Светлана Макарова – Двадцать ноль ноль (страница 11)
Нет, вы только посмотрите на неё! Стоило парню чуть-чуть спасти её от падения в темноте, так она уже придумывает оправдания для его странных занятий. Как будто между ними что-то может быть. Как будто влюбилась! Вот дурочка!
Вика даже слегка фыркнула от собственных уничижительных мыслей. Но в голове словно прозвучал его голос: Ну пока… до вторника. А взгляд сам скользнул по настенному календарю: среда. Долгонько… И, вообще-то, День Рождения!
Вика не знала, что ей делать. То ли резать салаты и печь пирог, то ли смазывать цепь и качать шины для дальней поездки, то ли сидеть и спокойно ждать приготовленного друзьями сюрприза. Последнее было самым приятным, но и самым мучительным.
Она с удовольствием мучилась этим ожиданием до самого обеда, а после – мучительно наслаждалась предвкушением. Но Янка-хулиганка и носу из дому не казала. И Андрей – вот уж кто балбес! – так и не приехал.
И бесстыжие ягоды на грядке так и не покраснели.
Как говорится, никогда такого не было, и вот опять. Полная растерянность сменилась пустой собранностью, но положение дел от этого никак не поменялось.
Было часа четыре, но у солнца имелся безлимитный абонемент на посещение неба, поэтому вечер и не думал пока наступать.
И делать было совершено нечего. Крыльцо, старый диванчик, и мечтательное настроение. А наушники и маленький карманный приёмник принялись старательно переводить радиоволны в волны звуковые. И «мальчики с окраин» проникновенно просили рассказать им, почему…
А Вике не давала покоя другая песня. Та самая, что она услышала перед Янкиным приездом. Весёлая, заводная и… смешная. Ну правда, что за слова такие? А музыка? И главное, больше нигде ни разочек она не попадалась. Хоть Вика без конца листала частоты эфира. Серебряный дождь – где по умолчанию никогда не поставят ничего подобного; Хит ФМ – вполне возможно – но нет; любимое, правда всё больше попсовое РДВ – никак не решается повторить сей замечательный эксперимент; Рандеву и Русское Радио – конечно, тоже не в счёт, дальше – Европа плюс – и вот уж кто должен удовлетворить иссушающее желание новой музыки, но тоже что-то стесняются. Вот был бы такой эфир, где ты сама выбираешь плейлист и слушаешь только то, что нравится тебе. Нет, есть, конечно, всякие «лети с приветом» и «по заявкам», но это будет выглядеть смешно:
– Здравствуйте, а поставьте, пожалуйста, песню про… Не помню названия, там такие слова: Фристайла! И что-то про озон! Ха-ха-ха.
Но песню очень хотелось услышать.
А в дверь опять кто-то стучал…
Вика сначала подумала, что это у Яны совесть выспалась, поэтому сдёрнула наушники и излишне резко открыла дверь, готовая великодушно принимать извинения, объяснения и тому подобное… Но… На пороге стоял Алексей, со странной виноватой улыбкой.
– Привет? – Вика точно помнила, что сегодня не вторник, и не понимала радуется она его приходу или нет.
– Привет…
Только одно слово, но во взгляде и в улыбке их будто миллион. Со вздохом гость решился продолжить:
– Вика, я пришёл —
…чтобы просто увидеть тебя…
– Сказать, что мне —
…не спалось этой ночью…
– Очень нужна —
…твоя ослепительная улыбка…
– Ещё одна банка молока.
Пока Вика хлопала глазами, пытаясь определить, что она действительно услышала, а что ей примечталось, Алексей продолжил:
– Конечно, если есть лишнее.
– Да… Только утреннее. Подойдёт?
Молчаливый кивок без отвода глаз.
И вот она уже на кухне, торопливо наливает ледяное молоко. Островки кремовых сливок вытягиваются в реки, соскальзывая вниз, а часть остаётся на стекле. А в голове ворох мыслей, что надо было сначала легко, как бабушка, крутануть банку и перемешать… И что сегодня точно не вторник, но ОН пришёл. И что сегодня её День Рождения. И она не может, просто не может поднять глаза, чтобы встретиться с его взглядом.
Молоко всё-таки было предлогом. Это стало понятно, когда Лёшка, уходя, чуть не забыл банку на столе. Просто Вика понесла его остатки в холодильник, что стоял в сенях, и слегка запуталась в тюлевой занавеске. Невозможно глупо зацепилась заколкой и не могла отцепиться, пока на помощь не подоспел Алексей. (Да что он всё время спасает её!). А потом он спросил, почему нет света…
– Просто в наш дом ударила молния.
– Серьёзно?
– Серьёзнее некуда, – хмыкнула Вика и, уже спустившись с крылечка вспомнила: – Молоко! – и сама вернулась за банкой.
А потом они недолго постояли в дверях. Вика со смехом рассказала подробности субботнего происшествия. Лёшка заявил, что никакой грозы не было, потом вспомнил, что сам приехал только в воскресенье. Рассмешил, ага. И ещё, про то, как вчера искал их дом, потому что первый раз в этой деревне. Что бабушка махнула рукой: «там». Но «там», куда она махнула, оказалось болото, в общем-то, живописное, но молока у него не было…
От того, что Вика уже минут десять сдержанно и вроде бы элегантно хихикала, у неё заболели скулы… Но это было единственное, что она могла делать, глядя на Алексея. Ну просто он был нереально клёвый. И явно сам хотел ей понравиться. Зря старался. В смысле, Вика уже давно всё про себя поняла… Что она там себе напридумывала про «ни за что и никогда»? Смешная такая, наивная. Нет, ведь она не знала, что бывают такие парни. И где его так смотреть учили?! Всё, пропала девчонка. Только надо держать лицо и не показывать виду, что прям всё настолько… Посерьёзнее, девочка, будь посерьёзнее…
Вику спасла подошедшая (так невовремя!) Яна. Лёшка кивнул на её ироничный «привет», и непринужденно сказал, (глядя Вике в глаза), что завтра обязательно придёт опять.
– Ага, пока, – Вика вроде бы удачно скопировала Янкину интонацию, но та нахмурилась.
И стоило Алексею уйти на расстояние слышимости, накинулась на Вику.
– Это ещё кто?
– Лёшка. Просто за молоком к нам приходит…
– Просто?
Вика неуверенно кивнула. Янка усмехнулась:
– А сколько ему лет?
– Не знаю.
– А где живёт?
– Тоже не знаю…
– А девушка у него есть?
Вика развела руками.
– Да, чудо моё, такие вопросы первым делом надо выяснять. Так, завтра всё узнаешь, мне расскажешь!
– Погоди, мне он, вообще-то, и самой нравится!
– Вот и прокололась! – засмеялась хитрая Янка, – я же вижу, что ты ему чуть ли не в рот заглядываешь.
– Что, так заметно? – понурилась Вика и села на лавочку. Рядом присела гордая и строгая Яна.
Вика же сделала выводы, расставила приоритеты и со спокойной совестью решила выкинуть из головы этого подозрительного и в то же время – умопомрачительного Алексея. Хотя бы ненадолго.
А вот то, что он приехал только в воскресенье, было очень важно. Но пока причину важности этой мысли никак не получалось осознать.
Через пару минут молчания Яна с какой-то дурацкой улыбкой выдохнула:
– А-андрей…
А к соседнему дому подъехала машина. Вышли родители Андрея, а потом и он сам, махнул рукой девчонкам и принялся выгружать из багажника сумки.
Вот тут Вика словно увидела себя со стороны. Сначала Яна, небрежно закинув ногу на ногу, посмотрела в ещё светлое, голубое небо, причём мечтательная улыбка так и не исчезала с её лица. Потом она бросила осторожный взгляд на авто, на секунду задержалась, разглядывая белую безрукавную футболку, что выгодно подчёркивала неплохую фигуру Андрея. Он не спеша вынимал из багажника сумку за сумкой, играя мышцами оголённых плеч. Он не поднимал глаз на девчонок, но его улыбка говорила, что он уже знает, какими глазами на него смотрит Яна.
А Вика с ехидством отметила, что подружка просто приклеилась взглядом к его светлым волосам, голубым глазам и такому мужественному профилю… Ой… Только хитрюга щурится от солнечных лучей, и делает вид, что смотрит куда-то мимо.
Андрей наконец закончил разгрузку. Ага, нарисовался и раскрасился, не сотрёшь.
– Как жизнь молодая? – спросил он, подходя к девчонкам.
– Нормально, – хмыкнула Яна, – но было бы гораздо лучше, если бы кое-кто приехал пораньше. Ты ничего не забыл?
– Я? – Андрей растерянно обернулся на машину, – да вроде бы…
Яна погрозила ему кулаком.
– Да нет, не забыл, не забыл… – парень как-то виновато погладил затылок, – я ничего не забываю, – но в глазах мелькнуло сожаление. Он даже достал сигареты. Яна сердито нахмурилась.
– Девчонки, а вы не в курсе, кто-нибудь из наших здесь?