Светлана Макарова – Двадцать ноль ноль (страница 7)
– Ну что они там, эксперименты, что ли, какие? Али воруют? Ладно, в нашем доме электрик жил хороший, вся проводка по уму, и то страшно…
Женщины прошли в кухню, а Вика снова отправилась на прополку моркови. Надежду на помощь от брата она похоронила ещё утром. На этой самой грядке и закопала.
Обрадованный таким неслыханным попустительством со стороны сестры, Валера снова забился на диванчик, вцепившись в Тетрис.
На самом деле, мальчишка ни за что бы не признался, что именно произошло. Какой смысл? Всё равно никто не поверит. Он и сам бы не поверил.
Утром он так обрадовался, что смог удачно улизнуть. Совсем без подозрений со стороны Вики. А Стасик – умник. Он ничего бабушке про телепорт и даже сгоревшую берёзу не рассказывал, и та отпустила его. Покатайся, милый, конечно. Только смотри не упади, и далеко не уезжайте.
Ха-а. Далеко.
– Свобода! Вот это я понимаю – начинка от «Баунти», – хохотал мальчишка, обогнав на лёгком подъёме Стасика.
– Будет тебе райское наслаждение, когда телепорт сработает!
Стасик поднажал и на вершину они вырулили вместе.
Из-за склона уже виднелся обугленный остов берёзы. А чуть позади гордо возвышались чёрные сетчатые опоры ЛЭП. Их плечи держали невообразимую тяжесть и мощь. В застывшем горячем воздухе звенело напряжение.
– Слушай, а что значит – против солнца?
Валька прислонил велосипед к стволу, проверил крепление педалей – новая необходимость уже слегка переросла в привычку.
– Ну… – задумался Стасик, – солнце идёт с востока на запад, так? Если отсюда, то справа налево.
– Ага, – Валька развернулся на сто восемьдесят градусов, – а отсюда – слева направо!
– Подожди. – Стасик сосредоточенно посмотрел на берёзу. Потрогал чёрную кору, отколупнул уголёк. – Если против солнца, значит мы должны стоять с той стороны, чтобы оно было за берёзой. И идти против его движения… – Стасик сделал пару неуверенных шагов.
– Стой, – Валька ухватил его за руку, – давай на всякий случай велики будем держать. Мало ли, где мы окажемся?
За спиной друга Валерка заметил струящийся от перегрева воздух. Словно тонкий слой воды сливался по прозрачному стеклу.
– А, кстати, где? Это тоже надо придумать, – Стасик встал в театральную позу, – ну я бы конечно не против оказаться на лазурном берегу Франции… Нет, лучше на месте раскопок древних египетских пирамид. Нет! Я хочу в Исландию…
Валерка смотрел на друга скептически.
– Давай, для начала, чего попроще загадаем. Всё равно ведь не сработает.
– Чего тогда в велик вцепился? – прищурился Стасик.
– Да ничего я не вцепился, видишь, уже не держу.
Мальчишка снова прислонил велосипед к пустотелой берёзе.
А спиной у Стасика всё так же что-то струилось, перетекало. А дальше в зелёном поле, ещё совсем недавно сверкавшем в солнечных лучах, вдруг потемнело. И дальний лес, и деревца на склоне оврага стали блёкло-серыми, словно на старой фотографии. Валька мотнул головой, пытаясь прогнать наваждение.
– Ладно, чё стоишь? – Стасик потянул его за собой вокруг ствола. – Раз!
– Подожди, там что-то очень странное, – Валька махнул рукой в сторону оврага.
– Два-а, – Стасик уже обогнул ствол и тянул друга за собой.
– Да посмотри ты в поле!
– Три…
Пацаны резко остановились перед водянистой стеной, выросшей так внезапно. За призрачной, струящейся границей шумел дождь. Сквозь пелену расплывались знакомые очертания окрестностей.
– Чё за финики?… – почти одновременно выдохнули мальчишки и тут же их накрыло ледяным ливнем. По плечам застучали мелкие градинки и в такт им застучали зубы. Футболки и шорты махом промокли, холодные струйки потекли по голым ногам прямо в кроссовки. На повисших сосульками чёлках задрожали прозрачные капельки. У Валерки мучительно заныл затылок, а Стасик чуть присел, прижав ладони к вискам:
– А-а, голова-а…
– И ноги отнимаются, – удивлённо выдохнул Валька.
– Не, мы это… Мы не так… – промямлил Стасик. Валерка схватил друга за руку и зажмурился. Почему-то подумал о Сокольной горе. Но не успел осознать эту мысль, как услышал звон и грохот падающих великов и ощутил приятное тепло.
Дождь разом закончился. Засияло солнце, тёплый и сухой ветер укутал ребят словно душным полотенцем, но это было почти райским наслаждением.
– Это мы где? – Стасик пялился на два велика лежащих у ног в пыли. В пыли дороги, что вилась по крутому склону Сокольной горы, – Ни чё се… – наконец выдохнул он.
– Это я подумал, – едва слышно сказал Валька, поднимая свой и Стасиков велик.
– Чего ты подумал? – не понял Стасик.
– Я подумал, о вершине Сокольной горы…
– Так это он нас… Перенёс? Телепорт работает?!
Стасик зажал ладонями рот, будто боясь, что за такие слова, друг обзовёт его сумасшедшим. Но Валерка лишь едва качал головой.
– О, смотри-ка, а там Вика едет, – Стасик кивнул вниз и принялся размахивать руками.
У подножья холма Валера увидел фигурку сестры, тоже неуверенно махнул. Но вдруг опустил руку и шагнул назад.
– Ой, нет, слушай, поехали скорее домой, – он оттащил велик подальше от склона, – только через Колковский лес. Если меня Вика в таком виде встретит… Скажет: опять купался! Поехали короче, быстрее!
Ребята понеслись вниз с противоположного склона так быстро, как только могли, рискуя свалиться от любого случайного камня под колесом. Не сговариваясь, повернули на разбитую колею вдоль леса, вихрем пролетели по деревне. Ветер сушил волосы и одежду, но та снова пропитывалась потом. От усилий, приложенных к педалям и от ошеломляющей мысли о сработавшем телепорте у сгоревшей берёзы…
Всю дорогу до дома ребята не разговаривали. Лишь перед расставанием у дома Стасика понимающе кивнули. Молчать будут оба. Друзья это точно знали. Какой смысл? Всё равно никто не поверит. Ведь никаких телепортов не бывает…
Часам к четырём Вика почти дополола грядку. Ей остался маленький кусочек, ну просто очень заросший лебедой и колючками. После небольшого отдыха и чая она решила выйти на улицу.
На лавочке перед домом сидели Валерка и Стасик, хихикали, что-то обсуждая.
– Секретничаете?
– Да нет, – махнул рукой Стасик, – я вот Валерке рассказываю про соседа, а он не верит.
Вике показалось, что брат немного удивлённо посмотрел на друга, но не придала особого значения.
– А что за сосед?
– Да приехал тут новый парень, никогда его раньше не видел. Сегодня с утра на моём турнике тридцать раз подтянулся и пошёл как ни в чём не бывало. Я считал, честно – тридцать раз.
– Парень?
– Ну да, твоего примерно возраста, Алексеем зовут, симпатичный, – добавил Стасик, хитро прищурившись. Валька опять захихикал.
– Ну и что? – вздохнула Вика, – дураки вы оба, меня качки пустоголовые не интересуют, – и демонстративно ушла в огород. Её ждала грядка моркови.
Желание.
Вику разбудила бабушка. Совсем не поздно, часов в одиннадцать. И хоть Вика никогда и не спала до обеда, в этот раз ну очень не хотелось открывать словно мёдом склеенные веки. Пришлось.
– Надо бы к тёте Нине съездить. Тут ей письмо, и вот ещё передашь, вещички кое-какие.
В пакете уже лежал аккуратно упакованный газетный свёрток.
После завтрака кое-какие вещички удачно расположились на багажнике, крепко стянутые пружинками. Со вздохом Вика отправилась в путь.
Соседнее село, где жила бабушкина подруга, носило сообразное название Вышкино. И не раз в голову приходил вопрос, отчего два соседних села имеют такие похожие названия. Запросто можно перепутать.
Вика не любила ездить до Вышкино, по причине слишком неудобной дороги. Болотистая местность, низина, черёмухо-тальниковые заросли. Гораздо приятнее подняться да хоть бы и на Сокольную гору, чем продираться сквозь кусты с великом, там, где под ногой чавкает даже в самую сухую погоду, а потом пилить по песчаной унылой дороге, до поворота, и через полуразвалившийся деревянный мост, пугающий своим скрипом от самых лёгких шагов. И потом в гору, конечно же в гору. Куда ж в этой местности без горы? На то оно и Вышкино.
Маленькое село, всего-то один ряд домов. Найти нужный – не проблема. За дощатым забором гавкнула собака и хозяйка почти сразу открыла калитку, едва Вика успела постучать.
– Ой, Вичка, – обрадовалась тётушка, – заходи скорее.