Светлана Казакова – Служанка ведьмака, или Не хочу быть Золушкой (СИ) (страница 29)

Жаль только, что Бран не станет моим кавалером на этом балу…

Молодой человек такими глазами смотрел на мою приятельницу, что я решила не портить им вечер. Напоила чаем и отпустила на прогулку. Стоило им уйти, как передо мной тут же словно бы ниоткуда возникла Рясинта.

– Рассказывай! – уперев зелёные кулачки в бока, потребовала фея.

– О чём? – отозвалась я, разогревая захваченный из трактира ужин.

– Обо всём! Как ты, как хозяин, ты ему уже сильно понравилась? А что баронишка?

– Ну, главная новость – ведьмак спас девушек и расправился с арахнидом! Правда, он ранен, но не смертельно, – добавила я. – А барон всё ещё молчит.

– Притворяется, – изрекла крылатая собеседница. – Вот попомнишь мои слова, притворяется! А на бал-то ты идёшь или передумала?

– Иду, – кивнула я.

– Что ж, тогда вот мой тебе совет. Помнишь, в шкатулке, которую нотариус от твоей мачехи принёс, нашлось одно затейливое украшение? Зелёный четырёхлистник клевера на золотой цепочке.

– Помню.

– Надень его на бал. И попадись на глаза графу Дорраху. Он хозяин, ты в любом случае должна будешь ему поклониться и поблагодарить.

– Зачем это? – не поняла я.

– Узнаешь, когда так и сделаешь, – буркнула фея. – Эй, жаркое сейчас пригорит! Ставь его скорее на стол, да положи мне побольше, а то я тут на одной сухомятке сижу, так и гастрит заработать недолго!

– Откуда ты знаешь про гастрит? – расхохоталась я, накрывая на стол. Давненько мы так не ужинали вместе с Рясинтой. Одного лишь Торпа не хватало.

– Я много чего знаю, – проворчала она, готовя большую ложку. – А про украшение не забудь. Потом ещё спасибо мне скажешь.

– Ладно-ладно, не забуду, – заверила фею. Я и сама думала о том, чтобы надеть на бал именно эту цепочку с подвеской. Очень уж это украшение привлекало внимание и заметно отличалось от остальных, что лежали в шкатулке.

Покончив с ужином, мы легли спать, и Рясинта снова по-кошачьи свернулась у меня в ногах. Вскоре она уже безмятежно посапывала, а я всё никак не могла заснуть. Думала… много про Брандона, немножко про принца, а ещё про своё будущее в чужом мире, которой стал моим новым домом. Как-то незаметно, постепенно у меня тут появились и друзья, и враги. И любовь – может быть, безответная, ненужная, но настоящая, живая, моя.

Наутро мы с Маргаретой вернулись в замок. Карету предоставил племянник господина Кроули, выразив желание также сопровождать нас, и подруга всю дорогу переглядывалась с ним, так что я снова невольно начала чувствовать себя третьей лишней. Но одновременно с этим и радовалась за неё. Пусть хоть у кого-то всё сложится хорошо и благополучно. У меня же пока… всё сложно.

Я знала, что дети Брандона Торпа тоже должны родиться ведьмаками, что наверняка один из его сыновей унаследует способности отца. А это означало определённые риски. Возможно, он и вовсе не собирался жениться и обзаводиться детьми, а я уже себе что-то нафантазировала, вот глупая!

Отвернув лицо от флиртующей парочки, я разглядывала мелькающие за окошком кареты лесные пейзажи. Сейчас, когда с арахнидом было покончено, дорога больше не была опасной, и всё же Бертрам захотел поехать с нами – явно для того, чтобы подольше побыть с Маргаретой и оттянуть момент расставания. Вот если бы и Торп вёл себя так же… А он вроде бы и беспокоился за меня, но в то же время ничем не намекал на свои чувства. Может статься, всё, что ведьмак ко мне испытывает, это благодарность, и всего лишь?..

Весь мой предыдущий, не сказать, чтобы очень уж богатый, опыт никак не помогал в данной ситуации. Очень уж Бран отличался от мужчин из моего прежнего – современного – мира. А ещё он был очень сдержанным, не привыкшим открыто демонстрировать собственные эмоции. Оттого я и сомневалась, не зная, как объяснить его знаки внимания. Нравлюсь ли я ему в действительности как девушка или нет?

Может, набраться храбрости и вызвать его на откровенный разговор?

От мыслей меня отвлекла остановка кареты. Мы приехали в замок. Чтобы не мешать моим спутникам попрощаться, я вышла первой, немного прошлась по двору туда-сюда, чтобы размяться, и снова ощутила этот странный взгляд из окна. Взгляд, направленный в мою сторону. Я вскинула голову, но не по-зимнему яркое солнце било в глаза, не давая ничего рассмотреть.

Неужели это барон? Поправился после купания в озере и теперь наблюдает за мной. Готовит новое покушение? Но почему? Разве я чем-то ему насолила?

Пожалуй, ведьмак прав, нужно поговорить с графом Доррахом. Открыть глаза на родственника. Но пока ему не до этого. Замок полон гостей, до бала остались считаные дни. Устраивать публичный скандал при столичных аристократах тоже не хотелось бы, но если иного выхода не останется, то…

– Верити! – окликнул меня знакомый голос, и, повертев головой, я увидела Торпа, который, слегка прихрамывая, шёл прямо ко мне.

– Разве можно раненому выходить на прогулку? – нахмурилась я, но в следующее мгновение не смогла сдержать улыбки. Потому что ведьмак смотрел на меня так радостно и открыто, что сердце щемило от нежности. – Как ты себя чувствуешь?

– Всё в порядке, скоро заживёт, – отмахнулся Брандон, но я видела, что ему приятно моё беспокойство. Если бы не куча работы в замковой кухне, я бы весь день возле него пробыла. Но увы, не для этого меня сюда вызвали.

– Мы заглянули вчера к Литте, – поделилась я. – Ей уже гораздо лучше, и она передаёт тебе свою благодарность. Остальные девушки тоже поправляются.

– Я рад, – улыбнулся ведьмак уголками губ, невольно приковав моё внимание к этим самым губам. Твёрдым, чётко очерченным, по-мужски красивым. Вдруг вспомнилось, как мы случайно чуть не поцеловались однажды, и если бы нам не помешали, кто знает, может быть…

– Так замечательно, что ты их спас! Я боялась… В тот раз, когда Альдвит напал на меня, я поначалу решила, что это арахнид, но оказалось, что это настоящий барон, – добавила я, кусая губы.

– Больше он тебе не навредит, – заверил меня Бран.

– Если ты будешь со мной… – выдохнула я и тут же осеклась. Не слишком ли это смелое заявление? – А музыканты ведь уже приехали? – сменила я тему.

– Ждут со дня на день. Тоже из самой столицы их вызвали. Ты привезла своё бальное платье? – поинтересовался Торп.

– Да, – кивнула я.

– Хотелось бы мне увидеть тебя в нём.

– Приходи на бал – и увидишь, – подмигнула я. Мне и в самом деле хотелось бы увидеть ведьмака на балу. Жаль только, что танцевать он теперь не сможет…

Маргарета наконец-то попрощалась с Бертрамом, так что беседу с ведьмаком пришлось прервать. Он сказал, что ещё немного подышит воздухом, а мы отправились туда, где нас уже ждали. Чем больше прибывало гостей, тем больше становилось работы для поваров. Я ещё не довела до ума свои торты, а Маргарету ждали начинки для пирогов. Экономка посматривала строго, но, поскольку она сама дала нам разрешение на выходной день, не ворчала.

В кухне мы проторчали до самого вечера. Я испробовала ещё несколько видов кремов, рецепты которых смогла припомнить, и остановилась на заварном, который сделала самым первым. Для того, чтобы его приготовить, не требовался ещё не изобретённый в этом мире электрический миксер, а вкус получался именно тот самый, из детства.

Когда вернулась в свою комнату, провалилась в сон, едва коснувшись головой подушки, но дверь запереть не забыла. Не давал покоя тот взгляд из окна. Хотелось бы верить, что это всего лишь моя разыгравшаяся фантазия, но я, к сожалению, точно знала, что как минимум один человек в этом замке не желал мне добра.

ГЛАВА 27

Дни до бала промелькнули почти незаметно. С графом Доррахом я так и не увиделась, как, впрочем, и с принцем, который наверняка обо мне уже и думать забыл. Зато с ведьмаком нам удалось несколько раз встретиться по вечерам, когда я могла позволить себе немного отдохнуть от работы. В мою комнату он больше не заглядывал, очевидно, боясь испортить мою репутацию – хотя сама я как уроженка другого мира относилась к этому несколько проще. Зато упорно выходил в сад, там мы и встречались, неспешно прогуливаясь под падающим в свете фонарей снегом. Брандон Торп был внимателен, предупредителен и вёл себя со мной так, словно я и не была его служанкой. Я же с каждым днём всё сильнее понимала, что не просто влюблена в красивого мужчину, который сам, казалось, не осознавал собственной убийственной для женщин привлекательности, а по-настоящему глубоко к нему привязана. Мне нравилось в нём всё, и меня нисколько не волновало его невысокое происхождение, ведь истинное благородство не в титулах и родовитых предках. Оно в душе, в сердце, в поступках человека.

Не раз я ловила себя на желании наконец-то признаться ему в любви. Сказать все те слова, что так и рвались с языка. Но всё как-то не получалось. То что-то мешало, то я сама себя останавливала. Задавалась вопросом, не сочтёт ли он меня развязной девицей, ведь в этом мире, как я понимала, подобная женская инициатива, увы, не приветствуется.

Так прошло время, и вот он наступил. Вечер бала. Тот самый, когда я из замарашки-поварихи должна была превратиться в прекрасную даму.

Маргарета, с трудом отпросившись у экономки, взялась помогать мне одеваться. Это пришлось весьма кстати, ведь даже мои прежние вечерние платья я не всегда могла с лёгкостью застегнуть самостоятельно – ох уж эти молнии на спине! – а в здешнее и вовсе бы сама не облачилась. Пригодилась её помощь и с причёской. Мои непослушные волосы, успевшие ещё и отрасти, были уложены в элегантный пучок, и лишь две пряди игриво выбивались из него, обрамляя лицо. Я едва узнала себя в зеркале. Платье и причёска сделали меня немного взрослее, и сейчас я куда больше походила на себя настоящую, чем на Верити Розверт. Да и взгляд, кажется, изменился, из него исчез страх первых дней в новом мире, появилась уверенность и… любовь. Да, я читала её в своих глазах, когда смотрела на собственное отражение. И в глубине души надеялась, что и Бран тоже сумеет прочесть мои чувства к нему.