Светлана Макарова – Двадцать ноль ноль (страница 9)
У девушки была несвойственная для большинства одноклассников тяга к знаниям. И хоть её сердце целиком и полностью принадлежало химии, в физике она тоже неплохо разбиралась. Неплохо для девушки. Или делала вид, что разбиралась. А если бы не скверный, истеричный характер «физички», у неё был совершенно другой любимый школьный предмет. Вика частенько умничала, чем невероятно доставала лучшую подружку Яну. Та имела весьма скромные познания в данных дисциплинах. Яна была в самом хорошем смысле ботаником. Не заучкой, а именно ботаником. Знала по латыни почти каждую травинку, разбиралась в медицине, большей частью народной, что по мнению Вики являлось чистым шаманством и мракобесием. Но Янка мнила себя травницей и немножко доброй колдуньей. Приходилось частенько возвращать её в реальность.
Тем не менее девочки крепко дружили, хоть и виделись в основном в Высоково на летних каникулах. Город разделял их двумя районами и отсутствием прямого маршрута без пересадок.
Не отрывая глаз от статьи, Вика дотянулась до стола, ухватила маленький радиоприёмник с наушниками. Включила, нашла любимую радиоволну «РДВ» и, заткнув только одно ухо – на случай если бабушка позовёт – растворилась в музыке. Приятная мелодия неизвестного исполнителя почти сразу кончилась и, к Викиному сожалению, следом «Руки Вверх» заныли о своей несчастной любви. Что-то про Алёшку. Девушка не любила такие слащаво-печальные песни. Ещё зимой она решила, что тема любви её больше не трогает. И она ни в кого влюбляться не собирается, ни за что. Хотя, если бы встретить такого вот симпатичного и умного, как в этом сериале… Нет, таких в жизни просто не бывает. Актёры просто играют роли, не имея ни малейшего представления о… скажем к примеру – о природе радиоволн. А те, кто реально в теме, физики-технари и всякие компьютерные гении, как правило, не отягощены стремлением к общению с противоположным полом. Но даже если она по сумасбродной прихоти небес вдруг встретит и умного, и красивого, то всё равно, ни за что, никогда…
А за окном вдруг проехала машина. Вика только углядела бампер серебристой Лады и знакомые номера. Ура! Янка, наконец-то, приехала!
Сдёрнув наушник, Вика сообразила, что «Руки Вверх» давно уступили эфир новой и прикольной песне. Насколько получилось услышать и перевести, там было что-то про свободный стиль и безвредность для озонового слоя… Хотя в английском девушка была не так сильна, и наверняка она услышала что-то неправильно. Но «рак-а-майкро-фон» – так и звучало в ушах, пока Вика торопливо шла к Янкиному дому.
А тут о песне пришлось забыть.
Из машины подружка вышла, сердито хлопнув дверью. Коротко кивнула на Викино радостное приветствие. И снова спрятала лицо за пушистыми каштановыми волосами. Яна была явно не в духе…
– Янусь, привет, ты чего? – растерялась девушка.
– Ничего, всё в порядке, – Яна наконец посмотрела на Вику, – всё прекрасно, – потёрла острый аккуратный носик, а в карих глазах заблестели слёзы. – Мне просто с этим чудовищем пришлось в одной машине ехать.
– Чудовищем? – Вика оглянулась на авто.
Янка приподняла полу ярко-оранжевого сарафана. Кожа на ноге, пониже колена была заклеена приличным квадратом пластыря. Янка, прихрамывая, побрела к лавочке, а к машине подошёл её отец с тяжёлой цепью. Открыл заднюю дверь и нырнул внутрь.
– Ну, горе моё, кавказское, – донеслось из салона, звякнула цепь, – да где этот карабин? Сидеть!
– Здрасьте, дядь Вить, – крикнула Вика.
– Привет, молодёжь, – махнул рукой отец, ослабив цепь. Она словно змейка со звоном сползла в траву, а из машины выбрался лохматый, здоровенный пёс.
– Знакомься, – тяжело вздохнула Яна, – это Казбек, чистопородный кавказец, прибыл к нам в Высоково на перевоспитание. Любить и жаловать не рекомендуется.
– Перевоспитание? – Вика замерла под тяжёлым взглядом чудовищного пса. Ростом Вике почти до бедра, с серыми космами недовылинявшего меха, огромной головой с маленькими медвежьими ушками, кроваво-красными дёснами за обвислыми щеками и хитрыми глазами цвета чёрного чая.
– Ага, его у какого-то психа изъяли. Казбек натаскан на людей… Правда уже полгода прожил в питомнике. Папа говорит, ему нужен сильный хозяин. А ещё любовь и забота. Но явно не от меня, – Яна потёрла ногу, – это он меня три дня назад. Как раз сюда собирались, только вместо деревни я в травмпункте оказалась.
– Он тебя укусил?!
– Нет, сказали зубами поцарапал. Только от таких царапин шрамы, наверное, останутся.
Вика проводила взглядом мужчину и собаку. Казбек равнодушно посмотрел, как хозяин закрепляет его цепь у опорного столба двора, потом улёгся, положив под морду передние лапы, пару раз взглянул на девчонок из-под косматых бровей и закрыл глаза.
– А выглядит таким смирным.
– Не обольщайся… Ну, а как ты тут без меня?
Вика уже открыла рот, но вдруг задумалась с чего бы начать. На тему завода с Янкой говорить нет смысла. Скажет, что ещё она по помойкам и заброшкам не разгуливала. Пруд с кольцом-переливом её тоже вряд ли заинтересует. А с криминальными элементами в придачу – тем более. Вот!
– У меня Валька чуть не утонул вчера! – слишком радостно выпалила Вика.
Янка словно хрюкнула, подавилась вдохом, закашлялась:
– Ну, поздравляю. Или что? Тебя настолько братец достал?
– Да нет, дело не в этом… То есть, это, конечно, было страшно, но его спас один парень!
– И кто он?
– Я пока не знаю.
– Вот-так-так… И что дальше?
Тут Вика и сама задумалась. Тот неизвестный, приезжий спасатель уже мог и обратно уехать. Выходные прошли. И ведь никому, кроме неё, нет до него дела, даже Вальке. Но почему она до сих пор помнит прикосновение к своему плечу, спокойный и уверенный голос, капельки воды на светлой коже и его руки? Вытянутые пальцы с резко очерченными суставами, широкие ладони. Как легко и непринуждённо эти пальцы прощупали Валькин пульс, потом нашли на спине какую-то особую точку. Лёгкий, но в то же время сильный, скользящий удар запястьем между лопаток, и брат задышал, выкашливая порции воды.
Она вспомнила его руки!
– Ну что там за спасатель Малибу? Э-эй? – впервые улыбнулась Яна, помахав ладонью перед мечтательным лицом подружки.
Вика мотнула головой. Не хватало ещё влюбиться в неизвестно кого.
– Совсем замечталась? – хитро прищурилась Яна. – Ладно, пошли прогуляемся по деревне. Вдруг его встретим? Слушай! А может, мне тоже утонуть случайно? Или тебе?
– Да ну тебя, отстань.
– А что? Удачный способ познакомиться.
– Не хочу я ни с кем знакомиться.
– Уверена?
– Не уверена, но точно.
Янка и не удивилась странному ответу подруги. Она привыкла, что Вика частенько допускает подобные абсурдные выражения. Правда, ещё пару лет назад, услышав нечто подобное, она возмущённо вопила: «Ты не русская?! Все татарин, кроме я?» под издевательский смех подруги. А сейчас перестала обращать внимание. Если, конечно, понимала смысл. В противном случае, Вике приходилось расшифровывать, с надменной неохотой. Но тут-то всё было беспредельно ясно и понятно.
Знакомый маршрут. По Трассе до магазина, потом по улице направо до леса. И обязательно посидеть на брошенных срубах на окраине. Невольно перечитать все надписи с признаниями, оскорблениями, свидетельствами кто и когда здесь был и что делал.
Извечная потребность человека поделиться собой с окружающими. Вот если бы каждому выделить свой стенд, стену, такую, чтоб можно было приклеить всё-всё, что хочешь. Свои рисунки, фотографии, постеры любимых певцов и актеров. Свои мысли, отношения, настроения. И чтобы тот, кто пришёл к твоей стене, мог послушать твою любимую музыку, посмотреть фильмы, оставить для тебя послание, приклеить свою фотку на память. Да, некоторые бы всю жизнь свою выставили. Взяв при этом псевдоним.
– А ты не в курсе, когда приедет Андрей? – Яна специально выбрала максимально небрежный тон. Сидя высоко над землёй, на широком бревне сруба, она небрежно покачивала здоровой ногой, спрятав пластырь под огненно-рыжей пёстрой тканью сарафана.
– Мы даже в городе не созванивались, – помотала головой Вика.
– Странно, что его до сих пор нет, да? Он обычно раньше всех приезжает.
– А ты его ждёшь?
– Ну не то, чтобы… Ой, ладно, пошли домой. Мне ещё в шкафу разбираться, – Яна легко спрыгнула на землю и зашагала по высокой траве к дороге.
Ох, какая игра! Ни словом не обмолвиться о предстоящем сюрпризе, да ещё и виртуозно выспросить не проболтался ли Андрей.
– А я тут тоже позавчера этим занималась. И в этот момент в наш дом ударила молния, – Вика догнала подружку.
– Молния? – Яна обрадовалась, что тема Андрея так удачно закрылась. – Значит, теперь у тебя должны появиться суперспособности, – игриво засмеялась она.
– Они у меня всегда были, – скривилась Вика, – влипать в неприятности и влюбляться не в тех парней.
Яна вопросительно посмотрела на Вику. Но та отвела взгляд. Махнула рукой со смыслом: «забей-не-спрашивай-ерунда». Про зимнюю историю она никому не рассказывала. Слишком оглушающим было то счастье. А теперь всё словно выгорело.
Даже лучшие подруги имеют право на секреты. Это закон сохранения дружбы.
Вика сделала вид, что внимательно разглядывает что-то вдалеке, а Яна проследила за её взглядом…
– Ах! Она сгорела?! – почти выкрикнула Яна, с каким-то мучительным отчаянием.