Светлана Лыжина – Драконий пир (страница 82)
В ноябре 1448 года всеми делами заправлял некий военачальник Яноша Хуньяди, известный как Чубэр. В первом варианте Путнянской летописи этот человек даже назван "воевода", но это слово применялось не только к князьям, поскольку оно буквально означает "военачальник". Во втором варианте летописи написано: "И господствовал Чубэр два месяца".
Проще говоря, ситуация в Молдавии того времени сложилась примерно такая же, как в Румынии. Когда Дракула явился в Румынию, вместе с ним пришло турецкое войско, и это войско поддерживало власть Дракулы, хоть и не подчинялось ему.
Что касается Петру, то его власть в Молдавии, пока он был ещё жив, поддерживалась войсками венгров, которые тоже ему не подчинялись. Они подчинялись Яношу Хуньяди, и после смерти Петру им следовало остаться на месте, если приказа уходить не было.
Правда, историк Н. Йорга считал, что Чубэр не являлся венгерским военачальником. Такое предположение делалось на том основании, что венгра-управителя не приняла бы местная знать. А ведь на самом деле заправлять в Молдавии венгр очень даже мог!
Например, известна грамота Яноша Хуньяди от 20 сентября 1444 года, закрепляющая привилегии и имения за тремя православными монастырями. В грамоте упоминаются селения на румынской, молдавской и сербской территориях, то есть Янош действовал через голову тогдашних князей (в том числе отца Дракулы). И никто против такого самоуправства Яноша не возражал. Попробовали бы возразить!
В общем, если бы Дракула отправился в Молдавию в 1448 году, это закончилось бы плохо, поскольку он тут же оказался бы схвачен, однако варианты, куда податься, у Дракулы имелись. Можно было ехать не только в Молдавию, но также в Турцию или в Сербию, которые тоже граничили с Румынией.
В Турции делать было особо нечего. Дракула не мог второй раз попросить у султана войско, потому что султан совершенно справедливо воскликнул бы: "Ты что, смеёшься надо мной!? Я не могу давать тебе войско каждый месяц. Да и каждый год не могу. У меня есть свои враги, с которыми я должен воевать. А если ты оказался неспособен удержать власть, которая была у тебя в руках, это твоя ошибка, вот и исправляй её".
Таким образом, поездка в Сербию стала бы для Дракулы оптимальным решением, хотя он никого там не знал. Дракуле было не обязательно искать убежище у знакомых, потому что, покидая Тырговиште в конце ноября 1448 года, он выгреб деньги из казны и таким образом обрёл финансовую независимость.
Много денег в казне найтись не могло, ведь за месяц до этого Владислав, спасавшийся бегством в Трансильванию, уже опустошил сундуки, однако в течение ноября там должна была скопиться некая сумма от налоговых поступлений.
1 сентября в средневековой Румынии начинался ежегодный сбор податей, а завершить эту процедуру удавалось ближе к зиме, так что Дракуле всё-таки достались кой-какие налоговые деньги, и именно их он использовал, чтобы обеспечить себе прожиточный минимум на время скитаний, продлившихся в общей сложности 8 лет.
Возможно, наш герой поехал-таки в Турцию, чтобы попробовать добиться от султана хоть чего-нибудь, а возможно, всё-таки поселился в Молдавии, но инкогнито. Наверняка можно сказать только одно — после марта 1449 года, когда на молдавский трон сел государь по имени Александру (поддерживаемый не Яношем, а польским королём), Дракула официально объявился при молдавском дворе.
Александру, который, кстати, был двоюродным братом Дракулы, правил вплоть до 12 октября 1449 года, в ожесточённой борьбе уступив трон Богдану, и это заставило Дракулу забеспокоиться. Богдан в отличие от Александру был Дракуле почти не родственник — седьмая вода на киселе — а при новой власти нашему герою надо было как-то устраиваться.
Уезжать из Молдавии не хотелось. Там был почти тот же язык, что в Румынии, и та же вера, поэтому Дракула не сильно скучал по родине. Вряд ли он ощущал бы себя лучше даже в Трансильвании, где провёл раннее детство, но чтобы остаться в Молдавии, надо было наладить отношения с Богданом.
Дракуле повезло. Он подружиться с сыном Богдана — Штефаном, будущим князем Штефаном Великим — однако дружба с наследником молдавского престола не сделала жизнь Дракулы безоблачной, потому что Янош Хуньяди не желал выпускать Молдавию из сферы своего влияния.
11 февраля 1450 года была издана грамота, где Богдан говорил о намерении стать Яношу "сыном", а Яноша считать "родителем". Молдавский князь также обещал оказывать венгру военную помощь, быть "другом его друзей и врагом его врагов", а молдавскую землю считать "единой" со всеми венгерскими землями. Тем не менее, в этом документе чётко говорилось, что Янош тоже должен оказывать молдавскому князю военную помощь ("оборонять от неприятелей") и дать ему укрыться в Венгрии со всеми боярами, если Богдан вдруг лишится престола.
5 июля 1450 года Богдан подтвердил договорённость новой грамотой, где назвал Яноша своим "родителем и господином", а себя — его "сыном и слугой" и обещал верно служить венгерской короне. На счёт взаимной военной помощи, а также политического убежища говорилось тоже, причём подробнее, чем раньше.
Дракула, узнав об этом договоре (особенно по поводу общих врагов), наверное, спросил у Богдана: "Так что же? Мне теперь уезжать?" — на что молдавский государь милостиво махнул рукой: "Живи пока".
Дракулу выручало то, что договоры Богдана с Яношем существовали только на бумаге, а на деле никакой поддержки от венгра не поступало. Например, в августе 1450 года (через месяц после заключения второго договора) в Молдавию пришли поляки, а Хуньяди даже не подумал помогать своему "сыну". Из-за этого Богдан, сумев разделаться с поляками в одиночку, тоже не чувствовал себя обязанным и не отсылал Дракулу прочь.
Так продолжалось вплоть до середины октября 1451 года, когда Богдан был убит в результате боярского заговора, причём молдавского государя обезглавили точно так же, как в своё время отца Дракулы.
Такое сходство смертей, конечно же, произвело на Дракулу очень тяжёлое впечатление, и только из-за этого он согласился уехать вместе с сыном Богдана, Штефаном, в Венгрию.
Штефан, справедливо опасаясь тоже оказаться убитым заговорщиками, решил воспользоваться соглашением своего отца с Яношем и получить убежище на венгерской территории, однако туда надо было ещё добраться, что представляло для Штефана большую трудность, поскольку он был неопытен в житейском плане.
Вплоть до октября 1451 года Штефана жил под опекой родителей (князя Богдана и княгини Олти) и в этом был очень не похож на Дракулу, который в 11 лет лишился матери, в 17 лет лишился отца, а последние 3 года (начиная с 1448-го) жил абсолютно самостоятельно и полностью за себя отвечал.
Понятно, что Штефан из-за своей неопытности мог очень глупо попасться в руки новому молдавскому князю Петру Арону. Только поэтому Дракула и согласился проводить друга в Венгрию к Яношу, а путь лежал через брашовские земли — те самые земли, куда наш герой 3 года назад категорически отказывался ехать.
Конечно, помогая другу, Дракула подвергал себя опасности, но в то же время прекрасно понимал, что сейчас испытывает Штефан, поэтому сочувствовал ему и не мог бросить на произвол судьбы.
Наверное, Штефан предлагал выступить посредником в примирении Дракулы с Яношем, но Дракула лишь усмехался наивности своего молдавского друга. Конечно же, из посредничества ничего не получилось, ведь задолго до того, как Штефан смог увидеть венгра, брашовяне уже прознали, кто заехал на их территорию.
Радостно потирая руки, брашовяне кинулись писать письмо Яношу — дескать, на нас свалилась неожиданная удача, потому что Дракула, которого мы пытались заманить к себе 2,5 года назад, неожиданно объявился в наших землях, и теперь мы ждём указаний, что с ним теперь делать.
К тому времени Янош Хуньяди снова перестал видеть в Дракуле серьёзную политическую силу, поэтому ответил почти безразлично: "Предпочтительнее, чтобы вы его захватили в плен и из тех самых земель (Брашова) удалили", — а в том случае, если Дракула вздумал бы вернуться в Молдавию, Янош собирался изгнать его и оттуда.
Изгнать своего врага из Молдавии Янош рассчитывал посредством договорённости с новым молдавским князем, которого (напомню) звали Петру Арон, но договора не получилось. В том же месяце, когда было отправлено письмо Яноша брашовянам (в феврале 1452-го), Петру Арон был смещён двоюродным братом Дракулы — всё тем же князем Александру, который пользовался поддержкой поляков и избегал союза с Венгрией.
Возможно, если б Петру Арон всё-таки остался у власти, он тоже позволил бы Дракуле жить в Молдавии. Во-первых, этот князь в своей политике тоже предпочитал поляков венграм, а во-вторых, он (как и другой князь Петру, правивший Молдавией в 1448 году) приходился Дракуле дядей по матери.
Единственное, что помешало бы Дракуле поселиться в Молдавии под властью Петру Арона, это необходимость пересиливать себя и поклониться человеку, из-за которого совершилась казнь Богдана, так похожая на казнь отца Дракулы.
К счастью, пересиливать себя не пришлось, и Дракула спокойно вернулся в Молдавию, хотя Янош не оставлял попыток выгнать его оттуда — в феврале 1453 года венгр заключил с Александру такое же соглашение, как в своё время с Богданом. Александру назвал Яноша своим "родителем" и обещал жениться на Янышевой внучке, но с исполнением договора опять возникли сложности. Уже летом 1453 года Александру начал искать себе "родителя, который получше" и отправил посольство к польскому королю в Краков. Осенью того же года ответное польское посольство прибыло в молдавскую столицу, Сучаву, а Дракула, пользуясь этой ситуацией, продолжал жить в Молдавии, несмотря на угрозы со стороны Яноша.