Светлана Макарова – Двадцать ноль ноль (страница 17)
Отчего-то подумалось, что у него были какие-то ещё причины визита, и отремонтированное радио являлось скорее средством, чем основной целью, и даже в какой-то момент Вике примечталось, что он хотел бы её поцеловать и пришёл именно для этого. Но всё это было списано в пользу девичьих фантазий.
А лицо при этом отчаянно заливала краска. И это было здорово заметно. По-крайней мере, Лёшка хитро улыбался, глядя на неё. Невозможно красиво, так, что смотреть на него становилось больно. Да, тот карандашный набросок и половины не передавал. И дело было вовсе не в штрихах, углах или полутенях, не в резко очерченном овале лица, линии губ, разрезе глаз. Восторг до смущения, до иголок в кончиках пальцев и перехватывания вдоха вызывало движение. Как он смотрит, легко усмехается, как произносит слова. Движение губ, лёгкая смешинка в уголках глаз. Каких глаз, какого цвета?! Тёмно-серого, того тревожного оттенка, каким наливаются облака перед грозой…
Валерка, как назло, крутился рядом. То и дело курсировал из сеней на улицу и обратно, именно через крыльцо. Будто через двор пройти нельзя. При этом он так многозначительно хихикал, поглядывая на парочку на диване. «Тили-тили-тесто» – так и читалось в его глазах. И Вику это злило.
– Весёлый у тебя братишка, – кивнул Лёшка на дверь, что в очередной раз захлопнулась за Валеркой, – но вы совсем не похожи.
– Да, он папина копия. А я больше на маму…
– Значит, счастливыми будете.
– Почему?
– Примета такая.
– А разве не наоборот? Ты ничего не путаешь?
– Ну… может быть.
– Ага, нам с братом по жизни везёт, как утопленникам…
При этих её словах Лёшка чуть поперхнулся.
– Ой, Валька ведь и правда едва не утонул на прошлой неделе.
– Неужели?
– Да, на Жерелке баловался, плот перевернулся. Его вытащил один… парень.
Вика вдруг замолчала, разглядывая Лёшкины руки, спокойно лежащие на коленях.
– И кто же этот герой? – непринуждённо спросил Алексей.
– Никто не знает, – Вика подняла глаза, – а я не помню его лица…
– Как это?
– Всё случилось слишком быстро. Я не успела вытереть слёзы, как он уже ушёл.
– Очень неразумно с его стороны. Награда должна находить героя.
– Я не знаю, чем я могла бы отблагодарить его, – при этих словах Вика смутилась, почему-то вспомнились спасатели Малибу, а затем сразу и их деревенские поклонники – Вадик и Паха.
– Ну, возможно, он был бы счастлив просто посидеть и поболтать с тобой вот так… – Лёшка с едва сдерживаемой улыбкой повернулся к Вике.
– Ты? – она снова посмотрела на Лёшкины руки, – это был ты?!
Дверь из сеней снова приоткрылась, из проёма высунулась голова Валерки.
– Это он! – Вика ухватила брата за локоть, – это Лёшка спас тебя!
– Ого! – остолбенел мальчик, – болспас, – пробормотал уже себе под нос: – меня там Стасик ждёт. До свидания.
– Это был ты!
Вика всё же справилась с эмоциями, отдышалась, и Лёшка невозмутимо и спокойно принялся отвечать на бесконечные вопросы.
Да, это он был на пруду, присматривал за племяшкой Ксюшей, когда ушли её родители. Да, увидел, что пацан долго не выныривает. Бросился, не раздумывая. А ушёл? Ну просто ушёл, когда удостоверился, что всё нормально. Ксюшу надо было домой отвести. Конечно, узнал, когда пришёл за молоком и встретил в дверях самую красивую, но такую серьёзную, даже сердитую девушку.
– Ну не мог же я потом просто прийти и заявить: а знаешь, я тут твоего брата спас, – под конец рассмеялся Лёшка.
А на пороге опять появились Валерка и Стасик.
Он уже переварили новость, у Валерки чуть блестели глаза, и он то и дело шмыгал носом.
– Искренне благодарю Вас Алексей, – без тени смущения, с одухотворённым видом начал Валерка, протянул руку, – буду рад дружбе с моим спасителем.
– Вот именно поэтому… – Лёшка похлопал по спине паренька, что бросился обнимать его за шею, – Валер, всё хорошо, обошлось. Просто думай иногда о последствиях.
– Ага, – всхлипнул мальчик.
Когда за счастливо шмыгающими ребятами закрылась дверь, Вика тихо прошептала:
– Спасибо…
– Так, – тон Алексея стал строже, – хватит уже.
– Спасибо, что ты пришёл. Спасибо, что рассказал. И за то, что не ждёшь награды…
Лёшка фыркнул:
– Перестань, пожалуйста, иначе я возомню себя супергероем, зазнаюсь и больше не стану приходить за молоком, – глядя на растерянно улыбающуюся Вику, добавил: – разве только прилетать, на крыльях… – и еле заметно подмигнул, так что щёки девушки ещё сильнее порозовели.
Но виноваты в Викином смущении были не только его глаза. Виновато было горячее плечо, что касалось её плеча, и то, что он так в вполоборота сидит, близко-близко и до поцелуя остаётся пара сантиметров, пара вдохов, пара ударов сердца…
Нет, ну сколько можно фантазировать?
Но Лёшка вдруг нахмурился, потом потёр ладонью лоб:
– Эх, совсем забыл… – он как-то виновато глянул на Вику, – мне надо уехать. Вернусь послезавтра.
– Уехать? – на Вику словно ведро холодной воды вылилось.
– Да, у меня в Нижнем Новгороде дядька живёт, там с компьютером беда какая-то, просит помочь.
– Ты ещё и в компьютерах разбираешься? – отличный способ отвлечься и прийти в себя – завести непринуждённый разговор, даже если этого совсем не хочется.
– Ну так, немного…
– А ты не из Нижнего? – Вика уже давно обратила внимание, что Лёшка в разговоре упоминает не просто «город», а произносит полное название. Местные так не делают, в крайнем случае обходятся «Нижним», а бабки, так и вовсе «Горьким».
– Да, там у меня дядя и старший брат, а родители в Москве… – в его голосе проскользнуло сожаление. Неожиданное, словно он сам только-только осознал положение вещей, и оно ему совершенно не понравилось. – Кажется, я совсем не хочу с тобой расставаться…
А вот теперь до поцелуя осталось ещё меньше. Лёшка молчал, молчала и Вика. Тишина становилась какой-то странной, но её совсем не хотелось нарушать. И пока Вика раздумывала, не пора ли закрыть глаза и вообще, стоит ли их закрывать, и получится ли выжить после такого умопомрачения, если он прямо сейчас её поцелует, и какой вкус у его губ, как дверь крыльца резко открылась и на пороге нарисовалась Яна. У неё имелась суперспособность постоянно являться невовремя.
Три привета прозвучали одновременно. Причём два из них с явной ноткой досады.
– Ну, мне уже пора… – Алексей поднялся с дивана.
– Да, у меня тоже дела… – Вика словно проглотила ком.
– Ой, простите… – осознание вмешательства в самый волнующий момент накрыло Яну, но ненадолго. – Вика! Что с коленками?!
Янка так вытаращила глаза, что Лёшка остановился, разглядывая предмет обсуждения, и даже сама Вика наклонилась, словно ожидая увидеть нечто необыкновенное на своих собственных ногах.
– Упала вчера… Но меня спас один супергерой, – Вика хитро улыбнулась.
Чего уж тут, вся романтика давно испарилась.
Лёшка тихо хмыкнул, спускаясь по ступенькам крыльца, протиснулся мимо пристально разглядывающей его Яны и помахал рукой на прощание.
– Упала?! Как так можно? Подожди, у меня есть замечательное средство. Сиди и никуда не уходи! – и Янка унеслась домой.
В следующие пять минут Вика послушно сидела и ждала. Это единственное, на что она в принципе была сейчас способна. А в голове так и звучали его слова: я не хочу с тобой расставаться.
Вскоре прибежала Яна, принесла бинты и пластырь. И начала колдовать, приговаривая, какое же замечательное средство этот оковник. Через пару дней и следов не останется.
А Вика только мечтательно улыбалась, ведь через пару дней вернётся Лёшка. Он ещё даже не уехал, а она уже скучала, и пальцы сами собой нежно поглаживали пластмассовый прямоугольник починённого им радио.