Потом прочистил горлышко
И закричал: «Кукареку!
Здесь оставаться не могу,
В чужие страны я бегу,
В свободную Америку,
А может быть, в Японию.
Едят там суши и треску,
Таланты не едят».
«Но есть загвоздка! – кошечка
Ехидно промяукала, —
Пути к границам родины
Проходят через лес,
А там полно поклонников
Поющей петушатины.
Как только в чащу сунешься —
Сожрут в один присест».
Петух ответил: «Видел я
Не раз лису в курятнике.
Она хватает тех из нас,
Кто в обморок упал.
Тут главное – реакция
И самообладание.
Уж ты поверь, частенько я
Лису за хвост трепал!»
Когда старуха утречком
Его не обнаружила,
Чуть не до слез расстроилась,
Подумала – лиса.
Ей, в силу её разума,
Не приходило в голову,
Что курица безмозглая
Могла сбежать в леса.
Потом она подумала,
Что всё, наверно, к лучшему,
Ей даже стало радостно,
Что вышло по её.
«Таки гуся зарежем мы!
Нет петуха!» – с издёвкою
На ухо деду спящему
Шепнула. «Ё-моё!
Да режь хоть всех, мне побоку», —
Дед отмахнулся, все ещё
Не до конца проснувшийся.
Как вдруг вскочил: «О, чёрт!»
И мигом чертик маленький
Возник, словно из воздуха,
И, подбоченясь, выскочил
У бабы за плечом.
Она всё тараторила,
Как вышла, как насыпала,
Как позвала, как бегала,
Как думала спасти…
А чёртик на плече её
Все жесты передразнивал,
Да так похоже, бестия,
Что глаз не отвести.
Дед, рот раскрывши, пялился,
Захохотал – не выдержал.
Тут бабка брови сдвинула:
«Тебе все ха-ха-ха,
А веселиться не с чего!»
Старик, кряхтя, под лавочку
Нагнулся, взял бутылочку:
«Помянем петуха!»
Старуха вышла нервенно,
