Светлана Лыжина – Проклятие Раду Красивого (страница 65)

Но настал платы срок,

Не всё птице вольничать.

Я попался в силок,

Бился в нём до ночи.

Мне сказали: "Дружок,

Ты клевал на поле зерно.

Песней отработай долг.

Воровать грешно".

Стала песня моя бескрылой,

Но хозяйские детишки,

Однажды взяли и забыли

Закрыть в клетке задвижку.

Снова я в чужом поле,

Чтоб овёс обирать,

После долгой неволи

Ещё пущая благодать.

Хозяин на поле вышел,

Крикнул, что я нахал.

Пенье в ответ услышал.

Словить меня — не поймал.

Но опять настал срок,

Не всё птице вольничать...

Палачи часто сменялись, потому что им приходилось взмахивать своими тяжёлыми саблями раз в минуту. Головы катились одна за другой. Их складывали в одну большую кучу. Почти тысяча голов! Представьте себе, как велика была эта куча. Я никогда такой не видел, а она всё росла.

И вот никого не осталось. Только Войко. Я начал тревожиться, что султан передумает или просто забудет о своём обещании, однако я находился слишком далеко от султана и не мог осторожно напомнить о себе.

Мне стало действительно страшно, когда Войку подвели к тому месту, где вся трава была залита кровью казнённых. Моего друга уже готовились поставить на колени, но тут султан поднял руку:

— Стойте.

Войко прямо смотрел на Мехмеда, и мне показалось, что мой друг в эту самую минуту хотел только одного — убить султана.