Светлана Медофф – Крошечка-Хорошечка, которая Хаврошечка (страница 4)

Что их отец не жаловал

И звал их «байбаки».

Да и они придумали

Друг другу клички меткие:

Сова, Лунатик, Курица —

Так будем звать и мы,

Имён не зная истинных.

Совой прозвали старшую,

С открытым глазом спавшую.

Одним, как у совы,

Как будто вечно бодрствует

И наблюдает. Муторно,

Но неопасно, в общем-то.

Гораздо пострашней

Во сне чудила средняя:

Встаёт, глаза открытые,

Сама с собой беседует,

Доходит до дверей,

Во двор идёт – и к лестнице,

На крышу поднимается

И там стоит, уставившись

На полную луну.

Будить нельзя лунатиков,

Спать сами возвращаются,

Наутро удивляются,

Не верят никому.

Все к этому явлению

Привыкли, кроме младшенькой.

Она была уверена:

Сестра должна упасть.

Во сне кричала, плакала,

Всё чутким ухом слышала,

И спать боялась, бедная,

Боялась и не спать.

За это сёстры старшие

Её дразнили Курицей.

Хаврошечка же, думая,

Что это не смешно,

Свои дала им прозвища:

Звала Двуглазкой среднюю

И Одноглазкой старшую,

А третью заодно

Триглазкой. Вот мы, солнышко,

Со всеми познакомились.

Пришла пора историю

Волшебную начать.

Доила как-то вечером

Хаврошечка коровушку.

Вдруг сёстры всполошённые

В три голоса кричат.

Что там? Змею увидели?

Сороконожка ползает?

Вступила пава нежная

Босой ногой в кизяк?

Червяк попался в яблоке,

Мышиный хвостик в семечках?

Горыныч Змей снижается?

А дело было так:

Решили красны девицы

Полакомиться вишнями,

И младшая на дерево

Полезла второпях —

Внизу ж объели дочиста —

И там она, сердечная,

Косой, увитой лентами,