Светлана Костенко – Если баба не захочет… (страница 22)
– О, это мои одноклассницы! И поклонницы моего творчества!
Он направился к девицам, чтобы поздороваться, и хотел представить им Ленку, похвастаться, какая эффектная у него девушка. Девчонки встрече с одноклассником были не рады. Они тут же зашипели на него: «Турундочкин, опять ты! Че ты катаешься в этом троллейбусе постоянно! Иди, давай, иди отсюдова!» Турундочкин обернулся в сторону Ленки, надеясь найти в ее лице поддержку, но ей меньше всего уже хотелось, чтобы кто-то заподозрил ее в отношениях с рок-звездой. Она отвернулась к окну и сделала вид, что едет сама по себе.
Неожиданно Ленка почувствовала, что кто-то вцепился в ее пятую точку. Причем, не ущипнул, а приложился всей пятерней. Она резко обернулась, будучи уверенной, что такую вольность допустил Турундочкин, и его стоит огреть сумочкой. Однако рок-звезда стоял поодаль, все еще пытаясь навести справки у одноклассниц про их творческие планы. А за пятую точку Ленку держал какой-то маленький, невзрачный, лысый и очень нетрезвый мужичок.
– В чем дело? – Ленка пыталась отцепить его руку, но у нее не получалось.
Из глаз мужика потекли слезы, он всхлипнул и сказал:
– Поцелуйте меня, девушка! Ну, чем я не хорош?
Ленкина чаша терпения переполнилась, она с большим усилием отцепила руку мужика, оттолкнула его и направилась к выходу. Турундочкин заметил это, отстал от одноклассниц, подхватил Ленку под руку и радостно сообщил:
– А мы уже приехали!
Ленка вышла из троллейбуса и в недоумении стала оглядываться по сторонам. Направо был пустырь, налево – гаражи, а прямо – асфальтированная площадка, где стояли какие-то старые автобусы.
– Где это мы? – спросила она Турундочкина.
– Это площадка, откуда автобусы уезжают в садоводческие товарищества, – Турундочкин посмотрел на часы и виновато сказал: – Только в наше товарищество сегодня уже рейсов нет, придется идти пешком.
Ленка смерила его презрительным взглядом и осталась стоять на троллейбусной остановке.
– Езжай сам! Я домой!
– ТГоллейбус долго ждать, – заныл Турундочкин. А идти недалеко! Метров 500.
Ленка стояла и размышляла. Одной ей сегодня быть не хотелось. Компания Турундочкина – слабое утешение, но отдых в загородном доме с бассейном упускать было жалко. Она вздохнула и поплелась вдоль дороги.
– Не туда! – радостно завопил Турундочкин. – В другую сторону!
Ленка шла по дороге, спотыкаясь каблуками об неровный асфальт. За ней плелся Турундочкин, который уже понял, что немного накосячил, и под руку Ленку брать не решался.
*****
На улице темнело. Турундочкин и Ленка уже давно брели по обочине дороге. Фары встречных машин слепили глаза. Некоторые водители останавливались, участливо распахивали двери своих авто и предлагали Ленке услуги извозчиков. Но Ленка опасалась садиться в машины к незнакомым мужчинам. Можно было, конечно, попытаться сесть в авто вместе с Турундочкиным, для безопасности. Но что-то подсказывало Ленке, что любезным водителям меньше всего хотелось, чтобы рок-звезда поехал с ними.
Они давно уже прошли обещанные Ильей 500 метров. По Ленкиным ощущениям, вдоль трассы они прошагали уже пару километров, а долгожданного поворота к загородному дому с бассейном все не было.
Ленка, не стесняясь в выражениях, ругалась вслух. Потом сообразила, что можно вызвать такси. Но Турундочкин виновато промямлил, что в это время суток такси сюда вряд ли поедут. Район считается неблагополучным. Вечером в садовых товариществах бродит много криминальных элементов. Ленка испугалась. На всякий случай опять взяла Турундочкина под руку и в сотый раз поинтересовалась, далеко ли еще идти?
– ПГедлагаю сГезать путь, – оживился Турундочкин. – Он приобнял Ленку за талию и свернул на какую-то малоприметную тропинку в кустах.
Колючие ветки больно хлестали по лицу, Ленка то и дело подворачивала ноги на колдобинах тропинки, а для полного счастья на улице резко активизировались комары. Ленка поочередно отмахивалась то от насекомых, то от Турундочкина, который вдруг решил рассказать ей о своих твоГческих планах на ближайшее будущее. Наконец, они вышли на широкую грейдерную дорогу, на ней была даже пара работающих фонарей.
Турундочкин побежал вперед, высматривая калитку своего загородного дома. Он радостно закричал: «Пришли!», потом что-то увидел за забором и несколько сник. Ленка подошла поближе, тоже взглянула за забор. В небольшом щитовом домике с покосившейся крышей горел свет.
– Пошли обратно, – обреченно сказал Турундочкин.
Он взял Ленку под руку и потянул в сторону.
– Не поняла! – возмутилась Ленка. – Что значит: пошли обратно? Я уже еле на ногах стою, я устала. Кто мне обещал отдых в загородном доме?
– Но там горит свет…
– И что?
– Значит, там кто-то есть из моих родных!
– И что?
– Мы не сможем побыть наедине…
– Я переживу как-нибудь, – съехидничала Ленка.
– Пошли обратно!
– Почему??? Ни за что не пойду!
Турундочкин растерялся, видно было, он не знал, что кто-то из его родных приедет на дачу. Он лихорадочно соображал, что делать. Ленка упиралась и отказывалась идти назад. Турундочкин предложил:
– Тут в соседнем товариществе у моего дяди есть домик. Пойдем туда. Он вроде в командировке, значит, дача свободная.
– Турундочкин, по-хорошему прошу, еще одного загородного дома я не переживу! Пошли уже в этот! Я устала, как не знаю кто! – Ленка теряла терпение и кричала на своего ухажера.
– Но там может быть мой папа!
– И что?
– Он не поверит!
– Во что?
– В то, что ты моя девушка!
– А я не твоя девушка!
– Вот и он подумает, что я тебя снял, то есть купил, то есть, заплатил, чтобы… Ну, короче, как обычно…
Ленка рассмеялась в голос:
– Ой, ну, подумаешь, заплатил девушке! Дело житейское, так и объясним папе!
– Но он не одобряет! У нас в семье случайные отношения за деньги считаются плохим тоном!
Ленка решительно отодвинула Турундочкина с дороги и направилась к калитке. Калитка распахнулась прямо перед ее носом, и она столкнулась с Турундочиным-старшим. Он вышел на шум посмотреть, что случилось.
Папа и рок-звезда были совсем не похожи между собой. Илья был худой, долговязый брюнет с курчавыми волосами. А папа – невысокий, коренастый, пожилой мужчина с лысиной в обрамлении седых волос. Он был одет в какие-то старые, рваные трико, в которые заправил клетчатую рубашку. На груди болтались очки на резинке вместо дужек, на голове был обычный женский ситцевый платок, который папа повязал на свою лысину на манер банданы. Несмотря на комичный вид, в папе чувствовался закоренелый интеллигент.
– Илья? – удивился он. – Ты же не собирался ехать на дачу!
– Ты тоже не собирался, – проворчал рокер и, спохватившись, быстро представил Ленку папе. – Это Елена, моя девушка! Мы давно знакомы!
Ленка кивнула в знак согласия, понимая, что признание продолжительных отношений с рокером – это и хороший тон, и единственный способ попасть в дом, чтобы, наконец, отдохнуть с дороги.
– У тебя есть девушка? – недоверчиво спросил папа. – Ты не говорил!
– Па-па! – Турундочкин взвизгнул, потому что сильно нервничал и терял терпение.
Папа слегка поклонился Ленке и представился:
– Иван Ильич Турундочкин, инженер.
– Очень приятно, Елена, простит… то есть, студентка, – насмешливо ответила Ленка, до которой, наконец, дошло, зачем рокер позвал ее на дачу.
Папа пригласил всех пройти в калитку. Ленка сразу поняла, что загородный дом является не только чудом папиной инженерной мысли, но и воплощением разгильдяйства и наплевательского отношения всей этой семейки. Сколоченный из подручных материалов, он был несуразен как внутри, так и снаружи. Куда ни посмотри, везде чувствовалось, что хозяева с воодушевлением брались за обустройство, но быстро охладевали к нему и бросали начатое дело в ожидании следующего прилива вдохновения.
Так называемый дом состоял из одной маленькой комнаты, в которой стоял старый разложенный диван, заваленный какими-то вещами. Видно было, что на дачу свозится все ненужное, а разложить вещи руки не доходят. Часть стен была оклеена какой-то плиткой, часть потолка обшита досками, часть пола застелена старым куском линолеума. Рядом с комнатой было небольшое подсобное помещение, которое папа почему-то называл предбанником. В нем стоял кухонный стол, он же буфет, и маленький потрепанный детский диванчик. На столе были навалены какие-то овощи, зелень, тут же стояла небольшая плитка с чайником.
– Проходите в предбанник, – великодушно предложил папа. – Сейчас будем чай пить.
Они сидели втроем за столом. Папа свернул старую газету в рулон и периодически шлепал мух и комаров, слетавшихся на свет лампы над столом. Ленка прихлебывала какой-то странный чай из смородиновых листьев, который почему-то очень сильно пах гречневой кашей. Папа соображал, куда положить спать непрошенных гостей:
– Мы с Ильей ляжем в комнате на разложенном диване, а вам, Леночка, я предлагаю лечь в предбаннике на маленьком диванчике. Подушки нет, но что-нибудь придумаем.
Ленка так устала, что ей было абсолютно все равно, где спать. У нее жутко ныли ноги от хождения на каблуках. И она очень обрадовалась, что папа и рокер ушли, наконец, на свой диван, и оставили ее одну. Не раздеваясь, она выключила свет и улеглась на детский диванчик. Ноги наполовину высунулись за боковую спинку, но Ленка уже не обращала на такие мелочи внимания. Она укрылась каким-то старым пыльным пледом и хотела было уже заснуть, как вдруг дверь комнаты отворилась, из нее на цыпочках вышел папа с фонариком в руках и, направив свет Ленке в лицо, виновато сказал: