Светлана Малеёнок – Хищная планета (страница 26)
Выбравшись на берег, я с сочувствием посмотрел на сидевшую, обняв колени, девушку. Ее задорные светлые вихры тонкими намокшими прядями облепили ее щеки, а все тело сотрясала крупная дрожь.
— Лерой, нам с тобой придется раздеться и хотя бы выжать одежду, а то мы так совсем околеем!
— Кккосстер?
Мне оставалось лишь горестно вздохнуть, так как лямки спасшего мою спину от когтей ящера рюкзака не выдержали двойного веса, и благодаря этому мы сейчас оказались здесь, а не в желудке доисторической машины для убийства.
Верно расценив мое молчание, девушка просто повернулась ко мне спиной и начала стаскивать с себя мокрый комбинезон. Мне не хватило наглости в такой ситуации подглядывать за ней. Отворачиваясь, я лишь успел скользнуть взглядом по ее ободранной спине, просвечивающей белой кожей в прорехах черного костюма.
Скинув с себя куртку, с тоской осмотрел все же оставшиеся целыми лямки на ней и кусок от самого рюкзака. Внешняя же его часть, как и с таким трудом, добытое содержимое, сейчас было разбросано по окрестностям плато, а рюкзак девушки остался у палатки.
Ситуация вырисовывалась совсем патовая, и я не беспокоился бы так сильно, будь я один. Хотя, надо отметить, что девушка держалась просто молодцом! Умение не оказаться тяжелым балластом в трудном походе — это тоже редкое умение, а от Лерой даже частенько и польза была.
Раздевшись, я быстро выжал свои вещи и уже собирался надеть штаны, как вздрогнул, почувствовав, что меня обвивают прохладные руки девушки, а затем к моей спине и ягодицам прижалась ее упругая грудь и живот.
— Мне холодно, — прошептала она, обжигая меня между лопатками своим горячим дыханием.
Я медленно развернулся, задохнувшись, когда ее отвердевшие соски прочертили огненную дорожку по моей коже. На ее красивом, озаренном из отверстия в потолке светом, лице горели большие ярко-синие глаза. Сейчас они были затуманены желанием, а на ее сочных, нежных губах играла легкая улыбка.
Боясь сделать что-то не так, я осторожно провел пальцами по ее фарфоровым плечам, затем по шее. Она рвано вздохнула и закрыла глаза. И я, уже более смело, взял ее лицо в ладони и, наклонившись, легонько потерся своей щекой о ее щеку. Лерой с всхлипом вздохнула и сама потянулась к моим губам.
Так нежно, медленно и прочувствованно я, кажется, не целовал еще ни одну женщину в своей жизни, стараясь ощутить и запомнить и нежную бархатистость ее кожи, и вкус ее губ, и тихие стоны самой восхитительной девушки во всех известных вселенных.
А затем мы опустились на кучу сброшенных мною вещей и любили друг друга как в последний раз. Подкрадись к нам сейчас кто-то враждебный, то, боюсь, моя хваленая интуиция его бы попросту не почувствовала. Я раз за разом уносился в необозримый космос, взрываясь сверхновой, а девушка металась подо мной и стонала, выгибаясь дугой и прося не останавливаться.
Мы на время забыли, где находимся, и что лежим на куче мокрых вещей. А еще я понял, что это занятие любовью, не шло ни в какое сравнение с тем пьяным сексом на шаттле, и почувствовал стыд. Эта девушка была достойна самого лучшего в жизни, чего я ей не смогу, к сожалению, дать. Наши миры находятся в совершенно разных плоскостях вселенной, и, если бы не пропал ее отец, наши пути никогда бы не пересеклись. И не важно, найдем мы его или нет, но, вернувшись с этой планеты, наши пути снова разойдутся, а посему мне не стоит даже и мечтать о ней.
Лерой задремала на моем плече, во сне зябко кутаясь в собственные руки. Вздохнув, я с щемящей нежностью оглядел ее хрупкую стройную фигурку и, еле удержавшись от поцелуя, тихо позвал:
— Лер
Девушка открыла глаза и с доверчивой улыбкой посмотрела на меня. Мое сердце екнуло, но я напомнил себе, что ее родные никогда не позволят, чтобы Лерой связала свою жизнь с простым стражем.
Поднявшись, я протянул ей руку, помогая встать.
— Мы так пойдем? — лукаво улыбнулась девушка.
— Думаю, нам лучше все же одеться, — с сомнением я посмотрел на ее высокую, упругую грудь и почувствовал, что снова готов.
Лерой хитро взглянула вниз и хихикнула.
— Ну да, а то мы так никуда не дойдем, — смутился я, быстро надевая штаны. Прохладная влажная ткань остудила мои нескромные помыслы, и вскоре я уже снова был сосредоточен и собран.
От этого озерка путь по суше был только в одну сторону, туда мы и пошли, тем более что моя интуиция с каждым пройденным метром просто вопила мне, что впереди нас ждет что-то необыкновенное. Чувство восторженного предвкушения просто распирало мою грудь. Хотелось кричать и смеяться, а еще обнять весь мир. Необычная эйфория окутала меня, и я пришел в себя лишь от голоса девушки:
— Ты тоже чувствуешь это?
— Да, — с трудом ответил я, помотав головой и прогоняя странное наваждение.
Вдруг впереди мелькнул ярко-красный огонек, к нему прибавился изумрудный, оранжевый, синий…
— Что это? — выдохнула девушка, крепко схватив меня за руку.
В настороженном молчании мы подошли ближе.
— Похоже на кристаллы.
Мы медленно продвигались вперед, охватывая взглядом все больше и больше ярких разноцветных огоньков, которые усыпали, не только потолок и стены, но и пол широкого туннеля. Вскоре глазам уже было больно от ослепительно ярких огней, а идти стало сложно, так как плотность кристаллов все увеличивалась, а свободного места, чтобы пройти между ними, наоборот, становилось все меньше.
— Ставр, ты чувствуешь? Стало намного теплее!
И верно, я на это даже не обратил внимания, но теперь почувствовал, что от кристаллов шли ощутимые волны тепла. Сделав еще несколько осторожных шагов, понял, что девушка отстала. Я обернулся и испуганно вскрикнул, так как Лерой, присев на корточки, обхватила ладонями самый крупный кристалл.
Глава 29. Одинокая планета
Они были так красивы, эти чудесные, словно хрустальные, шестигранные кристаллы! Из самой их середины, будто жидкий огонь, струился яркий свет, теплый и манящий. Я невольно протянула руки к самому крупному из них, ярко-красному кристаллу, от которого, на самом деле, шло тепло. Мои ладони коснулись его поверхности, и в тот же миг мой мир перевернулся, и я ощутила себя невообразимо большой и мудрой.
Я была планетой! Большой и красивой! А еще я чувствовала себя всемогущей, но… очень одинокой! Мне было невероятно скучно одной в этом черном и пустом пространстве, ведь до моих сестер так далеко, что не докричаться, и даже мысль летит слишком долго, чтобы можно было часто и легко общаться с ними. А потому мне оставалось довольствоваться лишь наблюдением за мелкими паразитами, периодически опускающимися на мою поверхность и копошащимися в ней, вызывая у меня сильнейшую щекотку. Я смеялась, содрогаясь всем телом, что совсем не нравилось моим деятельным паразитам, и они разбегались кто куда, а затем набивались в свой маленький летающий дом и улетали от меня!
Они улетали, а я снова оставалась одна, с тоской ожидая прибытия новых забавных двуногих малюток. Прилетев, они опять деловито копались в моем поверхностном слое, и иногда это было даже приятно! Заметив, что им нравятся некоторые минералы, содержащиеся в моих недрах, я подкидывала им их в тех местах, где мне это было нужно. А они потом самозабвенно копались там, в поисках таких же минералов, а я, блаженно щурясь на яркое гордое светило, млела от приятных почесываний. Но существа потом снова улетали, а я еще больше погружалась в пучину тоски, придумывая, чем бы еще привлечь двуногих малюток, которых я больше не считала паразитами.
Позже я смогла настроить свои принимающие антенны на улавливание отклика от посылаемых мною в пространство гравитационных волн. Отражаясь от объекта, они вызывали искажение гравитационного поля и, возвращаясь, предоставляли мне информацию о природе и размерах приближающегося ко мне объекта.
Со временем я научилась лучше управлять волнами, вызывая рябь пространства-времени, и, меняя траекторию полета, отбрасывать в сторону направляющиеся на мою поверхность небесные тела. Прошлые и так достаточно занесли на себе зачатков жизни, которые благополучно дали всходы и теперь покрывали большую часть моей поверхности, делая меня красивее. Я не хотела, чтобы вновь прилетевшие осколки погибших планет уродовали меня глубокими кратерами и губили с таким трудом и заботой выращиваемую мною зелень.
Позже я заметила, что во мне копошится крошечная жизнь иного рода, и мне снова стало любопытно! Но затем я поняла, что эти паразиты питаются моими дорогими зелеными растениями, поедая их корни и листья. И я их извела! Всех до единого!
А потом я снова ждала прилета двуногих существ, которые делали мне щекотно и так смешно суетились, производя понятные только им манипуляции. А так хотелось узнать, что именно они делают и для чего! И да, эти существа были малы, но они умели то, что было недоступно мне. Они могли менять свое местоположение, передвигаясь, куда им заблагорассудится, в отличие от меня, знающей лишь только одну, давно надоевшую мне орбиту.
Я хотела, чтобы эти существа остались со мной, избавив меня от вечной скуки, но они, побыв немного на моей поверхности, неизменно улетали. И тогда я начала думать, чем бы мне привлечь их, заинтересовать так, чтобы они сами не захотели меня покидать!? Но я не знала, чего им хочется, и, как я, ни старалась, я не смогла выйти с ними на телепатическую связь. Возможно, это вовсе не мыслящие существа? И все их действия — не что иное, как заложенные программой функции, такие, как и у моих любимых растений? Например, рост, цветение и размножение. Хотя я заметила, что не все растения размножались, но причину этого понять так и не смогла. Они вырастали, жили и умирали, так и не оставив потомства.