Светлана Ольшевская – Ведьмин бал (страница 10)
– От голода люди уцелевшие колоски собирали, если перевести на нормальный язык, – прокомментировала Таня. – Да, много тут интересного. Но того, что надо, я не нашла.
– Я нашла, – тихо сказала Лиля. Когда мы все повернулись к ней, она смущенно продолжила: – Конечно, не совсем то, что мы искали, но, может быть, и это пригодится. Вот.
Она раскрыла пожелтевший «Кировский вестник» на середине и стала вслух читать статью. В характерной манере того времени статья повествовала о борьбе с пережитками буржуазного общества и такими недопустимыми явлениями, как пьянство, воровство, тунеядство.
– И что? – перебил ее Стас. – Я нашел кучу таких статей, но не читать же их все до конца!
– А я вот читаю, – возразила Лиля. – Здесь говорится о необходимости сноса стихийных поселков, в которых находят приют воры, бандиты и прочий сброд. И приведен такой пример: «Особенно это касается так называемой «нахаловки», поселка, который находится на южной окраине города, возле Сиротинского кладбища и базара, стихийно образовавшись неподалеку от барака бывшего царского рудника. Наша газета уже писала о том, как в этом поселке был выявлен и обезврежен воровской притон. Нельзя допускать, чтобы в нашем районе процветали уголовные и антисоветские элементы! Руководство планирует в следующем году ликвидировать стихийный поселок…» Ну, дальше уже к делу не относится.
– А с чего ты взяла, что это относится? – пожал плечами Егор.
– Тебе компас подарить? – вспыхнула Лиля. – Мы живем как раз на южной окраине Кировского района в частности и города вообще! Разумеется, упомянутый тут поселок до наших дней не дожил, зато кладбище мы своими глазами видели. Спорю на что угодно, это и есть то самое, Сиротинское!
– Интересно! – загорелись глаза у Егора. Он взял газету: – Еще упоминаются базар и какой-то царский рудник…
– Был и базар, – тихо и зло сказала Таня Незванова. – Такой же стихийный, как и этот проклятый поселок! И такой же криминальный.
– Не понял, чем вызван такой гнев? – прищурился Стас. – Давай, Тань, колись, что ты об этом знаешь?
– Прабабушка рассказывала. Там не только обворовать, там и убить могли. Наверняка из того же поселка «специалисты» и действовали. Мой прадедушка еще до войны на этот базар пошел и пропал без вести. Прабабушка всю жизнь по нему горевала…
– А ты-то почему нервничаешь? – пожал плечами Егор.
– Ты не знал мою прабабушку! Она была добрым, мягким человеком, все ее любили, и мне всегда становилось так жалко, когда она плакала! Она говорила, что с тех пор часто слышала во сне голос любимого, который твердил, что он в беде, и звал на помощь. – Таня смахнула выступившие слезы и сказала уже спокойно: – По словам прабабушки, этот базар находился там, где сейчас новостройки. Его убрали перед самой войной.
– А поселок? – спросила я.
– Вот насчет поселка не знаю.
– Значит, ищем дальше, – вынес вердикт Стас.
– У меня уже голова кругом идет от этих газет, – признался Егор. – Все эти давно минувшие события, фотографии людей, которые уже умерли…
– А я, наоборот, люблю прикоснуться к истории, – улыбнулась Лиля. – Эти люди, может, и умерли давно, а на фотографиях навсегда остались живыми и улыбающимися, они смотрят на меня из прошлого, и я будто знакомлюсь с ними. А события тоже интересные, я тут о многом прочитала. В общем, я рада, что сюда попала.
– Я тоже, – подхватил Стас. – Ведь как бывает – произойдет какое-нибудь событие, незначительное, ерунда, пройдет и забудется. А через какое-то время, может быть, годы спустя, обнаруживаются его потрясающие последствия! Так что я люблю узнавать разные детали из прошлого, кто знает, вдруг пригодятся!
– И мне интересно, – сказала Таня. – У меня такое ощущение, что наши предки – это наши корни, наше начало, а мы – вроде как продолжение. Иногда кажется, что во мне хранится их память. Фантазия, конечно, но все равно интересно узнавать о том, как жили люди когда-то.
– Приятно такое слышать, молодые люди! – раздался вдруг от двери звучный мужской голос. Признаюсь, последние события изрядно расшатали мои нервы, так что я вскочила и резко развернулась, опрокинув стул.
И напрасно, ничего страшного там не было. В дверях стоял благообразный пожилой мужчина в старомодных очках и улыбался приятной улыбкой.
– Ой… Здравствуйте, – растерянно пробормотал Егор, а следом и мы все вразнобой поздоровались.
– Простите, что прервал вашу беседу, – продолжил этот человек. – Но пришел я, похоже, как раз вовремя.
«Вот уж не было печали, – подумала я. – Начнет сейчас мозги компостировать!»
– Давайте познакомимся: меня зовут Александр Генрихович, я историк-краевед, – церемонно представился он. – Я нередко захожу сюда поработать с историческими материалами, и вы, как мне кажется, тоже интересуетесь прошлым родного края.
– В общем-то, да, – за всех ответил Егор.
– Великолепно! Может быть, я могу помочь вам в ваших поисках? Что вы тут изучаете? О, тридцатые годы! Замечательная была пора! – мечтательно протянул Александр Генрихович. – Хоть и называют их мрачными временами, но нельзя отрицать очевидного – тогда наш город строился и ширился! В бедных рабочих поселках, где прежде процветали антисанитария и пьянство, появились больницы, электричество, водопровод, кинотеатры. А со временем эти поселки, деревеньки и хутора сливались в новые районы нашего ныне большого и славного города!
Он увлеченно рассказал пару интересных историй. Одну о том, как у некоего начальника конфисковали дачу, и это прекрасное здание стало лучшим в городе детским садом. А еще о старенькой, затрапезного вида больничке, которая за свою жизнь успела поочередно побывать жандармерией, военным госпиталем, складом, приютом для беспризорников, больницей, немецкой комендатурой, потом опять военным госпиталем, школой и снова больницей.
– Ничего себе! – присвистнула Лиля. – Надо же было весь этот список запомнить!
– Вы ничего не пропустили? – улыбнулся Стас.
– Нет, молодой человек, – с достоинством ответил Александр Генрихович. – Я знаю о нашем городе много такого, чего вам больше не расскажет никто. Но, возможно, вас интересует что-то конкретное?
– Интересует! – сказала Таня. – Поселок Нахаловка и весь криминал, с ним связанный!
Ученый рассмеялся:
– «Нахаловками», деточка, или «шанхаями», называли в народе все стихийные поселки из землянок и хибар, населенные разным сбродом. На территории нашего города их существовало десятка два, не меньше. И уж криминала там было!..
– Нас интересует поселок, о котором говорится вот здесь, – Стас подал Александру Генриховичу газету. Тот бегло просмотрел статью.
– О-о, так вот вы до чего, оказывается, докопались, – он нахмурился и окинул нас пристальным взглядом. – Не думал я, не гадал, что кто-то вспомнит эти давно минувшие события… Да, ребятки, я об этом деле знаю достаточно. Достаточно, чтобы не болтать о нем зря. Поверьте, есть вещи, о которых лучше не знать. Это как раз тот случай, когда любопытство может погубить. Давайте я вам лучше расскажу о чем-нибудь другом, я знаю массу интересного…
– Расскажите нам, пожалуйста, об этом поселке, – твердо попросила я. – Это для нас очень важно!
– Разумеется, в случае моего отказа вы будете искать другие источники информации? – осведомился ученый. – А кто ищет, тот, как известно, рискует найти. Правильно?
Мы, не сговариваясь, кивнули.
– Ну что ж, я вас честно предупредил. Но раз вы настаиваете, то я, так уж и быть, открою вам то, что знаю. О руднике, о бараке, о зловещей дате и об одной премерзкой особе… Но – не здесь и не сейчас. Сегодня вечером, в семнадцать тридцать, я жду вас всех у себя дома, – с этими словами Александр Генрихович написал на листке адрес и положил на стол перед нами.
– Да это же наш микрорайон! – воскликнул Егор Рюшин. – Мы соседи!
– Тем лучше, – улыбнулся ученый.
– Ну что же, тогда нам и рыться тут больше не надо!
Мы сложили подшивки на место, попрощались и ушли, а Александр Генрихович остался в хранилище, занятый своими делами.
– Классно! – воскликнул Стас, едва мы оказались на улице. – Это называется – повезло!
– Подозрительный он какой-то, – вслух подумала я. – И вообще все это подозрительно. Что-то мне сегодня все, словно сговорившись, жаждут помочь.
– Да ладно, что в нем подозрительного? – отмахнулась Лиля. – По-моему, милый старичок. Нам действительно повезло.
Конечно, у меня оставались сомнения. Слишком уж удачно мы встретились с этим знатоком, и это настораживало: вдруг тут кроется обман или ловушка?
Но выбирать не приходилось. «К тому же мы придем всей компанией – чего нам бояться? – подумала я. – На всякий случай я оставлю маме адрес, куда иду».
Мы вышли из маршрутки и договорились встретиться в пять вечера здесь же, на остановке, после чего пошли по домам. Большинство ребят жили в новостройках, одной мне нужно было перейти дорогу и углубиться в старые кварталы. Но я по школьной привычке проводила Лилю до дома и только после этого пошла к трассе.
Я шла и думала о наших проблемах. Сначала Наташка, теперь вот Колька… нет, сначала был Танин прадедушка с похожими обстоятельствами и неизвестно кто еще. Мы, получается, пренебрегли советом Вилора, и чего теперь ожидать? Но, с другой стороны – что же нам, запереться по домам и жить затворниками? А со школой что сделать? Я, как и всякая ученица, школу, мягко говоря, недолюбливаю. Но все же предпочту посещать ее, родимую, а не сидеть в четырех стенах, боясь выйти на улицу, потому что из толпы прохожих может вынырнуть мерзкая бабка…