Светлана Людвиг – Дар королевы (СИ) (страница 3)

— Ты знаешь, у меня сегодня горе, я поругался с Анжелкой, и она категорически не хочет мне ставить хотя бы тройку.

— Какая… — Астрид осеклась, взглянув на меня, — нехорошая! Но я же знаю, что ты умный! Ты обязательно справишься!

Вижу я, какой он умный. Да я на месте Арии не просто поругалась, а пулемёт бы над этой комнатой повесила. Чтобы отстреливал парней на входе. Бедные соседки! Как они только живут в такой атмосфере? Я бы давно не выдержала.

— А меня Оля бросила! Она сказала, что я ничтожество.

— Ты найдёшь себе девушку намного лучше!

— Спасибо тебе! — фальшиво поблагодарил плачущийся парень и не преминул прижать к себе Астрид вместе с её большой и красивой грудью.

Фарс обескураживал, я думала вмешаться, но тут на сцене появились новые действующие лица — в комнату ввалились ещё двое.

— Привет, Астрид! Ты представляешь, я у Олега пятёрку получил! При этом сжульничал!

— Умница! — непонятно чему обрадовалась девушка, а вот меня прорвало.

— Фамилия! — рявкнула я, перекрикивая гомон.

— Чья? — не понял темноволосый парень с мелированием, хотя я смотрела на него в упор.

— Твоя!

— Резников, — ошалело ответил он, а в комнату ввалились ещё трое. Опять парни. Да сколько ж можно!

— Какого лешего в женскую спальню приходят одни пацаны, хоть штабелями укладывай?! — возмутилась я. — Пошли вон, а то заколдую! И докладные на всех напишу к утру!

Это я, конечно, преувеличила. Всю ночь писать на них бумажки скорее в стиле Анжелы. И к тому же толком предъявить нечего. Но, видимо, «мои» студенты быстро запугали остальных, и в комнате не осталось ни одного субъекта мужского пола. Моих ушей коснулась блаженная тишина.

— Извини за резкость, — ещё раз попросила я, но на этот раз уже не чувствовала и капли стыда. — У тебя тут жалобный стол?

— Ой, они меня совсем достали! Один двоечник учиться не хочет, у другого с девушками вечная проблема.

— Почему ты их терпишь?

— А вдруг они что-нибудь с собой сделают!

Я сдержалась — я не закатила глаза. Интересно, я так же смотрюсь, когда любезничаю с Мирославом, а на самом деле хочу его послать Мирослава намного дальше, чем можно дойти пешком? Надеюсь, что нет.

— Давай на ключ закроемся? — предложила я, уловив подозрительное шуршание в коридоре.

— Конечно! — подскочила Астрид и мигом сбегала до двери и обратно.

Плюхнувшись на спружинившую пару раз кровать, девушка закрыла глаза и без предупреждения начала меняться. Укоротились и потемнели до каштанового цвета волосы. Опустились скулы, сузился и приподнялся подбородок. Нос, чуть загнутый вниз, стал меньше и немного приподнял свой кончик. Глаза уменьшились и замерцали шоколадным блеском из-под угольно черных ресниц, заменивших белёсые. Скруглились брови, уже и тоньше стали губы.

Передо мной сидела действительно другая девушка, неброская, но приятная. Никогда бы не подумала, что душа Астрид так выглядит. Или наоборот?

— Какое лицо у тебя настоящее? — проверяя неожиданную догадку, спросила я.

— Это, — нехотя призналась двуликая. — Только вы тоже никому не говорите? Будут у нас с вами маленькие дружеские секреты. Я второе лицо получила ещё до академии — брат учил, а потом два месяца профессору голову морочила.

У меня внутри будто всё оборвалась. Надежда, что я справлюсь с проблемой быстро, таяла буквально на глазах.

— А в действительности сколько времени ушло на обучение? — спросила я безжизненно.

— Полгода, — неожиданно вновь обнадёжила Астрид. — Брат хорошо объясняет. Если хотите, могу устроить вам встречу.

— Нет, спасибо, — вежливо отказалась я, не желая посвящать в свои планы ещё одного постороннего человека. — Как-нибудь попробую сама.

— А какое лицо вы хотите? Вам ведь тоже нужно конкретное?

— Пока лишь примерно представляю, — отвертелась я, запаниковав.

Удивительно, но двуликая была сообразительнее, чем казалось на первый взгляд. Это я её недооценила, или дело в образе? И если второе, какой смысл становиться недалёкой милашкой?

— Начните с точного описания личины, которую хотите создать, — посоветовала Астрид. — С точного и детального. Вы должны знать про ваше второе я всё — как она должна себя вести, как улыбаться, как реагировать на слова. Не повторяйте себя — создайте другого человека, придумайте отличия. Постепенно можете тренировать перед зеркалом чужую мимику. Разговаривать с собой или с воображаемым собеседником. Да и в жизни можно начать вести себя, как та выдуманная женщина.

— Спасибо, — поблагодарила я, задумываясь над советом.

— Если появятся вопрос или потребуется помощь — забегайте, — предложила Астрид и сменила образ.

Распрощавшись, я вышла в коридор. Не оглядывалась, но шестым чувством ощущала, что все выставленные страдальцы снова забираются на территорию бедной девушки. Странно, что она их не посылает — даже, судя по щебету, встречает на пороге. Ещё страннее, что они всей толпой друг друга терпят.

— Зачем ты общалась с этой стервой? — услышала я знакомый голос за спиной.

— Это кто здесь стерва?! — обернулась я, не дав Астрид ответить. Если она ляпнет что-то одобрительное этому типу, я придушу обоих. А за талантливую студентку Олег мне точно голову открутит. — Значит так, Резников! Завтра на пересдачу к профессору Волкову. Я сейчас лично предупрежу его о том, что ты мухлевал. А если попытаешься ещё что-то вякнуть, то ты вообще из академии полетишь. Ясно?

— Да кто ты такая?!

— Профессор соседнего факультета, — чётко выговорила я и отправилась ябедничать Олегу.

Всё-таки я стала злая, злопамятная и злотворящая. Какой кошмар! Вот во что они только превратили тихую и послушную меня?

— Княгиня!

Я подскочила как ошпаренная, заглядывая в глаза возвышающемуся надо мной Мирославу, который грозно спросил:

— Где документы по мероприятию?

— Завтра же принесу, — торопливо заверила я. — Там мелкие недоработочки остались. Но завтра же всё будет лежать у вас на столе!

— Хорошо, — степенно кивнул ректор и направился дальше по своим делам.

Я тяжело выдохнула, вытирая со лба почти проступивший холодный пот. Всё-таки есть вещи, которые не меняются. Я в этом плане просто безнадёжна. Как бы я ни хорохорилась, нападая на студентов, а так и осталась трусихой. До Анжелы и тем более Арии мне как до луны пешком.

III

Дни летели по своему обыкновению, развиваясь по привычному сценарию и сворачиваясь в замкнутый круг, чтобы начаться снова. Я старалась жить как обычно, забывая о проблемах, которые создавала себе сама. Только вот они, несмотря на весёлую суету вокруг, никак не хотели позволить исчезать.

— Если пришёл конец света, скажите, что я сплю, — сонно бурчала я с утра, заводя привычную волынку.

— Пришёл только я. Профессор, ты опять проспала.

— Отвянь, Богдан! Я ещё успеваю одеться, добежать до столовой и поесть там. Лучше студентов предупреди, что я задержусь по уважительной причине.

— Все никак понять не могу, чем это ты ночами занимаешься? — ворчал Богдан, неотступно следуя за мной.

— Бюрократией!

— Какой у нас ректор…

— Доброе утро!

— Доброе утро, барон! А мы как раз о вас говорили!

— И о чем же именно?

— О том, что вы у нас такой замечательный ректор! Только на вас вся академия и держится.

Он довольно улыбался, и эта улыбка резала мне глаза моим враньём. Он знал, что я преувеличиваю. Но даже не догадывался, что после той исповеди из тетради в клетку мне хотелось выцарапать ему глаза не меньше, чем Деяниру. Только мы на одной стороне, и Мирослав кажется намного страшнее.

***

— Ты же целый? — удивлённо спрашиваю я у эвакуированного с боевого задания в Рейхарде Олега.

— Целый, — подтверждает он.

— Анжела! — возмущаюсь я, — он целый!