилась по грунтовой дороге, навевая скуку и дремоту. Но спать больше было невмоготу. Нора всю дорогу продремала, сидя. И сейчас в голову лезли мысли о случившемся несколько дней назад. Женщина на секунду отодвинула шторку и бросила взгляд за окно кареты. Она специально выбрала именно эту дорогу – более узкую и менее роскошную, чем основная, но также и более безопасную для её нынешней миссии. Эта дорога использовалась, в основном, селянами, да и то лишь для того, чтобы возить товары на продажу, или привозить подати господину. Сейчас же был не сезон ни для крестьянских базаров, ни для пошлинных сборов. Поэтому лишь редкий путник встречался следовавшему в поместье Вязурских экипажу. Да, к тому же, путники эти, едва завидев императорский герб на дверцах кареты, старались стать как можно более незаметными. Нора опустила взгляд на маленький свёрток, едва проглядывающий под тюлем, накрывающим корзинку. Женщина откинула тюль, чтобы дать ребёнку побольше воздуха. Она не была уверена, что это необходимо, но всё же изредка делала это. Девочка спала. Да и как она могла не спать, когда Нора несколько раз в день пичкала её настоем сон-травы! Нора улыбнулась при мысли, как ловко ей удалось вынести ребёнка из дворца. Княгиня Вязурская должна быть довольна её службой. Конечно, в тот момент Норе было очень страшно. Если бы только кто-нибудь поинтересовался, что у неё в корзине, сейчас она бы была уже мертва. Но ни один человек, кроме самой императрицы, не задал этого вопроса. А императрица настолько доверяла своей служанке, что не могла даже предположить, что она выкрадет её дочь из дворца. Норе до сих пор было не по себе от того, что она совершила. Но что она могла поделать? Если бы Нора не подменила ребёнка, Екатерину бы сослали, а сама Нора не сносила бы головы. Гнев матери императрицы пал бы на бесправную рабыню, а княгиня Вязурская была очень скора на расправу.
Почти две недели непрерывного путешествия утомили Нору, но она не смела даже подумать о том, чтобы посетовать на свою усталость. Зная нрав матери госпожи, можно было не сомневаться в том, какие последствия понесёт для неё жалоба на тяготы пути. Рабам здесь запрещалось не только жаловаться, но даже говорить с господами, если их о том не спрашивали.
Теперь, когда путешествие Норы близилось к завершению, в сердце женщины поселился холодок. Она сама не понимала, что именно пугает её. Но что-то не давало покоя, словно какое-то предостережение, предчувствие мучило рабыню.
Окольная дорога влилась в основную, деревья расступились, и за ними во всём своём великолепии появилось сердце одного из самых больших поместий Эрдинии – замок князей Вязурских. Примерно час назад, увидев первые признаки того, что их путешествие подходит к концу, Нора аккуратно задёрнула шторки, чтобы никто, бросив случайный или неслучайный взгляд в окно кареты, не смог понять, ни кто в ней едет, ни что там везут. Уже некоторое время женщина ощущала, что под колёсами более не мягкий грунт, а булыжная мостовая. Все главные дороги государства были аккуратно вымощены, и Нора знала, каких трудов стоило рабам поддерживать идеальный порядок дорог. И сейчас стук колёс о булыжники мостовой мог означать только то, что их экипаж уже выехал на главную дорогу, с минуты на минуту пересечёт откидной мост и, проехав ещё небольшое расстояние внутри стен замка, окажется около его дверей. Нора попыталась как можно более полно вспомнить дворец, внутри которого провела почти всю свою жизнь. А ведь она здесь отсутствовала всего около года!
Замок, в котором жила недавно овдовевшая княгиня Вязурская, был не так велик, как замок императора, но всё же считался одним из самых красивых и защищённых сооружений Великой Эрдинии. Белые шпили башен издалека привлекали внимание путников, подъезжавших к центру Вязурских земель. Очень необычен был ров перед насыпью. Спиралью он уходил далеко вниз от того места, где проходила дорога и вода, текущая по нему, бурным потоком затекала в каменную пещеру, расположенную в стене практически вертикального обрыва прямо под перекидным мостом настолько глубоко, что туда до сего момента не ступала нога ни одного жителя Эрдинии. Во всяком случае, не было известно о том, что именно находится внутри пещеры, хотя даже на границах империи можно было услышать рассказы сказителей о горах сокровищ в пещере под замком Вязурских и древних духах, которых сами Боги оставили охранять великие богатства, и встреча с которыми простым смертным не несла ничего, кроме ужасной мрачной кончины.