Светлана Ольшевская – Ведьмин бал (страница 8)
– Еще один умник любопытный выискался, суешь нос, куда не просили! – прошипела старуха, хватая его за руку. – Теперь ты наш, сам к нам придешь, деваться тебе некуда, хе-хе-хе!
– Тут я и догадался, кто она такая, – продолжал Колька. – И понял, что Наташа говорила правду. По крайней мере насчет старухи. Преступники там или какой-то мистический туман, но без этой бабки не обошлось.
Воцарилась немая сцена, потом все разом загалдели, обсуждая услышанное.
– Она тебе тоже прижала что-то к руке, как Наташке? – в ужасе воскликнула Таня.
– Не помню, – признался Колька. – Все так быстро случилось…
– Слушай, но ведь это серьезный повод для беспокойства! – сказал Егор. – Вдруг тебя тоже похитят? Наверно, стоит сказать родителям… ну, хотя бы, что тебе угрожали. После пропажи Кремневой тебе поверят и, может, действительно отправят куда-нибудь к деревню к бабушке…
– У меня нет бабушки в деревне, – ответил Колька. – А в том, что поверят, – не сомневайся. Посадят под домашний арест или будут везде за ручку водить, как маленького, только этого мне не хватало! Нет, я не против того, чтоб прогулять пару недель школы, но находиться круглые сутки под одной крышей с моим дедушкой… Это выше всякого терпения.
– Зато цел будешь.
– Я кое-что другое придумал. Мама очень переживает из-за моих частых бронхитов и настаивает, чтобы я лег в больницу на обследование. Я раньше отмазывался под всякими предлогами, а теперь, наверное, соглашусь. Все же это лучше, чем с дедушкой сидеть.
– Но ведь больница в нашем городе, – сказала я. – Думаешь, тебя там не достанут?
– Знаешь, Ника, я скорее склонен видеть за этим реальных преступников, чем какую-то мистику. А я не настолько важная персона, чтобы из-за меня соваться в больницу, где куча народа. И если все-таки меня похитят… может быть, я смогу чем-то помочь Наташе…
– Это уж точно глупости! – возразила я. – А чтобы помочь Наташе, сейчас мы с тобой пойдем поговорим с Архиповной.
К Наташиному дому мы отправились всей гурьбой, и мне стоило немалых усилий уговорить ребят подождать внизу. Мы с Колькой поднялись на шестой этаж, и он указал мне на дверь квартиры с номером двадцать два.
– Вот тут живет Архиповна. А в двадцать первой – Кремневы. Только можно я к ней не пойду! – заявил Колька и спрятался за шахту лифта.
Я подошла к квартире и позвонила. Запиликал внутри звонок, но больше оттуда не донеслось ни звука. Подождав немного, я позвонила второй, а затем третий раз, но с тем же результатом.
– Ее дома нет, – констатировал Колька, выходя из-за лифта. – Может, к вечеру появится.
Мы вернулись на стройку, где и проболтали до вечера. Еще пару раз наведывались к Архиповне, но в двадцать второй квартире по-прежнему никто не отзывался. Около восьми наша компания разошлась, предусмотрительно проводив Кольку до дома.
Я после этого еще зашла к Лильке – она просила меня помочь разобраться с алгеброй – и незаметно для себя просидела у нее два часа, не столько с алгеброй, сколько в Сети. Соскучилась я по Интернету, потому что в нашу квартиру его все никак не удосужатся провести…
Около десяти часов вечера старшие Лыскины ненавязчиво дали мне понять, что пора и честь знать.
Я вышла на улицу. Слабо моросил ноябрьский дождик, вокруг не было ни души. Хотелось сломя голову броситься домой, но я немного подумала и, осторожно оглядываясь, зашагала к Наташкиному дому.
Поднявшись на шестой этаж, я снова позвонила в двадцать вторую квартиру, и снова тишина была мне ответом. Значит, Архиповна не пришла домой ночевать, ладненько, придется перенести разговор на завтра. Я вышла из дома и медленно побрела по тропинке через пустырь, внимательно глядя по сторонам. Может быть, встречу Архиповну. «Эх, Ника, что ж ты врешь, – ехидно зашептал противный внутренний голос, – совсем не старушку ты мечтаешь сейчас увидеть… Да-да, и вовсе не ради встречи с ней ты пошла сюда в такую пору, хи-хи!»
Неожиданно мое внимание привлек лежащий на земле предмет. Я подошла ближе, наклонилась и разглядела женскую сумку, определенно знакомую. Да это же сумка Архиповны, с которой я ее вчера видела! Но почему она здесь валяется?
Не осознав толком зачем, я обошла сломанный куст и гору строительного мусора…
Архиповна была там. Она лежала в такой позе, словно споткнулась и упала. Я бросилась к ней, опасаясь самого худшего, стала трясти за плечо. Послышался тихий стон. Жива!
В этот момент у меня зазвонил телефон – какое счастье, что я догадалась зарядить его у Лильки! Звонила мама, интересовалась, где я до сих пор слоняюсь. Я, как могла, обрисовала ей ситуацию с Архиповной, и мама вызвала «Скорую помощь».
Пока мы ждали, старушка потихоньку приходила в себя, но была очень слабой и не могла даже сесть. Я подложила ей под голову ее сумку. Что же с ней случилось – может, инфаркт? Или инсульт, или что еще бывает… Ладно, это пусть врачи выясняют, а мне понять бы, почему сумка оказалась на дорожке, а сама Архиповна – именно здесь? Сомневаюсь, что она просто так пошла гулять по пустырю, бросив на дороге сумку. Возможно, на нее напали, и она, уронив сумку, бросилась бежать через пустырь. Но кто мог напасть? Грабители забрали бы сумку…
Свет фар осветил дорожку – приближалась машина «Скорой помощи». Я замахала руками, привлекая внимание водителя.
– Это… девочка… – простонала Архиповна.
– Все будет хорошо, – повернулась я к ней. – «Скорая» приехала, сейчас вам помогут!
– Ключи в сумке… возьми. Там кошка осталась… двадцать вторая квартира…
Я поняла. Осторожно расстегнув боковой кармашек сумки, я вынула оттуда ключи. В том же кармашке лежали деньги. Значит, старушку точно не пытались ограбить!
– Конечно, я позабочусь о вашей кошке. А что с вами случилось, на вас напали?
– Ох… Опять они… Знала я… Не к добру ты меня вчера спросила… про этот ужас, – с трудом ответила Архиповна.
– Пожалуйста, я вас прошу, скажите, что это был за барак и…
Больше я ничего не успела сказать, так как люди в белых халатах вышли из машины и направились к нам. Архиповну положили на носилки и увезли, а я осталась стоять с ключами в руках. Пожелала мысленно – пусть ее вылечат! Старушка поначалу показалась мне неприятной, но теперь я думала о ней с уважением: находясь в таком тяжелом состоянии, она беспокоилась первым делом о кошке и ради нее доверила ключ от своей квартиры незнакомому человеку!
Пришлось вернуться в дом. Голодным мяуканьем меня встретила серая кошечка, малышка месяцев трех от роду. Я нашла в холодильнике кусок колбасы и покормила ее. Затем полила три горшка герани на подоконнике, немного постояла в раздумье, разглядывая квартиру. Обычное жилье одинокой старушки – старая мебель, допотопный телевизор, черно-белые фотографии на стене, стойкий запах корвалола… Да, наверняка у Архиповны что-то с сердцем. Она может пробыть в больнице долго, и мне придется каждый день заходить сюда, кормить котенка и поливать цветы?
Немного подумав, я решила взять котенка к себе, а цветы можно будет поливать и раз в два-три дня.
Сунув кошечку под куртку, я вышла из квартиры. Вот уже второй вечер подряд я возвращаюсь домой к полуночи. Хорошо хоть завтра выходной и можно отоспаться!
Позвонила мама, она была встревожена:
– Ты где? С тобой все в порядке?.. Как там старушка, жива?.. Увезла «Скорая»? Вот и хорошо. Котенок? Ладно, можешь забирать. Слушай, Ника, что-то у меня предчувствия нехорошие… Ты подожди меня там, в доме, я приду и заберу тебя, одна не ходи!
Я задумалась. Еще не хватало, чтоб моя мама в одиночестве по улицам бегала! Самой мне не слишком страшно, а вот за нее я опасаюсь. Можно было бы переночевать в квартире Архиповны, но оставаться там мне очень уж не хотелось – среди этих старых фотографий и запаха сердечных капель…
– Нет, мама, никуда не ходи, я дойду, ничего со мной не случится!
Я нажала кнопку лифта, но вопреки ожиданиям не услышала знакомого громыхания. Немного подождала, еще несколько раз нажала кнопку – из шахты по-прежнему не доносилось ни звука. А ведь я приехала сюда в лифте несколько минут назад. Странно!
Не только в шахте лифта, но и во всем доме царила мертвая тишина. Я заметила это и почувствовала, как мою душу начинает окутывать страх. В многоквартирных домах такой тишины просто не бывает, даже ночью! Может, все-таки вернуться, заночевать у Архиповны? Неожиданно я осознала, что идти домой по безлюдным дворам мне не так страшно, как возвращаться в эту квартиру. Хотя в ней, казалось бы, нет ничего ужасного…
Да что это такое! Нужно держать себя в руках, а то как маленький ребенок! Ну, сломался лифт, и что? Не безногая, спущусь пешком.
Я пошла на лестницу, она находилась за двумя поворотами и дверным проемом. Лампочек, как водится, не было, одна горела где-то этаже на восьмом, еще одна внизу, и все. Только ночное небо синело в окнах лестничных пролетов.
Едва я сделала несколько шагов вниз по лестнице, как за стенкой снизу вверх поехал лифт. Что за чудеса! Может, его кто-то удерживал?
Мне снова стало страшно. Кто и зачем его мог держать? Так, спокойно, Ника, все хорошо! Может, лифт для чего-то отключали на несколько минут, а теперь снова включили, и он едет по моему вызову. Не самое умное объяснение, но ничего лучше в голову не приходило.
Пятый этаж. Я услышала, как лифт остановился тоже на пятом, открылись двери. Нет, это не по моему вызову!