Светлана Лана – Путешественники по мирам (страница 6)

– Я имею в виду не только отношение мужчины и женщины, но и материнскую любовь, дружбу, вражескую ненависть.

– Даже не знаю чем тебе помочь, разве что в отношении мужчины и женщины. Ну, хочешь, будем врагами? Хотя у вас же есть изморы, выливай на них весь негатив. Или ваши уряне и к ним относятся с безразличием, хотя я думаю, тут скорее страх. Вы их боитесь! А говоришь никаких эмоций! Страх то же эмоция. – Иван вальяжно растянулся на стуле. А щёки Елисеи, и без того красные, запылали ещё раньше.

   Она предпочла не отвечать, осушила бокал до дна и закрыла глаза.

– Эй, красавица, ты чего, спишь что ли?

   Иван отставил свой стул и направился к девушке. Румянец спал, длинные ресницы тенью падали на бледное лицо. Она спала и была необычайно спокойной и умиротворенной, не напоминая колючего ежика, который чуть что выпускал свои иголки. Он поднял путешественницу на руки и понес наверх, и, уже возле двери, безвольные руки крепко обвили его шею, Елисея открыла глаза, в них было нечто такое, что мужчина тут же прижался своими губами к её губам. Она не оттолкнула и не ответила, просто снова закрыла глаза, теперь уже с улыбкой, которая так и осталась, когда Ваня укрыл девушку одеялом и собрался уходить.

   Сердце билось с сумасшедшей скоростью, в висках стучала барабанная дробь. Определенно всё было лучше, чем прозябать на земле жалкие остатки своей никчемной жизни.

Глава 5

Елисея

  Жизнь перевернулась с ног на голову, все происходящее выходило из-под контроля, и Елисея не понимала саму себя, часто просто прислушиваясь к своим ощущениям. Сейчас она лежала на кровати и держала пальцы у губ, вспоминая вкус вчерашнего поцелуя, нежность и жар в теле. Ведь можно отдаться этому вихрю ощущений, не внимая голосу разума. Прав Иван, все разговоры о бесчувственности её народа ерунда, просто они черствые и бездушные, не желающие проявлять слабость. Ведь чувства – это слабость. Даже если путешественник погибает от руки измора, никто его не оплакивает, и не мстит. Страх, и только страх присущ, потому что все боятся за свои драгоценные шкурки, каждый за себя и только за себя. А она вот так не хочет жить, так как все, нет, просто не желает!

   Хотя, конечно, она сегодня притворится, что ничего не помнит, но сердце сжималось, при одном лиши воспоминании.

   Елисея наконец, встала, спустилась вниз, и тут же столкнулась с предметом своих дум.

– Ну, наконец, проснулась! И как голова не болит? – Ванька широко улыбнулся, от чего на чисто выбритых щеках появились ямочки. – Я вот за тобой шел, и завтрак заказал, тут такой чай подают, вмиг приободришься!

   Видимо он тоже решил сделать вид, что ничего не произошло. Ну и хорошо, так проще будет общаться.

– Куда теперь? – Да, аппетиту мужчины грех не позавидовать, девушка же вяло жевала, с трудом проглатывая пищу. И вид его был помятый, и жесты небрежными.

– Нам нужно забрать мой заказ у Яковта и зайти в оружейную лавку.

– Перочинный ножик прикупить? – Иван хохотнул.

– Не пойму что смешного? – обиделась Еля.– Мне действительно нужно что-нибудь для защиты, так как магически я в этом деле профан.

– Может найти учителя и наконец, познать все премудрости колдовства? – Спросил Ваня уже серьезно.

– Возможно, когда-нибудь так оно и будет. По крайней мере, продолжительность моей жизни позволяет не торопиться.

Иван

– Кстати, очень интересно,– поинтересовался мужчина, когда они уже собрали вещи и вышли из гостиницы. – Сколько же тебе лет? Да и вообще, сколько вы живете? – На его плече повис увесистый рюкзак.

– Мне 51 земной год. Продолжительность жизни около семисот лет. Но это конечно благодаря источнику молодости на Уре. Можно сказать, это наш секрет, который узнали изморы.

– Удобненько. Выглядишь годика на 23,а сама уже старушка. – Елисея нахмурилась, давая понять, что не оценила очередную шутку.

   За разговорами они дошли до лавки Яковта, где девушка забрала небольшой сверток. Старичок долго шептал напутствия ей на ухо, хотя может просто давал инструкции, потом крепко обнял:

– Удачи дочка, пусть с тобой всегда будет солнце, тьма отступит, а воин хранит. Аратарке передай от меня приветствие и в следующий свой визит удели старику больше времени. Ты же знаешь, что пора приступать к практическим занятиям.

– Конечно Яковт, сейчас просто я ну никак не могу.

   Иван так же вежливо попрощался и торопливо отправился следом за путешественницей, которая уже успела нанять проводника к оружейным лавкам. В первой же девушка устремилась к огнестрельному оружию, выбирая, что компактнее, удобнее и красивее. Женщина, одним словом. Мужчина повернул к холодному оружию. Выбор поражал и восхищал, действительно можно было найти все, что душе угодно. Как магнитом его к себе потянул один из кинжалов. На вид ничего особенного: острое изогнутое лезвие, в котором отражался солнечный свет, удобная рукоятка без каких-либо украшений, с выгравированными знаками на незнакомом языке. Рука сама собой потянулась к нему…

– Не трогай! – Закричала Елисея, но было поздно.

– Воин… – Еле слышно прошептал хозяин лавки.

   Рукоятка удобно легла в ладони, по руке разлилось тепло. Ваня поднял вверх оружие, и оно тут же началось меняться, лезвие расти и удлиняться, издавая слабое свечение, в итоге превратившись в великолепную саблю. Мужчина побросал её из руки в руку, чувствуя, что эта вещь продолжение его тела, и он уже никогда не сможет с ней расстаться.

– Сколько? – Хриплым голосом спросил Иван

– Эта вещь не продается…

– Сколько? – Повторил он вопрос, даже не представляя, где возьмет деньги и поможет ли ему Елисея. Внутри пульсировало лишь желание обладать.

– Эта сабля не продается, она сама выбирает хозяина, истинного воина, который сможет удержать её в руках, остальные же сгорают на месте.– Наконец заговорила девушка. – Честно, я удивлена, не ожидала такого. Выходит Яковт был прав.

– Уж думал, никогда не избавлюсь от нее, второй век пошел, – вставил, наконец, радостно хозяин. – Она ко мне случайно попала, так и лежит, да только благодаря заклинанию, и не пылится. Поздравляю с приобретением! И вас госпожа, ваш друг великий воин!

   Ваня не обращал на их слова никакого внимания, не выпуская саблю из рук, любовался ей так и эдак. Всё тело горело, но жар был даже приятен, он был подобен сексуальному возбуждению.

– Пошли… воин! – С сарказмом сказала девушка и грубо потянула его за руку, внезапно сабля засветилась алым светом, как бы возмущаясь.

– Эй, эй, всё нормально, я ей позволяю собой командовать! – Ваня обратился к своему оружию. Свет сразу угас.

– Я конечно наслышана о его чудодейственных возможностях, но такого не ожидала! Думаю, нам ещё многому придётся учиться и удивляться. Иван, выходи, наконец, из этого транса!

   Мужчина вздрогнул и попытался саблю вложить в свой новый рюкзак:

– Чёрт! Ничего не получается! Как сделать, что бы это снова был кинжал? – Не успел он договорить эту фразу, как снова начались изменения, и оружие стало таким же, как прежде лежало на витрине.

– Стойте, стойте…– Раздалось сзади. Следом за ними бежал хозяин лавки. – Ох, ох… Вот, это ножны, совсем забыл про них. Такое дело… для великого воина, пожалуйста…

   Он всучил в руку Ваньки потертый кожаный чехол без каких-либо украшений и быстро откланялся. Мужчина тут же приноровил кинжал к поясу:

– Как-то и увереннее себя чувствую теперь! Прямо джедай!– Восхитился он.– Расскажи-ка мне про этих великих воинов.

– Давай уже после перехода. А сейчас нужно найти укромный переулок.

   Они двинулись по узкой улочке, где народа, лавок и суеты было намного меньше. Иван почувствовал взгляд в спину, который чуть его не прожег и обернулся, но ничего подозрительного не увидел.

– Вот это место подойдет. А-а…

   Елисея закричала и согнулась пополам, рядом с ней стоял мужчина в знакомых лохмотьях. Измор! Он снова занёс свое нож над девушкой и Иван, успел хорошо рассмотреть отвратительную внешность измора, он напоминал человека, на лицо которого вылили кислоту, пальцы были длинные, со скрюченными ногтями. Не понимая себя, мужчина выхватил кинжал, который в одно мгновение превратился в грозную саблю, сияющую синим огнем. У него не было опыта обращения с ножами, мечами, да шпагами. Холодное оружие было его стихией и страстью, но это… Оно само говорило, что и как делать, невидимые импульсы передавали, через руку, команды в мозг и обратно, превращая самого мужчину, в очень грозное оружие. Лишь пару взмахов, и голова врага покатилась по земле, тело упало как мешок с картошкой, заливая все вокруг красным.

   Девушка застонала, Иван увидел, что она тоже лежала на земле, зажимая рукой бок, сквозь пальцы текла кровь.

– Этот урод ранил тебя?

– Послушай… помоги снять ключ… – еле слышно шептала Елисея, так, что мужчина наклонился ещё ниже к ней, попутно доставая вещи из рюкзака, и прикладывая к ране свою рубашку. – …К Аратарке… передашь ей…

   Она взяла в руку ключ, начертила им знак и прошептала заклинание:

– Перенеси… – И потеряла сознание. Ваня осторожно поднял её и вступил в воздушный водоворот.

   Через мгновение они оказались в сосновом лесу, огромные деревья были настолько высоки, что казалось, упирались своими пиками в голубое небо, воздух наполнен цветочными ароматами, а тишина казалась гнетущей, после шумного базара.