Светлана Ольшевская – Ведьмин бал (страница 85)

– Это все-таки он, – скорее сам себе ответил Петро, поднимаясь.

– Кто – он?

– Огненный змей! Доигралась твоя подружка со своей тоской по умершему.

– Как – змей? – удивилась я. – И при чем здесь…

– Тише! После объясню, – отмахнулся Петро. – Смотри.

Мы оба припали к щелям между досками. Видно было плохо, зато во внезапно наступившей тишине отчетливо и зловеще прозвучало:

– Ника… Нииика….

Значит, это все же был не сон, как я до последнего надеялась! Меня охватил такой страх, граничащий с паникой, что я присела, накрыв голову руками.

Через несколько секунд я услышала, как щелкнул замок и хлопнула входная дверь. Захрустел ледок под ногами.

И тут раздался хрустальный звон – сначала еле слышно, потом чуть громче. Тихий, нежный, переливистый, он был таким чудесным, что я чуть не забыла обо всем на свете. Ничего подобного я вообще в жизни не слышала. Казалось, он заполонил все вокруг, весь воздух вибрировал этим звоном. Он наполнял сознание, приводил в восторг, душа пела и рвалась в поднебесье…

Любопытство побороло во мне страх, я приподнялась и снова выглянула. И увидела – Ника стояла посреди двора, и ее было хорошо видно. Потому что вокруг нее роем струились потоки искорок. Они то вились спиралью, то перебегали зигзагами, то вообще свивались в причудливые сложные фигуры. Ника стояла не шевелясь, и глаза ее горели каким-то нездешним светом, и что самое странное – она была удивительно красивой в этот момент. Губы ее шевелились, будто она с кем-то говорила, но до нас не доносилось ни слова – только завораживающий хрустальный звон.

Не помню, сколько так длилось, я стояла, не отрывая глаз. Наконец, звон стал стихать, а искорки понемногу отпрянули от Ники и кружились теперь самостоятельно, все быстрее вращаясь по кругу.

Страха уже почти не было, наоборот, меня обуяло любопытство. Надо полагать, сейчас это нечто будет улетать?

И вдруг Петро дернул меня за руку на себя и крепко закрыл мне рукой глаза.

– Ты что делаешь?! – взвизгнула я и вырвалась, но в тот же миг чуть не ослепла от яркого света. Пришлось зажмуриться, а когда я открыла глаза, то увидела светящуюся огненную полосу, тут же скрывшуюся где-то за лесом.

Темная ссутуленная фигура, различимая на фоне белой стены, медленно побрела к дому. Я с перепуга не сразу узнала Нику…

Мы с Петром переглянулись.

– Иди глянь, что с ней, – неуверенно предложил он.

– Да то же, что и в прошлый раз, – фыркнула я. – Сейчас завалится спать прямо в одежде на неразобранную кровать и будет валяться до вечера. Это ты мне, пожалуйста, растолкуй, что с ней! Что это такое было?

Петро, прежде чем ответить, вышел из-под навеса и оглянулся по сторонам.

– Пойдем ко мне! – я решительно потянула его за руку. – Там и поговорим нормально.

– А как же бабушка?

– Она спит, – ответила я. – А если проснется – скажем правду.

– Боюсь, правду ей узнать все равно придется, – кивнул Петро и направился за мной.

Глава 19

История Ольги

Для начала я пошла и проверила – Ника действительно лежала одетая на своем диванчике, и вид у нее был – краше в гроб кладут. Я даже испугалась, жива ли она. Вспомнилось, как я подумала то же самое в позапрошлую ночь, но тогда она выглядела намного лучше, чем теперь.

Мы с Петром уселись на кухне. Я не помнила, куда дела керосинку, поэтому наощупь достала и зажгла свечку.

– Это и есть то, о чем ты подозревал? – напрямую спросила я.

– Да, – мрачно кивнул он. – Эта тварь сгубила мою сестру.

– Как?! И что это такое вообще? – спросила я. Мне сразу вспомнились бабушкины слова, но она говорила так непонятно и туманно, что я ничего не поняла.

– Я тебе сказал уже – это огненный змей. Если девушка разлучена со своим любимым и сильно по нему тоскует… или, скажем, вдова по умершему мужу… То он может явиться. Он прилетает огненной стрелой и принимает облик этого человека. Видит его таким только жертва, а для всех остальных он невидим. И она с ним рядом счастлива, – тут Петро вздохнул. – Только недолгое это счастье. Выпьет он ее жизнь, вытянет душу… Я с детства слышал такие истории, но не слишком в них верил. Кто бы знал, что в родной семье такое произойдет?

Ольга росла самоуверенной и надменной девчонкой, часто смотрела на других свысока. Особенно когда за ней начали ухаживать мальчишки – а таковых было несколько, – воспринимала это как должное, но сама оставалась ко всем холодна. Но однажды приехали в деревню к Пилипчукам родственники – какая-то солидная дама с взрослым сыном, – решившие провести лето на чистом воздухе. И вот этот молодой человек – его звали Сергей – с первого взгляда покорил сердце Ольги. Ее словно подменили – она забыла всякую гордость, ни на шаг от него не отходила. А для Сергея это, похоже, не было ничем серьезным. Лето закончилось, и он уехал. Обещал, правда, звонить, но ни звонков, ни писем не последовало. А номер, который он оставил, оказался неверным.

– Если я его когда-нибудь увижу – убью, – сказал Петро, и я каким-то шестым чувством поняла, что это не просто к слову сказано. – По правде говоря, я надеялся, что он уедет и Ольга его забудет. Очень уж он мне не нравился, а особенно его мамаша… Но когда он уехал, она стала ждать. На других парней вообще не смотрела, а все думала и страдала. Так прошло несколько месяцев. За это время моя сестра изменилась до неузнаваемости. Куда и девалось былое веселье – она стала мрачной и нелюдимой. Колдовством даже пыталась заниматься. И однажды… Я помню этот день. Она вышла из дома и направилась по дороге к лесу. Я-то думал, она на огороды пошла, но когда через полчаса пришел туда, ее там не было. А она вернулась вечером, палец тряпкой замотан, и ни с кем в тот день больше не разговаривала. После того и началось. Как вечер – сидит допоздна, все уже спать легли, а она все сидит, в окошко смотрит. А потом валяется в постели до обеда…

– Вот и с Никой то же самое!

– Я так и понял. Мы думали – она заболела, потому что вид у нее был…

– Да понятно какой, – вздохнула я.

– Так длилось около недели, и с каждым днем она худела и чахла. Только под вечер оживлялась, ее тогда охватывало какое-то сумасшедшее веселье. Доктор наш местный – его мама вызвала – ничего такого у нее не нашел, а посоветовал поехать в город на обследование и заодно показать психиатру. Но Ольга никуда ехать не пожелала, заявив, что у нее не болезнь и доктора не помогут. Вот тогда мама и обратилась к знахарке.

– К бабушке Федосье?

– К ней. Она-то нам и рассказала, что за гость является к Ольге. Огненный змей, извечный обитатель старых курганов. Он является к женщинам, которые вот так тоскуют по любимому, в облике того, о ком они грезят. И раз за разом понемногу выпивает их жизнь. Пока в конце концов не отнимет душу, и женщина умирает.

– Так было и с Ольгой? – поразилась я.

– Да. Когда мы позвали знахарку, было поздно, она уже ничего не могла поделать. Только и посоветовала, что запереть ее в комнате на ночь. Но мы в такое не слишком поверили, вот и решили проследить. И увидели то же, что и сейчас.

А уже на следующий раз родные закрыли Ольгу в комнате, наглухо заколотив ставни на окнах. Она металась, кричала, билась об дверь до самого утра… А когда утром дверь открыли, Ольга – страшная, растрепанная – выбежала из дома и, словно полоумная, бросилась бежать по той дороге, что вела к курганам.

– Я побежал за ней, но не мог догнать – она словно на крыльях летела. А когда все же добежал, то увидел – стоит моя сестра на кургане, а над ее головой, где-то в полуметре, светится яркая огненная точка. И вдруг Ольга закричала пронзительным голосом и упала замертво…

Он замолчал, я тоже ничего не ответила, пытаясь осмыслить услышанное.

– Так вот почему бабушка рассердилась, что мы туда пошли! – сказала я наконец. – Еще намекала так туманно, не могла прямо сказать!

– Ну… Такое прямо рассказывать – не каждый поверит, – хмуро ответил Петро. Наверное, он был прав – я сама бы скорее восприняла этот рассказ как очередную деревенскую байку. Если бы не увидела подтверждение своими глазами.

– Вот и имеем теперь результат, – вздохнула я. – А я-то думала, почему бабушка, узнав, что мы ходили к курганам, допытывалась, не страдаю ли я по кому-нибудь.

– А ты не страдаешь? – поднял глаза Петро.

– Нет, конечно! – воскликнула я. – Вот и, услышав отрицательный ответ, бабушка сразу успокоилась. А про Нику спросить не догадалась! Слушай, но я не понимаю – если ты знал, чем опасны эти курганы, почему повел нас туда?

– Потому что когда я советовал вам не ходить, вы не слушали, а если б не повел, то пошли бы сами. Разве не так?

– Ну…

– Вот именно. Мы пришли и быстренько ушли, и от этого никакой беды не случилось. Потому что Ника пришла с нами, она болтала и думала о делах житейских. А вот когда она на следующий день пришла одна, стояла там, погруженная в свои переживания и вспоминала того, кого потеряла… То и вызвала на свою голову. Впрочем, даже если бы она туда не пошла, то он и сам бы мог ее найти, раз она так тоскует.

– И откуда эта нечисть взялась? – я встала, прошлась и снова села, сил уже не было никаких. – Ты тут знаешь все местные байки и предания. Неужели с этим ничего нельзя поделать?!

– Не знаю, – он задумчиво смотрел перед собой, словно пытался что-то вспомнить. – Говорят, были когда-то люди, которые умели с таким справиться. Но сейчас… Вряд ли.