Светлана Малеёнок – Выжить дважды (страница 9)
- Могло, - как эхо, повторила Людмила.
- А что эта «собака» на нас так кинулась? – возмутился Виктор.
- Эх, темнота! Она защищала малыша! Как и положено матери, – Алекс укоризненно покачал головой.
Карапуз между тем, не прекращая своего занятия, лукаво посматривал на шумных пришельцев.
- Бедненький, - жалостливо запричитала Люда, - все тебя бросили. Кормит тебя, какое-то чудовище. Девушка присела на корточки, и протянула к малышу руку.
- Осторожнее, - предупредил её Виктор, может они рождаются уже с полным набором зубов, ещё укусит.
- В этом возрасте, зубы только - только начинают прорезаться, - наставительно заметил Алекс.
- Ну, ты даёшь, - дурашливо засмеялся Виктор, - да кто тут только что говорил об ускоренном развитии, а ещё биолог! - Ты меряешь мерками «нормального человека», а это – мутант.
Рука Людмилы всё ближе и ближе была к головке ребёнка. Парни невольно затихли в ожидании результата «смелого» эксперимента. Вот пальцы коснулись пушистого одуванчика волос, и … малыш улыбнулся. Затем бросил занимавшую его внимание кость, и протянул ручонки к девушке. Та медленно взяла карапуза на руки и растерялась. Она никак не могла сообразить, как же посадить его. Все эти шесть ножек…
- Ну, что вертишь его, - занервничал Алекс, - попка-то у него одна! Вот и сажай … - дай сюда!
Людмила прижала малыша к себе и заревела. Парни в недоумении переглянулись. Камера поехала в сторону, показав попеременно пол, стены, потолок.
- Эй, эй, камеру-то держи, - опомнился биолог.
- Ну, что нюни распустила? – Набросился на девушку Виктор, - тебе хоть самой сейчас психолога вызывай, - что случилось?
- Мааа-лыы-шаа жаалко. Он та-акой маленький, хо-орош-шенький один без маа-мы…- плакала девушка.
- Перестань реветь, ребёнка напугаешь! - Использовал единственно верный способ Алекс.
Подействовало. Люда немедленно перестала рыдать, и неловко принялась вытирать лицо о плечи, так как руки у неё были заняты.
- Он упитанный, здоровый, а какая у него нянька, - продолжил начатый Алексом сеанс психотерапии Виктор, и посмотрел на «собаку».
Все невольно повернули головы туда же. Животное явно приходило в себя. Дыхание стало ровнее, «собака» уже приподнимала голову, и слегка шевелила лапами.
- По-моему, пора делать ноги, - задумчиво произнёс Алекс, - зверюга скоро сможет съесть нас всех вместе в порядке очереди. – Тебя первой, - он повернулся к девушке, и многозначительно посмотрел на сидевшего у неё на руках ребёнка. Действие транквилизатора заканчивается, а больше тю-тю, нету.
- Ой, а давайте его возьмем с собой! – взмолилась Людмила. И ещё крепче прижала к себе найденыша.
- Тот захныкал, и принялся вырываться из рук девушки на свободу.
Зверь услышав, недовольный голос питомца, - зарычал. Люда, ойкнув, отпустила малыша. И тот, смешно переваливаясь, пополз к кормилице. «Собака», потянулась к нему мордой, и принялась вылизывать.
- Вот и отпал вопрос о похищении, – пожал плечами Виктор.
- Тем более капитан нас по головке не погладит. И опять конечно, буду я виноват! – пророчески изрёк Алекс, - хотя, вполне возможно, позже поступит распоряжение – выкрасть малыша. А пока, - на выход.
- Кстати, Вик, проверь, какой резерв съёмки? Мы жуть, сколько на карапуза угрохали!
Разведгруппа гуськом потянулась к выходу.
- Можем поснимать где-то час, не больше, - доложил Виктор, и добавил:
- А с тобой, Люд, я уже буду бояться идти в разведку. Хорошо ещё нас не застукали, а то – пост бросила, над ребёнком нюни распустила, а его папочка, между прочим, мог бы нас – пух, пух и на ужин.
Девушка обижено засопела, но промолчала, признавая справедливость упрека. До выхода оставалось всего несколько шагов, когда впереди идущий Виктор сделал предупреждающий знак рукой, означающий не что иное, как: «стоп», «опасность».
Группа замерла, прислушиваясь. Снаружи раздался звук, отдаленно напоминающий блеяние ягнёнка. Еще, через несколько мгновений, звук повторился уже совсем рядом, и, в проёме двери, появился маленький поросёнок, покрытый длинной, густой шерстью, передние лапы которого, были оснащены мощными острейшими когтями.
Людмила вскрикнула, а диковинное существо заверещало, будто его режут. Виктор видимо уронил камеру, так как изображение завертелось, и её объектив уставился в землю. Некоторое время слышалось пыхтение, ругань и изредка, в облаках пыли мелькали ноги, обутые в мягкие сапоги.
Через несколько секунд, всё стихло, камера «затанцевала» и выхватила, лежащего на земле зверёныша, спеленутого сетью, но продолжающего издавать пронзительные звуки.
- Заткни его! – кричал Виктор.
- Чем? У меня кляпа нет!
- Хоть чем-нибудь! Сейчас вся округа сбежится на его крики!
- Сухой паёк есть!
- Пойдёт!
- В рот не лезет!
- Так разломи! Ей богу, как маленький! Быстрее, пока держу!
- Фу! Готово! – Оооо нет! – Он его съел!
- Суй второй кусок, и бежим отсюда!
- А этого куда?
- Бери, и бежим!
- А что, будем с ним делать?
- Съедим! Шучу. Потом разберёмся. Дуй к челноку!
- А ты что это раскомандовался? Я, командир группы.
- Ты конечно, - ты. Но у меня камера в руках.
- Выключай, пора возвращаться.
- Есть, командир!
- Трёхмерное изображение свернулось.
Глава 7
Прошло немного более двух недель. Шестиног быстро шёл на поправку. Он уже мог ходить, но есть предпочитал исключительно стоя. Было решено, как только он сможет сесть на тропа, он двинется в обратный путь, домой, а Варм, увезет жену в её новый дом. Кассандра оставалась одна. Возможно по этому поводу, а может, причина была в чём-то другом, но она всё чаще украдкой посматривала на Варма, и глаза при этом, становились очень грустными.
В один из дней, Шестиног явился с прогулки, с огромной охапкой цветов, и с порога, сделал Кассандре предложение, стать его женой! Та печально улыбнулась, и сказала что подумает, а затем снова стрельнула глазами в сторону Варма.
Тот - же ничего не замечал. Все эти дни, он очень старался быть полезным. Набил несколько новых тюфяков для постели, сколотил две лежанки и пару стульев, наколол большой запас дров, и много чего еще сделал. Но, почему - то, чувствовал себя каким-то ущербным, что ли.
На охоту ходила исключительно Агайя, и Глот неотступно сопровождал её. Возвращалась она всегда с добычей, да с такой, что мясо приходилось засаливать впрок, благо солончак был неподалёку. Дичь освежевывала тоже сама, причём делала это куда более ловко, чем мог бы сам Варм. И он всё чаще задавал себе вопрос:
- А что она будет делать в его доме? Между его четырьмя жёнами, давно были распределены обязанности: одна – готовит, вторая – убирает, третья – следит за общими детьми, четвёртая - шьёт и приводит одежду в порядок. Агайя – жена «для души», но захочет ли она быть только ею? И сам себе отвечал, - нет. Девушка много работала, и он видел, что это ей нравится. Спали они пока отдельно. Разговаривали мало, но Варму казалось, что Агайя знает его мысли, и от этого ещё больше терялся и не находил себе места.
Охотник, проснулся среди ночи от какого-то звука, прислушался, - тихо. Перевернулся на спину, положил руки под голову и уставился в потолок. Спать не хотелось, да и не смог, бы он сейчас уснуть. Рядом раздавалось громоподобное храпение Шестинога. Варм встал со своего тюфяка, и тихо вышел из дома.
Небо было на редкость чистым, заполненным россыпью звёзд, охотник любил смотреть на них. Мужчина вдохнул полной грудью свежий ночной воздух, и слегка поежился. Прохладно. Вдруг, от ямы, выкопанной тропами, донёсся тот же звук, который разбудил его ночью. Так кричит… новорожденный троп!
Варм бегом направился туда. Его верный Буцефал растерянно топтался около ямы. Мужчина подошёл к краю, и посмотрел вниз. Там, в уютном гнездышке из веток и травы, лежала новоиспеченная мамаша, а рядом с ней, пошатываясь, стоял маленький троп. Шерсть на нём ещё не обсохла, оттого, она вилась тугими спиральками и казалась совсем черной.
- И когда вы успели, - повернулся охотник к Буцефалу.
Тот возмущенно фыркнул и отвернулся.
- Ну, да, на самом деле, когда бы вы успели, - сам себе ответил Варм. То-то троп Шестинога показался слишком упитанным. В спешке, мы не обратили внимания, что ему привели беременную самку. Ох уж эти рабочие жёны, своё дело знают хорошо, а попросишь хоть что-то выходящее за рамки их функций, и всё… - прощай ум, – здравствуй глупость. Варм озадаченно почесал в затылке. Отъезд опять откладывается. Малыш должен окрепнуть.
За свою семью Варм не переживал. Дом был расположен в удачном месте. Лес полон дичи, протекающая неподалёку река, кишит рыбой. Существовала вероятность нападения охотников за женщинами, но братья Варма были надежной охраной для его семьи.
Варм вернулся в дом, Кассандра уже встала и хлопотала по хозяйству. Восхитительный запах свежих пшеничных лепёшек, заставил желудок мужчины требовательно заурчать. Тюфяк Агайи пустовал.
- И когда она успела незаметно выскользнуть? – подумал он.