Светлана Лаврова – Дракон Потапов у динозавров (страница 11)

И с сомнением посмотрел на большое белое яйцо, которое насиживала Принцесса.

Дело в том, что драконы – пресмыкающиеся, и маленькие дракончики вылупляются из яиц. А Принцесса – человек и, естественно, млекопитающее. Поэтому когда Принцесса три недели назад снесла яйцо, весь Город Драконов пришёл в волнение. Драконы заключали пари, кто сидит в яйце – дракончик или человечек? Или вообще гибрид, младенец с драконьим хвостом, например. Потапову очень хотелось проковырять дырочку в скорлупе и поглядеть на своего сына – он уверял, что потом отодранную скорлупку приклеит на место, и никто ничего не заметит. Но Принцесса его отгоняла от яйца.

Принцесса уже устала насиживать яйцо, потому что оно было большое, твёрдое и неудобное, без подлокотников и спинки. К тому же Принцесса не знала, сколько ей ещё высиживать, потому что раньше яиц отродясь не откладывала и вообще была юная и неопытная. Кузя предложил изобрести инкубатор, но Принцесса хотела, чтобы всё было естественно. В общем, Принцесса от насиживания сделалась немного нервная, и ей совершенно некогда было готовить Потапову всякие обеды-ужины и ухаживать за ним. Так что она не возражала, чтобы муж на некоторое время куда-нибудь уехал, а она спокойно понасиживала бы ребёночка, не отвлекаясь на хозяйство.

– Может, мы положим яйцо в чемодан, и ты его в Греции будешь насиживать? – неуверенно предложил Потапов, который не любил расставаться с женой.

– Ага, здорово будет. Я тебе кто – Латона, на бегу яйцо насиживать? Вот мы карабкаемся в гору с экскурсией, и я на нём сижу, а ты его вверх катишь? Или ты выкапываешь Пифона, а я сижу на яйце и слежу за ходом земляных работ?

– Кстати, лопату надо взять, – вспомнил Потапов.

– Нет уж, езжай один, а я тут подожду, – отказалась Принцесса. – Вот с сиреночкой посижу, мы поболтаем о своём, о девичьем…

– А визу дадут? – засомневался Кузя. – Ты же дракон, а не человек.

– Дадут, – уверенно сказал Потапов. – У них в Греции сейчас плохое экономическое положение, кризис. Они всех туристов принимают, потому что для страны это выгодно. И вообще греки очень гостеприимные.

И помчался за визой и билетом. Кузя пошёл домой делать новую крышу, сирена под Потаповским зонтиком поплелась к Исети просить родственников переправить её на родину, Стасик отправился гулять под дождём в надежде простыть и не пойти на завтрашний диктант. Принцесса осталась одна, поудобнее устроилась на яйце, поглядела в окно и подумала: «Опять дождь…»

Глава 2. Скелет в чемодане и чуть-чуть радиации

– Зачем мне чемодан? – удивился Потапов. – Драконы не носят брюки и свитера, значит, одежду с собой тащить не нужно. Я беру в поездку лопату и книжку Куна «Легенды и мифы Древней Греции». Они поместятся в полиэтиленовый пакетик.

– Чемодан обязательно должен быть, – возразила Принцесса, откладывая в сторону страшный детектив про взрыв в самолёте. – Если у тебя нет чемодана в международном рейсе, то тебе неважно, долетишь ты или нет. То есть ты террорист и собираешься взорваться вместе с самолётом.

– Я?! – поразился Потапов. – Я не хочу взрываться, хоть с самолётом, хоть без него.

– Если ты полетишь без багажа, то тебя арестуют по подозрению в терроризме и посадят в тюрьму, – строго сказала Принцесса.

В тюрьму Потапов тоже не хотел. Поэтому он взял чемодан и положил на дно лопату и книжку, а оставшееся место Принцесса заполнила пирожками. Потому что никто в Греции не умел так печь пирожки с грибами, как жена Потапова.

«Какой тяжёлый чемодан, – удивлялся Потапов, шагая к дверям аэропорта. – Это от пирожков. Вон в газетах пишут, что грибы – это тяжёлая пища от плохой экологии, в них свинец и эти… соли тяжёлых металлов».

Когда работники аэропорта стали проверять Потапова и его багаж, то Потапов им понравился. Потому что у него ни карманов, ни обуви с толстой подошвой – ничего, куда можно засунуть кинжал или бомбу. А вот чемодан они не одобрили.

– Что у вас там? – спросил проверяльный дяденька.

– Лопата, книжка и пирожки, – честно перечислил Потапов.

– Не верю, – сказал проверяльный дяденька, глядя на экран. Чемодан ведь в аэропорту просвечивают, чтобы пассажиры не провезли что-нибудь нехорошее.

– У вас в чемодане скелет какой-то высветился, – сказал проверяльный дяденька. – Вы везёте скелет?

– Нет, – изумился Потапов. – В жизни никуда никогда скелеты не возил. А чей скелет?

– Вы меня спрашиваете? Это же ваш скелет, вам виднее, чей он, – сказал проверяльный дяденька.

– Это не мой скелет! – возмутился Потапов. – Мой скелет при мне… э-э-э… то есть во мне. Я, знаете, как-то не люблю со своим скелетом расставаться.

– Я думаю, вы кого-то убили и теперь везёте в чемодане, – предположил проверяльный дяденька.

– Чтобы не платить за его билет? – уточнил Потапов.

– Кого? – спросил сбитый с толку проверяльный дяденька.

– Покойного, – пояснил Потапов. – Наверное, дешевле везти скелет, чем целого пассажира… Сами виноваты, билеты вашей авиакомпании очень подорожали. Толкаете народ на преступление!

Проверяльный дяденька как-то не нашёлся с ответом.

– А давайте откроем чемодан, – предложил Потапов. – Мне тоже интересно, что я такое везу.

Чемодан открыли. В нём скорчился в обнимку с лопатой некто смутно знакомый. Потапов сразу понял, кто это и почему он залез в чемодан. И решил его не выдавать.

– Это моя запасная шкура, – сказал Потапов. – Видите, чешуя? В следующую пятницу я линяю, а без шкуры в чужой стране ходить неприлично. Что греки подумают о жителях России, если встретят голого русского дракона? Вот я и взял запасную.

– А почему в шкуре скелет? – спросил въедливый проверяльщик.

– Для прочности, – быстро сказал Потапов.

– А почему эта, с позволения сказать, «шкура» такая маленькая? Она вам не налезет.

– Э-э… за неделю она ещё подрастёт, – не растерялся Потапов. – И потом – в Греции жарко. Я взял мини-шкуру, короткую, выше колен. Чтобы не запариться.

Проверяльный дяденька видит: никак Потапова не собьёшь.

– Ладно, – говорит он. – Шкура так шкура. Последняя проверка: шкура, дай честное слово, что ты шкура.

– Честное слово, я шкура, – сказал Стасик. И ведь даже не соврал: он и был драконья шкура плюс остальные анатомические органы.

– Ага! – обрадовался проверяльный дяденька. – Говорящая запасная шкура, ха-ха! Меня не проведёшь! Ты – безбилетный маленький дракон!

Он вытряхнул Стасика из чемодана и укоризненно обратился к Потапову:

– Ну, это дитё несмышлёное, а вам, гражданин дракон, должно быть стыдно!

– И ничуть! – заступился за Потапова Стасик. – С чего это ему должно быть стыдно, если он не знал, что я к нему в чемодан залез. Так что отпустите Потапова, а то он в самолёт опоздает. А меня можете посадить в тюрьму.

– Обойдёшься, – сказал проверяльный дяденька. – Лучше я твоей классной руководительнице нажалуюсь.

– Ой-ой! – огорчился Стасик. – Может, всё-таки тюрьма, а? А то у нас диктант по русскому… я бы его в тюрьме пересидел.

Потапов забрал свой чемодан. В нём лежала одинокая лопата.

– А книжку и пирожки ты куда дел? – спросил он Стасика.

– Пирожки я съел, а книжку положил на подоконник у тебя дома,– сказал Стасик. – Я вместе с ними не помещался.

– Пирожки – на здоровье, а вот как я без книжки-то буду, – вздохнул Потапов. – Я же перепутаю все эти мифы греческие.

Тут объявили посадку на самолёт, и Потапов побежал вперёд, а грустный Стасик пошёл домой. Он очень хотел в Грецию и почему-то совершенно не хотел писать диктант. Он не знал, что своим довольно глупым поступком оказал Потапову большую услугу. И Потапов пока тоже этого не знал.

В самолёте стюардесса пыталась стрясти с Потапова ещё два билета: если три головы, то и билета должно быть три. Но умный Потапов без труда доказал, что билеты продают на места, то есть на самолётные сиденья. А сидят на этих сиденьях не головами, а совсем наоборот. А это самое «наоборот» у Потапова одно, то есть одна. Недоверчивая стюардесса развернула Потапова задом и пересчитала те места, которыми сидят и драконы, и люди. И вправду одно оказалось. Так что торжествующий Потапов устроился на указанном в билете месте.

Через три часа двадцать минут они прилетели в город Салоники. Там организовывалась туристическая группа – много людей, которые поедут в одном автобусе смотреть всякие памятники истории. Потапову-то требовалось в Дельфы, где Пифона закопали. Туда автобус как раз и отправлялся сначала.

Группа образовалась хорошая, душевная. Люди собрались из разных городов. Те, которые с Урала, Потапову не удивлялись: привыкли к драконам. А москвичи и всякие киевляне сначала глупые вопросы задавали: почему в чешуе да почему с хвостом.

– А как же без чешуи, – объяснял обстоятельный Потапов очередному москвичу. – Уважаемый Василий Никитич Татищев поставил наш город в самом коридорчике, по которому ветры свищут из Европы в Азию да из Азии в Европу. Которые уральцы в коже, те мёрзнут. А которые в чешуе – тех никакой ветер не продует. Эволюция и естественный отбор.

– Точно, – поддержал Потапова другой екатеринбуржец, студент Сидоров. – Я вот без чешуи, так всё время простываю.

И чихнул для убедительности.

– И дожди у нас часто, – закивала женщина из Первоуральска. – А чешуя не промокает.

– А почему три головы? – не отставал настырный москвич. – И хвост?