Светлана Подклетнова – Тайны Великой Эрдинии: Запретные земли (страница 12)

– Разорвать твою одежду, господин? – уточнил Кип.

– Да! – резко выдохнул Арон, чуть было не упав на колени от вновь нахлынувшей слабости. И он бы упал, если бы слабеющая рука Крима не поддержала его.

Не понимая, зачем понадобилось избранному рвать одежды, Кип всё же оторвал лоскут от полы Арона.

– Перевяжи чуть ниже локтя руку Крима! – скомандовал Арон. – Да потуже!

Кип быстро выполнил распоряжение.

– Теперь посади меня возле дерева! – приказал Арон. Казалось, потуги с рубахой совсем ослабили его. Но он не должен показывать этой своей слабости. Не сейчас! Не тогда, когда эти двое решили, что один из них точно должен умереть.

– С тобой что-то не так, господин! – тихо проговорил Кип. – Твои силы должны восстанавливаться.

И Арон сдался. В нём больше нет силы. И… они всё равно рано или поздно всё поймут. Так почему не сейчас? К тому же он вряд ли сам сможет сейчас дойти куда бы то ни было. Но сказать обо всём надо так, чтобы у них вновь не возникло желание поить его своей кровью.

– У меня больше нет сил, – грустно покачал головой Арон. – Птицы… Он отбирают магию. Они отняли мои силы, – Арон взглянул на всё ещё стоящего возле него Крима. – Сядь сюда! – позвал он его, указав на место возле себя. Тот послушно опустился на землю. – Дай руку!

Крим протянул Арону запястье. Рука ослабла настолько, что мальчик уже не мог её поднимать. Спуск с лестницы вкупе с потерей крови совсем измотал его. Крим попытался развязать повязку, но ему это не удалось.

– Стоп! Стоп! – Арон посмотрел в лицо друга. – Что ты творишь?

– Разве ты не… – не закончив фразу, Крим стиснул губы, увидев выражение оскорблённого самолюбия в глазах Арона.

– Что-о-о? – Арон взял руку Крима, повернув запястьем к себе. – И это уже во второй раз! – покачал головой он. – Думай, что делаешь! Зачем всё время резать себе запястье?

Теперь уже Кип изумлённо уставился на Крима. Тот не потрудился сообщить ему, что однажды уже поил Арона своей кровью. Поймав взгляд друга, Крим пожал плечами и отвернулся.

Тем временем Арон полез в свой нагрудный карман, но сил было слишком мало, пальцы не слушались, и мальчик никак не мог достать оттуда нужный сейчас предмет.

Кип стоял рядом, но, видя раздражение избранного, не решался прикасаться к Арону без его прямого приказа.

Понимая, что происходит, Арон про себя усмехнулся. Он был прав! Всегда прав! Сколько времени провели они вместе в походе? И Кип до сих пор не смог понять, что Арону не нужны ни слуги, ни рабы.

– Кип! – позвал он, постаравшись вложить в голос как можно больше безразличия, чтобы только послушник не понял, как больно ранят его сомнения, которые даже в душе читать не нужно было – всё на лице написано.

У Арона на этот раз получилось, Кип так ничего и не понял, но не Крим. Крим слишком долго был рядом! И взгляд Крима показал Арону всё – и братскую любовь, и бесконечную преданность, – вселяя в душу Арона то, чего он так жаждал всю свою жизнь.

Тем временем Кип нагнулся и вынул из кармана Арона небольшую круглую коробочку с завинчивающейся крышкой.

– Открой её! – сухо приказал Арон.

Кип отвинтил крышку, и подал сидящему у дерева избранному.

Арон нетвёрдой рукой зачерпнул пальцем немного мази и наложил её на запястье Крима. Не ожидая возникшего в руке резкого жжения, тот инстинктивно вскрикнул. Вопросительный взгляд Арона заставил Крима опустить глаза.

– Больно? – Арон не смог скрыть некоторого ехидства в голосе.

– Н-нет, ничего! – Крим сглотнул. – Просто неожиданно! – попытался оправдаться Крим, прекрасно понимая чувства того, кому только что в очередной раз предложил перекусить ни чем иным, как своей жизнью.

– А! – Арон продолжил втирать мазь. Он знал, что причиняет другу боль, но был зол на него. Сил почти не было, и сам процесс натирания руки Крима представлял для Арона трудность. Но Арон не останавливался. Он знал, что чем больше мази попадёт в рану, тем лучше она заживёт, а шрам, если останется, он удалит потом, когда доберётся до гномов, которые снабжают его лекарствами на такие случаи.

– Ты жив? – наконец, очнулся Карил, до этого стоящий, словно статуя и молча взиравший на происходящее.

Арону подумалось, что мужчина, по-видимому, поначалу решил, что то ли видит сон, то ли у него галлюцинации. А вот теперь немного отойдя от шока, подал голос.

– Очевидно! – Арон даже не взглянул на стража, которого сейчас, как ни странно, мало волновало, что на плече мальчика сидит его заклятый враг – Лиски. Для того было слишком большим шоком видеть перед собой ребёнка, который смог выжить после налёта гвейнов и двухнедельного висения на скале без пищи и питья. – А ты, я смотрю, решил пощадить меня?

– Как ты выжил? – Карил настороженно держался немного в стороне. Магия всегда пугала его, и сейчас в его голову вновь прокралась мысль, что мальчик назвал себя магом.

– Думаю, создатели не позволили мне умереть! – расплывчато ответил Арон. Закончив накладывать мазь, Арон протянул коробочку Кипу, тот быстро завинтил крышку и положил коробочку в нагрудный карман Арона.

Крим попытался встать, но взгляд Арона пригвоздил его к месту.

– Ляг на землю! – скомандовал мальчик.

– Тебе нужно прийти в себя, ты очень слаб! – Крим не спешил выполнять распоряжение.

– Я выживу! – рыкнул Арон, сам удивившись, как у него на это хватило сил. – А вот тебе нужно восстановиться!

Кип внимательно взглянул на избранного. Внезапно в его памяти промелькнуло всё, что он знал о нём. Как Арон впервые попал в храм воинов церкви, как победил брата Тимирия – лучшего из них, как сбежал после этого в лес, стыдясь своей победы, как спокойно, не сопротивляясь, позволил посадить себя в темницу, как стоял коленопреклонённый перед чёрным драконом, моля его о том, чтобы тот сохранил жизнь людям, направившим на самого Арона множество заряженных луков, как сам повелитель поставил избранного над западными землями, доверив восьмилетнему мальчику управление всеми ими, как тот менее, чем за год, перевернул всё в его мире, сделав этот мир настолько лучше, насколько только это было возможным. Он вспомнил, как Арон привёл в храм маленькую брошенную всеми Нику, как дал ему, Кипу, такие возможности, о которых тот даже не мечтал. Когда им грозила опасность, Арон, не задумываясь, отдал себя, лишь бы сохранить их жизни. И теперь он полумёртвый сидел здесь и настаивал на том, чтобы Крим восстановил свои силы прежде, чем они вернутся домой.

В душе Кипа поднялась неведомая доселе огромная волна чувств, захлестнувшая мальчика с головой, дыхание перехватило, и в один миг он ощутил всё то, что не понимал до сих пор. Он почувствовал, что готов отдать жизнь, даже душу тому, кто сейчас был перед ним. В данный момент преданность его не имела границ, и он, единственный, кого не коснулась магия Арона, ощутил её влияние целиком и полностью. Она распространилась в его жилах, заняв собой всё место внутри него, не оставив ничего для него самого. Кип рухнул на колено, склонил голову, прикоснувшись рукой к земле, и выдохнул:

– Господин!

Арон повернул голову, отвлекшись от Крима.

– Что? – спросил мальчик, не понимая, что именно заставило Кипа склониться в ритуальном поклоне воинов церкви.

– Твоя магия, господин! – не поднимая головы, ответил Кип.

– Моя магия? – Арон удивлённо вскинул брови. – Я говорил, у меня больше нет магии. Птицы высосали её полностью. Во мне совершенно отсутствуют те силы, которые составляли часть меня самого. Но я верну их! – проскрежетал он зубами.

– Птицы не могли забрать твои силы, господин! Ты только что применил их на мне. Я ясно почувствовал! – Кип поднял голову, заглянув в карие глаза Арона. В самой глубине взгляда Кипа Арон прочитал, что тот воистину верит в сказанное им.

– Я не знаю, что именно ты ощутил, – не отводя взгляда, сказал Арон. – Но это точно не моя магия. Сейчас я не обладаю магией. Больше нет, Кип. И перестань постоянно кланяться. Встань!

Кип послушно поднялся на ноги, Крим с сарказмом осматривал друга. Он-то понимал, что именно произошло. Ведь он сам также оказался под властью чар, без влияния избранного, по своей воле. Просто потому, что отдал ему себя целиком, без остатка, испытав полную преданность. Он сам выбрал себе господина. И Кип сейчас прошёл по той же дороге.

– А ты ляжешь, наконец? – Арона начинало раздражать поведение друзей. Он вовсе не был против, когда о нём заботились, но Арон чувствовал, что в заботе сейчас нуждался Крим. – Тебя жрецы учили восстанавливать силы? – спросил он Крима.

– Да, но… – попытался возразить Крим

– Просто ляг и дыши! – если бы Арон смог воздействовать на Крима с помощью своей магии, он бы сейчас сделал это, настолько раздражало его упрямство друга. – Сделай несколько дыхательных упражнений. Это займёт намного меньше времени, чем требуется нам на спор!

Крим вздохнул, и, почувствовав, что переубедить Арона не в силах, выполнил его распоряжение.

Арон бросил взгляд на наблюдающего за ними Карила, затем посмотрел на Кипа и указал тому на место подле себя.

– А теперь рассказывай, что с тобой случилось, – Арон расслабился, поудобнее привалившись к дереву и закрыл глаза, приготовившись слушать.

– Что со мной случилось, господин? – не понял Кип.

Арон раскрыл глаза. Он уже больше не мог скрывать раздражения.