Светлана Леви – Когда растает прошлогодний снег (страница 2)

– Извините, что побеспокоил вас. Кстати, как ваше имя?

– Алла.

– Так вот, Алла, я пришел не просто так.

И тут она заметила, что в руках у Петра были тяжелые сумки.

– Вот тут плошки-миски и лежанка Тараса, еще еда по списку, его оставили на холодильнике, паспорт животного и переноска. Вроде ничего не забыл. А тут, – он поставил к ее ногам второй пакет, – тут ужин: курица, креветки, сыр и овощи.

После этой фразы Алла, по-видимому, одарила гостя таким взглядом, что даже серый волк бы передумал ее есть, если бы она была бабушкой или Красной Шапочкой.

– Вы предлагаете мне приготовить ужин?

– Точнее, нам. Нам ужин.

Заметив, что девушка удивилась еще больше и вот-вот выставит его за дверь, Петр выдал контраргумент:

– У меня плита не работает, да и я еще тот повар.

После этих слов он быстренько протиснулся с пакетами на кухню, сам разобрал продукты и помог помыть фрукты, пока Алла мариновала курицу.

– Вы не против, если я закончу работу, пока мы ждем ужин?

– Давайте уже перейдем на «ты», а то я чувствую себя старым профессором или еще хуже – соблазнителем малолетних девиц.

Она утвердительно кивнула.

– Ну вот и замечательно! Тогда я сварю нам ароматный кофе. Меня научили этому в Турции.

Алла оторвалась от компьютера и внимательно посмотрела на Петра, но спрашивать ничего не стала, лишь пожала плечами:

– Зерна в верхнем шкафчике над плитой.

И снова ушла в работу. Вскоре на кухне запахло чесноком, мясом и свежесваренным напитком.

– Кстати, а вот здесь у тебя ошибка в расчетах. Смотри!

Алла вздрогнула. Она так погрузилась в работу, что не заметила, как сосед встал сзади нее с чашкой в руках, изучая, что она пишет.

– Ты неправильно высчитала коэффициент корреляции, —Петр взял ручку, присел рядом и быстро накидал формулы. – Я тоже учился в универе, только в столице. Так что обращайся.

Он сидел так близко, что Алла почувствовала тонкий, едва уловимый запах его парфюма и незнакомое ей влечение. Девушка побледнела и резко вскочила. Именно в этот момент сработал таймер духовки. «Надеюсь, он ничего не заметил», – пронеслось у Аллы в голове.

Тарас вальяжно ввалился в кухню и сунул морду в пакет с кошачьей едой. Пришлось доставать миски, корм. Ужин прошел почти в тишине, лишь прозвучала пара фраз о том, что «все вкусно и благодарю», «мне не сложно, рада, что понравилось». Петр распрощался, погладил кота, который опять чуть не укусил его за руку, пожелал спокойной ночи и ушел к себе.

Алла закрыла за ним дверь и еще долго стояла перед зеркалом в прихожей, вспоминая детали этого дня. Да, он был старше, но ненамного. Красив? Определенно. Непохоже, что женат. Приехал же один, и кольца нет. Хотя кто это кольцо сейчас носит? Одет хорошо, рубашка дорогая – значит, работает. Тоже не факт, может, альфонс или сын богатых родителей. Но это все было для нее неважно – отговорки, которые скрывали самую суть. Алла боялась признаться сама себе, что новый сосед ей очень понравился! «Правильнее сказать: ты в него влюбилась!» – кричало ей в ответ отражение в зеркале. Девушка вздохнула, поправила волосы и вернулась на кухню, которая вдруг без него показалась пустой. Загрузила посудомойку, взяла Тараса на руки и отправилась в спальню. Выходной закончился.

Следующая неделя пролетела незаметно. В первой половине дня Алла сдавала сессию, а по вечерам подрабатывала и домой возвращалась уставшая. Конечно, она вспоминала соседа и даже хотела его хотя бы мельком увидеть, но, видно, была не судьба. А может, он в командировке? Или приехал проверить квартиру, а потом вернулся в столицу? Ведь она ничего про него не знала. От грустных мыслей щемило сердце и портилось настроение. Тарас словно чувствовал это и не отходил от девушки ни на шаг, всегда был рядом, даже отвоевал половину кровати и мурчал по ночам, охраняя ее сон.

Наступил очередной выходной, и Алла, не изменяя себе, вышла на пробежку. Каково было ее удивление, когда у подъезда притормозила машина! Дежавю – да и только. Правда таксистом был не ее одноклассник, зато пассажир был явно ей знаком. Это был Петр собственной персоной. Когда он увидел Аллу, то несказанно обрадовался и подскочил к ней, забыв о чемодане, который так и остался стоять на том месте, где его выгрузил таксист.

– Как же я рад тебя видеть! Как Тарас? Надеюсь, он был хорошим котиком? – и Петр широко улыбнулся. – Возвращайся побыстрее, я привез та-а-а-а-кие вкусняшки, что пропустить завтрак ты просто не сможешь!

– Я полагаю, что ваш завтрак сегодня состоится без моего присутствия. У меня запланирована встреча.

Конечно, она слукавила. Ну какая встреча в шесть – пусть даже в семь утра – в субботний день? Девушки по определению на встречи и свидания ходят по вечерам, а никак не утром на завтрак. Ну, только если вечернее свидание не затянулось и не переросло в ночное. А там и утро наступило: «Нам было так хорошо, что не хочется и расставаться». Или как вариант: «Всегда мечтала проснуться утром в твоих объятиях». Поток ее мыслей прервал его голос:

– А мы что, опять на «вы»? Алла, ну не будь такой букой! —

Петр взял девушку за руку. – Я по тебе скучал, честно!

Алла вложила во взгляд все равнодушие, на какое была сейчас способна, но это не помогло. Петр улыбнулся в ответ, видя, как девушка старательно его игнорирует:

– Даже если бы я захотел позвонить или написать смс, то не смог бы. Ты же не дала мне номер телефона.

Последний аргумент был очень убедительным, но Алла не сдавалась, хоть и душа пела, и бабочки порхали. Девушка нажала кнопку программы на фитнес-браслете, посмотрела на Петра – словно рублем одарила, развернулась и направилась в сторону парка.

– Я жду тебя на завтрак! Не опаздывай! – донеслось вслед.

Глава 2

Петр Самсонов очень любил своих родителей. Жили они обеспеченно и единственному сыну ни в чем не отказывали. У него всегда было все самое лучшее – лучшая няня, лучшие игрушки и лучшая гимназия для детей из богатых семей. Петру казалось, что его семья идеальная, хотя отец практически не бывал дома. Намного позже, в одной из ссор, когда все аргументы закончились, Николай Петрович рассказал сыну, каким трудным путем ему пришлось идти, чтобы семья жила в достатке. Еще в девяностые он присмотрел заброшенное двухэтажное здание, которое мечтал выкупить и приспособить под автомастерскую. Конечно, проблем оказалось много, да и время было неспокойное, но Николай Петрович быстро нашел свою «крышу», и дела пошли в гору. А до этого все вышло, как в песне: «Служили два товарища, ага». Чечня многому научила, многих сделала настоящими мужчинами. Когда товарищи-сослуживцы попали в засаду и остались без командира и подкрепления, молодой сержант Николай Самсонов взял на себя командование небольшим отрядом бойцов. Он всех вывел из ущелья, но в последний момент зазвучала автоматная очередь, и его друг начал падать на землю. Медленно-медленно, как в страшном сне, – и тишина! Звенящая такая тишина! Он тащил его, перевязанного и истекающего кровью, не дав себе отдыха. Тот об этом помнил потом всю жизнь.

На «гражданке» каждый выбрал свой путь. Николай искал возможности для зарабатывания денег: пробовал «челночить», организовал пару ларьков по приему стеклотары. А его боевой товарищ подался в защитники закона – да попался на сбыте наркотиков. Может, подставили, а может, и жизнь заставила, но он отсидел положенное и вернулся в город другим человеком. Теперь это был Пашка-Козырь, которого все знали как авторитета, боялись и уважали. Как-то раз он ехал вечером на машине, увидел возвращавшегося домой старого боевого товарища, остановился и окликнул его. Пожав друг другу руки, друзья обнялись и отправились в ближайшее заведение, где водка и селедка, поговорить «за жизнь». Вот тогда-то все и сложилось. Николай поделился бизнес-планом, как сейчас стало модно говорить, по открытию автомастерских, которые хотел приспособить еще и под продажу автомобилей.

– Понимаешь, брат, сейчас за машину могут душу продать. Но только чтобы ты ее купил, к примеру, в Тольятти, пригнал сюда в целости и сохранности и передал с рук на руки заказчику. Если последний останется доволен сделкой, то, что бы ни случилось с этими «жигулями», он к тебе и пригонит их же на ремонт, – Николай убеждал собеседника, эмоционально маша руками. – И в этом деле ты мне можешь помочь!

– Прикрыть твою задницу, пока ты гонишь машину по трассе? Ну, знаешь ли, это не так просто. Договориться с братками, что продают, что пасут машину и покупателя на трассе, с ментами там, с ментами тут – и это только верхушка пирамиды.

– Я все просчитал, дело прибыльное, с каждого жигуленка ты получишь процент. Или просто назови свою цену. Бояться тебе нечего, не обману, ты меня знаешь. Да если и так, то ты ведь из-под земли достанешь, хоть живого, хоть мертвого.

– Я тебе жизнью обязан, поэтому помогу первый месяц. Ну, а потом, – и Пашка-Козырь назвал свою цену, – ты понимаешь, моим людям тоже платить надо.

На том и порешили. Машины перегоняли аккуратно, без лишних стычек, платили кому положено, убеждали тех, кто сильно препятствовал. Времена менялись, старая автомастерская выросла в автосалон, а это уже другие задачи – другие деньги. Николай умел договариваться с дилерами на обоюдно выгодных для обеих сторон условиях. Сам контролировал все процессы, вникал во все и вся своего бизнеса. По сути, именно он создал бизнес своими руками.