Светлана Куксина – Магнитное притяжение (страница 4)
Потом начинаются суровые будни.
– Нин, копия вчерашнего договора с заказчиком у тебя?
Алёнка сидит справа через два стула от меня, чуть наискосок, поэтому хорошо меня видит. И я это знаю. Не утруждаю себя ответом, а просто киваю головой, не отрывая взгляда от монитора.
– Будь добра, брось, – канючит Алёнка, которой просто лень вставать со своего места.
– Ну и молодёжь пошла, – в шутку ворчу я, находя нужную бумажку.
Я уже собираюсь метнуть документ по назначению, но в последний момент спохватываюсь, что уже засиделась, спина затекла и глаза устали. Пора встать с места и дать себе отдохнуть хоть пару мгновений.
– Держи, лентяйка, – подхожу я к Алёнке и протягиваю ей бумаги.
Она скоморошно раскланивается:
– Спасибочки, – и хватает документ, нечаянно дотрагиваясь при этом до моей руки.
– Ай! – вырывается у неё. Она резко отдёргивает руку, и бумаги падают на пол.
– Ты чего? – удивляюсь я.
– Чего? Чего? – плаксиво передразнивает меня девчонка. – От тебя током шарахнуло, как будто я шпильку в розетку сунула!
Алёнка с возмущением смотрит на меня, потом наклоняется и поднимает с пола документ.
– Придумаешь тоже! – фыркаю я недоверчиво. Ни в чём таком я сроду замечена не была. Что за фантазии?!
– Ничего я не придумываю! – в запальчивости кричит Алёнка. – Чего тут придумывать! Если стукнуло!
Она пристально вглядывается в свою руку с растопыренными пальцами, будто ищет следы ожогов, и сует мне под нос эту свою пятерню.
Я обвожу взглядом нашу контору, некстати замечаю пыль за монитором и тут же об этом забываю. Сослуживицы внимательно смотрят на меня.
– Чего уставились?! – огрызаюсь я невольно. Ей-богу, как в зоопарке! Уставились, как на неизвестное науке существо.
– А чего ты ждёшь?! – возмущённо говорит Маринка. – Ну, невозможно с тобой работать стало! То ты в обмороки падаешь, то током дерёшься…
– Дальше что? – ядовито интересуется она, не сводя с меня глаз.
Откуда я знаю, что дальше, поэтому молчу. Да и связываться неохота. Маринка – полная тридцатипятилетняя зануда, которая считает, что она всегда и во всём права. С ней спорить – себе дороже, но и соглашаться – западло. А если она пилить возьмётся – берегись! Лично я не люблю тратить время на споры.
Я обиженно молчу некоторое время, а потом не выдерживаю, всё же мне немного неловко.
– Ещё скажи, что я нарочно… – ворчу я, ни к кому не обращаясь, но Алёнка понимает и сконфуженно бурчит:
– Я и не говорю, что нарочно… Но ведь стукнуло меня … прямо током пронзило… Я не вру.
Но тут вмешивается Галка. Она подходит ко мне и командует:
– А ну, дай руку!
Шеи присутствующих заметно удлиняются. Интерес к работе стремительно гаснет, зато к моей особе резко возрастает.
Я со всего размаха хлопаю подругу по руке, выпаливая при этом:
– Клоунада и только!
Ничего не происходит. Галка резко поворачивается к Алёнке:
– Чего орала?! Нормально же всё!
– Что было, то и сказала, – защищается Алёнка. – Не знаю я, чего у тебя там нормально! Только меня взаправду током шандарахнуло. Очень ощутимо, между прочим! И отстаньте вы уже от меня! А то ещё я виноватой останусь!
– Оставь ты её, – прошу я подружку и легонько дотрагиваюсь рукой до её плеча.
– Ай! – подпрыгивает вдруг Галка, хватается за плечо и удивлённо смотрит на меня. – Ты чего это?!
– Я же говорила! – как ребенок новой игрушке, от всей души радуется Алёнка. – И тебя тряхнуло?! А ты не верила! Вот будешь знать теперь…
Но Галка уже не обращает на неё внимания. Она требовательно смотрит на меня.
– От тебя правда током бьёт. Прям электрический разряд прошел через всё тело. С чего бы это?!
– А я знаю? – бурчу я и недовольно хмурюсь. Как где что происходит, особенно какая-нибудь гадость, так обязательно со мной. Что за невезуха?! Током их, видишь ли, бьёт… Меня же не бьет?!
Я рассматриваю свои ладони. Руки как руки. Не дрожат и не светятся. Или что там бывает при электрическом разряде?!
– Может, свет выключить и жалюзи опустить? – ехидно спрашивает Маринка, словно прочитав мои мысли. – Говорят, в темноте разряд светится. Ну-у-у, это, … искры летят. И если темно, то их хорошо видно. Опыты такие.
– Я тебе дам – опыты! Я вам не кролик! И не крыса лабораторная! – громко возмущаюсь я, стоя столбом посреди нашего рабочего помещения. – Это просто статическое электричество. Слыхали? От одежды накапливается. Синтетической.
– Это где ж на тебе синтетика? – влезает в разговор Томка. И эта не выдержала, включилась в обсуждение проблемы. – Лето на дворе, и на тебе сарафан льняной. Да ты у нас и в другое время года синтетику не жалуешь. Ты ж прямо повёрнута на всём натуральном.
«Господи, и всё-то они видят», – вздыхаю я про себя и поднимаю глаза к потолку. Увы! И там нет ответа на мой простенький вопрос: что же всё-таки происходит?! И почему именно со мной!?
Внезапно в нашем бедламе материализуется шеф. Все чинно – благородно сидят на своих местах и мгновенно делают вид, что усердно работают, одна я, как тополь на Плющихе, торчу посреди кабинета вдали от родного стола и монитора.
– Снова спокойствие возмущаешь? – подозрительно прищуривается в мою сторону начальник. – Вчера была белая и растрёпанная, сегодня красная и опять растрёпанная. Но одинаково ничего не делаешь. А работать когда? Или опять домой надо?
– Нет, о сверхурочных мечтаю, – слабо огрызаюсь я, бреду к своему рабочему месту и плюхаюсь на стул. Но разве я виновата?! Честно начала работать с утра и вот…
– Мечтают они, – ворчит шеф, сердито нахмурив брови. – Работали бы лучше. Повыгоняю всех к чёртовой матери. Куча бездельниц на моей шее. Уселись и ножки свесили…
– Да где вы других дур найдёте за такую зарплату? – приходит мне на выручку Галка. Она, как и все остальные, не принимает всерьез ворчание начальника. Он у нас вполне адекватный и даже добродушный.
Шеф тут же исчезает. Тема больная и очень им не любимая. Не дай Бог, строптивые бабы всем скопом навалятся. Стоит только зарплату упомянуть, как все словно с цепи срываются. Объединяются моментально. Лучше уж от греха подальше…
– Причешись, – советует мне Галка. – И впрямь волосы дыбом. Прямо чувырла какая-то…
Я послушно встаю, иду к зеркалу, достаю расчёску из сумочки, которая висит тут же у зеркала на общей вешалке, и провожу ею по волосам. Раздаётся оглушительный треск, расчёска искрит, вырывается из моих рук и падает на пол. Волосы окончательно принимают вертикальное положение, а я вскрикиваю от боли. Меня резко пронзает током.
– Ну вот! – доносится до меня ликующий голос Алёнки. – А говорили – электричества нет! Придумала я! Придумала, да?!
– Ты ещё язык покажи. Разоралась, – обрывает веселье Маринка и поджимает губы. – Тут теперь сидеть страшно. Гляди, током убьёт. Или молнией. Или вообще – взорвут… к чертовой бабушке…
– Типун тебе на язык! – это уже Тамара не выдерживает. – Скажешь тоже!… Ну и денёчки пошли!
– Убьёшь тебя, как же, – не смолчала Галка, злобно зыркнув в сторону Маринки. – Над тобой хоть ядерный реактор взорви – выдержишь.
Галина подошла ко мне.
Я уже успела снова плюхнуться на свой стул. Просто так. Лишь бы не стоять под всеобщим обозрением. Какая уж тут работа?! И мыслей никаких, кроме одной: раньше от меня током не било. И что теперь с этим делать я не знаю.
– Я всегда знала, что коллектив у нас дружный и сплочённый, – ехидничает Галина, стоя рядом со мной. Она оперлась одной рукой на спинку моего стула, и я чувствую себя спокойной и защищенной. Как хорошо, что у меня есть такая подруга. – Работать – так работать, а не работать – так всем не работать. Всех шеф не выгонит, а по одному может. Это уж как пить дать.
Напоминание о шефе действует на всех отрезвляюще. В конце концов, безграничного терпения в природе не существует. И надеяться на его появление у нашего начальства не стоит. А зарплата, хоть и не очень большая, на дороге не валяется. Её ещё заработать надо. Кто ж тебе денежки просто так даст?! Бабы дружно уткнулись носами в компьютеры.
Галка приносит свой стул, подсаживается ко мне и шепчет:
– Не дрейфь, прорвёмся.
Я согласно киваю, но сказать ничего не успеваю, потому что подруга заканчивает неожиданно:
– По дороге домой в церковь зайдём.
– Куда? – подпрыгиваю я на стуле. Нет, сегодняшний день точно не для работы. Ну как тут сосредоточишься при таких-то заявлениях?! Выкрикиваю громко, и на нас опять все оглядываются. Но на этот раз молча. И на том спасибо.
– В церковь, – терпеливо повторяет Галина, никак не реагируя на мой возглас и остановившийся, абсолютно пустой взгляд, словно я затерялась во времени и пространстве и напрочь забыла, кто я и откуда.