Светлана Людвиг – Дар королевы (СИ) (страница 19)

— Ну, предположим, правда, — сдался оборотень, — чтобы смотреть на тебя, надо иметь крепкие нервы даже тем, кто не знал королеву.

— Это ещё почему? — тут же заинтересовалась я.

— Ну, её портреты ведь везде развешаны, — начал собеседник увиливать, но я тут же прервала его:

— Не надо врать! Меня только сегодня не признали два бывших одноклассника и нынешних ученика. Знать они вашу Селену не знают.

— В общем, — засмущался Олег сильнее, — уж больно ты красивая! И подойти хочется и обжечься страшно. Такие девушки обычно становятся в жизни роковыми.

— Да? — обрадовалась я и закружилась на месте, лучась довольной улыбкой. — Надо же, на комплимент напросилась. Но ты, по-моему, преувеличиваешь. Вот Ария — она роковая. А я так, просто миленькая.

— Это раньше ты просто миленькой была, — пробурчал Олег, — а сейчас ты думаешь, далеко от Арии ушла? Уж поверь, она бы так вести себя с чужими дядями на улице не стала.

— Зануда, — коротко бросила я, — но за комплимент спасибо!

— Кто идёт?! — раздалось со стороны, в которую мы шли, грозное приветствие.

— Я иду! — радостно крикнула я, махая рукой. Вдалеке стоял Эрик. — А вы не ждали?

XI

В огромном зале я с трудом могла разглядеть человека у окна, если стояла возле двери. Чтобы осветить всё это великолепие на стенах развесили гирлянды, горящие не хуже фонарей разными оттенками жёлтого. Все окна плотно зашторили, а пол застелили тяжёлым бордовым ковром с крупным ворсом. Поэтому зайдя внутрь, я уже оказалась под впечатлением, до конца пропитываясь любовью к этому цветному миру.

Бал проходил как фуршет, а не как бесконечное кружение по паркету. Мы просто разговаривали, обсуждая события в мире и за его пределами. Я по большей части молчала, так как Лайори знала плохо, но зато получала просто тоннами незаменимую политическую информацию.

Например, закрылись они после того, как Деяниру хватило наглости попытаться явиться в этот мир на правах правителя середины миров. Я не знаю, где он откопал переводчика, но его и слушать не стали, выпроводив вон. Карл очень гордился тем, что лично прострелил ему ногу, хотя сам в то время был ещё ребенком. Кстати, Карл, когда прекратил вредничать, стал весьма любезным кавалером.

Только Олегу не нравилось, он опять ворчал:

— Что за праздник? Никто не танцует, да и, если захочешь, на ковре неудобно. И ты постоянно от меня бегаешь к каким-то подозрительным типам. Вчера тоже куда-то делась посреди праздника. Я с тобой вообще потанцую когда-нибудь или нет?

— Вряд ли, — мрачно усмехнулась я. — Меня вчера попробовали научить, но мне не понравилось. Больше не хочу.

Эрик и Карл принесли нам по бокалу вина, предупредив, что сейчас дед поздравит всех. Мы перекинулись парой фраз, и я совершенно забыла о своём «охраннике».

— Эгоистка ты, — раздалось из-за спины.

Я молниеносно обернулась назад. Оборотень стоял абсолютно спокойно, улыбаясь всем вокруг и попутно мне. Так, по-моему, у меня начались новогодние галлюцинации.

— Это ты только что сказал?

— Да я, — подтвердил Олег, — моя принцесса хамка и нахалка, которая не думает о том, что я тут один и не знаю чужого языка.

— А почему вид довольный? — неуверенно начала я играть в его игру, тоже выдавливая из себя улыбку. — Ты издеваешься надо мной?

— Нет, я серьёзно. Просто не могу же я на тебя ворчать. Это невежливо — ты ведь принцесса. Но для меня ты навсегда останешься взбалмошной девчонкой, преподающей в академии. Поэтому я тебе всё выскажу. И никто ничего плохого не подумает.

— Да ты сам нахал, как я посмотрю, — усмехнулась я уже искренне. — А ещё жуткий зануда. Хочешь, я больше от тебя ни на шаг не отойду? И буду работать твоим переводчиком?

— А чего я, по-твоему, добиваюсь?

— Вымогатель!

— О чём вы так мило щебечите? — спросил Эрик, влезая в наш разговор.

— Поздравляем друг друга с наступающим. И вас барон Волков тоже поздравляет, желая всех благ! — весело «перевела» я, не забывая смотреть на часы. Осталось три минуты.

— Огромное спасибо! — поклонился Карл. — Переведите, пожалуйста, барону, что мы желаем ему успехов в работе и продвижения по карьерной лестнице. У него для этого есть все шансы.

— И ещё любви, — патетично изрёк Эрик, почему-то подмигивая мне. — Ведь зачем без любви карьера и работа?

Счастливая, я повернулась к Олегу:

— Они пожелали тебе всего хорошего. Потом напомни, я расскажу, что именно.

— Ты что им на меня нажаловалась? — взволнованным голосом спросил мой провожатый. Конечно, это передо мной можно выпендриваться, сколько угодно.

— Нет, сказала, что ты поздравляешь их с Новым годом! — засмеялась я, видя его удивление.

Внезапно зал замолчал, зааплодировал, и к уже зажжённой елке вышел мэтр Герберт:

— А теперь, друзья мои, время встретить Новый Год! Этот год был не самым простым, но самым радостным за последние шестнадцать лет! Пусть же следующий порадует нас ещё больше! За процветание Лайори, друзья мои!

Король как подгадал — в этот момент куранты громко забили полночь. Со всех сторон начали звенеть бокалы, мы тоже присоединились, громко закричав:

— Ура-а! С наступившим! — поддержала я.

— За мир в наших мирах! — пожелал всем Карл, прежде чем пригубил напиток.

— Главное за любовь! — поправил Эрик.

— Не знаю, за что они пьют, поэтому я пью за свою принцессу.

— Я же у тебя плохая, — поддела я, — или ты пьешь не за меня?

— Я не сказал, что ты плохая. Даже если ты обо мне не думаешь, всё равно останешься хорошей. И вообще, — фыркнул Олег, — принцесса не может быть плохой, а то меня Мирослав удавит.

— Подхалим, — доложила я.

Как и обещала, я весь вечер не отходила от оборотня и переводила ему всё. Он даже повеселел и перестал ворчать, шутил в разговорах. К нам незаметно присоединились мэтр Герберт и его сын с супругой принцессой Эмилией. Она показалась мне странной, постоянно молчала и посматривала на меня подозрительно. В итоге не выдержала и попросила:

— Миранда, мы можем поговорить с вами наедине?

Неуверенно я обернулась к Олегу, перевела. Вот сейчас же опять разворчится. Он ничего не сказал, даже постарался не кривиться, но получилось плохо.

— Миранда, ты не могла бы перевести своему спутнику, что я хочу показать ему мою мастерскую? — попросил мэтр Герберт, видя наши сомнения.

Я снова перевела, оборотень всё же дал добро:

— Ладно, иди уже. Потом расскажешь.

— Знаешь, я сегодня никак не могу понять, кто из нас к кому приставлен, — покачала я головой и ответила королю: — Он благодарен за ваше приглашение. Мы можем идти?

Король кивнул, а я двинулась следом за принцессой. Мы вышли из зала, поднялись на второй этаж. Весь замок освещало тусклое сияние настенных «ламп», а люди встречались редко.

Ночное небо, усыпанное цветными маленькими звездочками и яркой белой луной, я увидела ещё до того, как мы вышли на просторный балкон.

— Я не знаю, что вы знаете, а что нет, — начала, запинаясь Эмилия, путалась, говорила бессвязно: — Вы так похожи на вашу мать. Мы с ней были хорошими подругами до её смерти. Слышала, что вы на стороне Мирослава… Хочу вас предупредить: это он стоял за всем, это он всё начал. Селена никогда не верила, но Тереза рассказывала…

— Я знаю обо всём, — прервала я, задумчиво глядя в сторону.

— Тогда почему вы с ним?

— Я не вытяну одна, — пожала я плечами. — Мирослав хороший организатор, он разбирается в ситуации куда лучше меня.

— Осторожнее с ним… пожалуйста… Он — властолюбивый убийца.

Я вздохнула. Не знаю, как она сейчас воспримет мои слова, и вообще не понимаю, зачем я это говорю…

— Не знаю, что говорила вам Тереза, насколько близко вы знали Мирослава. Я не хочу его обелить, просто недавно я разговаривала с ним… Он действительно сожалеет о произошедшем. Может, я слишком глупая, но не верю, что он повторит свои ошибки. Он сейчас не жаждет власти, он пытается искупить свои грехи и… ему на самом деле больно. Может, даже больнее, чем нам. Его руки в крови любимой.

— Селена тоже ему верила, — неодобрительно покачала головой Эмилия.

— Если вас успокоит, я ему не доверяю. Но сейчас главное убить Деянира. Думаю, для нас обоих, а потом посмотрим.

— Деянир…

Эмилия облокотилась на высокий балконный парапет, вгляделась куда-то вдаль, где горел огнями и шумел торжествующий город. Затем, после паузы, продолжила: