Светлана Казакова – Служанка ведьмака, или Не хочу быть Золушкой (СИ) (страница 25)

В какой-то момент мне показалось, что на меня кто-то пристально смотрит. Я подняла голову, огляделась и нахмурилась, не отрывая взгляда от замковых окон. Померещилось или же там в самом деле шелохнулась занавеска? Так, словно за ней кто-то быстро спрятался, чтобы не быть замеченным. Я снова подумала про барона, который вполне мог оказаться этим тайным наблюдателем, так что у меня разом пропало всё настроение. Да и темнело уже, поздно было гулять. Я позвала Маргарету вернуться, и мы направились обратно к боковому входу в замок, который вёл в крыло для прислуги.

– А правда, что ведьмак тоже в замке? – задала мне вопрос моя спутница. – Он приехал, чтобы в чём-то помочь графу, или… из-за тебя? Говори, я ведь уже заметила, что между вами что-то происходит!

– Ничего не происходит, – буркнула я. И в самом-то деле, поцелуй под омелой у нас так и не случился, да и после того, как Брандон Торп меня спас, он так и не сделал того шага, которого я ждала. – Граф дал ему поручение, только и всего.

– Ох, не знаю, – прищурилась собеседница. – Когда ты о нём говоришь, у тебя даже голос меняется. И взгляд. Ты ведь должна помнить, что мы всегда побаивались его и стороной обходили. Но сейчас я думаю, что напрасно, раз уж он смог так тебя изменить, значит, и в самом деле неплохой человек…

Я предпочла смолчать. Не говорить же, что это не Торп меня изменил. Просто я не являлась той Верити Розверт, которую знала Маргарета, и не смогла бы ею стать, хоть и оказалась на её месте. Я другая. И отношения с ведьмаком у меня складывались совершенно иначе. Без страха, без предубеждений. Он действительно понравился мне таким, какой есть, и хотелось верить, что его ответная симпатия также обращена ко мне, а не к той прежней Верити, которая, как и большинство местных девушек, его боялась и не доверяла.

С приятельницей мы расстались в коридоре, а спустя некоторое время в дверь моей комнаты постучали. Я решила, что это Маргарета забыла что-то сказать, но, когда открыла, то обнаружила Брандона. А я-то думала, что он не знает, куда меня поселили!

– Добрый… вечер, – проговорила я, отчего-то смутившись. Он стоял в полумраке замкового коридора, высокий, одетый в белую рубашку с чёрными брюками и жилетом. Я же была в простом платье, которое не жалко ненароком испачкать при готовке, с уложенными в пучок волосами. Совсем не такая нарядная, какой хотелось бы перед ним предстать. Но ведь он же и так считает меня красивой? Или нет? – Что-то случилось?

– Добрый, – отозвался ведьмак. – Нет, ничего не случилось. Можем поговорить?

– Да, входи… те, – пробормотала я, отступая в сторону, чтобы дать ему пройти. Промелькнула мысль, что негоже молодой незамужней девушке впускать мужчину в свою спальню. Но ведь мы и раньше жили в одном доме, и Торп ничего мне не сделал, даже найдя меня в своей постели. Правда, тогда с нами была Рясинта, а сейчас мы одни. – Есть новости о пропавших девушках?

– Пока нет. Завтра снова пойдём в лес. Я на самом деле о другом хотел поговорить, – сказал ведьмак, перешагнув порог.

– О чём же? – прикрыв дверь, спросила я.

– О бароне.

– К нему вернулся дар речи?

– Ещё нет. Однако я думаю, что следовало бы побеседовать с графом. Рассказать ему, как всё обстояло на самом деле.

– Про озеро? Но… Граф Доррах ведь может и не поверить. Альдвит его родственник, а меня он совсем не знает. Ещё решит, что я выдумала нападение, чтобы стрясти с него денег.

– Не забывай, что я тоже там был и всё видел. Я могу подтвердить твои слова. Вот только графу сейчас не до нас, уже завтра должен приехать принц, а за ним и другие гости. И его дочь так и не нашлась. Боюсь, он близок к тому, чтобы окончательно утратить надежду на то, что она жива.

– Тогда не стоит ещё больше портить ему настроение в такой момент. Расскажем всю правду позже. Барон ведь не собирается уезжать?

– Насколько я знаю, нет. Альдвит ещё болен, его каждый день навещает доктор. И говорить он ни с кем не может… или же не желает.

– Ну и тем более, никуда он не денется.

ГЛАВА 23

Я храбрилась, не желая показывать, что боюсь. Ни ведьмаку, ни барону – если это действительно он наблюдал за мной из окна, ни даже самой себе. Сейчас, в замке, меня постоянно окружали люди, слуги, повара, Маргарета, да и Брандон Торп находился поблизости, так что подобраться ко мне Альдвиту было бы не так просто. Однако я согласилась с тем, что граф Доррах должен узнать правду о поведении его родственника и разобраться с ним по справедливости. Вот только лучше и в самом деле сделать это после бала, ни к чему ещё и при гостях тут скандал устраивать.

По лицу ведьмака было заметно, что он не совсем поддерживает моё решение, однако спорить Торп не стал. Лишь велел мне покрепче запирать дверь и ушёл, одарив напоследок таким взглядом, что у меня сердце забилось быстрее. Неужели я и правда ему не безразлична?

Наутро я снова взялась за работу наравне с поварами графа. Странное дело, раньше кулинария не была для меня таким уж любимым делом, скорее я занималась этим по настроению, а, когда его не было, могла и доставку заказать или и вовсе обойтись полуфабрикатами. Теперь же, несмотря на то, что я оказалась лишена любимой кухонной техники, мне всё больше нравилось готовить. Фантазировать, немного изменяя рецепты, изучать незнакомые мне прежде продукты и пробовать блюда местной кухни. Это и в самом деле было невероятно интересно. И вдохновляюще – так, что я даже позволила себе немного помечтать о собственном ресторане, пекарне или кондитерской. Впрочем, пока меня вполне устраивал и трактир Маргареты, на который у нас появлялось всё больше планов.

Начали прибывать первые гости. Все, кто смог хоть ненадолго отвлечься от котлов и сковородок, прилипли к широкому кухонному окну, чтобы увидеть подъезжающие к замку кареты с гербами. Оттуда выходили лорды и леди, которых со всеми почестями провожали к парадному входу. Глядя на них, я ощутила некоторую растерянность – может, не стоило мне собираться на бал, где меня будут окружать все эти важные аристократы? Я ведь даже местных танцев не знаю. Опозорюсь только. Выставлю себя на посмешище.

Однако желание побывать на настоящем балу никак не желало угасать. Мне действительно хотелось туда пойти. Надеть платье, над которым упорно трудилась швея Бёртон, почувствовать себя… нет, не Золушкой, принцессой!

Может, и глупо, но я твёрдо решила, что пойду. А насчёт танцев надо бы с Брандоном поговорить. Может, он умеет и сможет меня научить?..

Странное дело, но здесь, в замке, мне не хватало Рясинты. Да, характерец у феи не сахар, тут не поспоришь, но я успела привыкнуть к ней, к забавным гримасам на её зелёном личике, к нашим ежевечерним разговорам. Сейчас она, должно быть, скучала в одиночестве, ведь ни меня, ни ведьмака не было дома.

Я снова вспомнила про обещание, которое дала Рясинте, и решила, что после бала поговорю с Торпом о ней. Не факт, конечно, что он согласится отпустить её на свободу, но попытка, как говорится, не пытка. Стоит рискнуть.

Брандон Торп

Очередная вылазка в лес начиналась так же, как и все предыдущая. Разве что с погодой повезло – солнце светило ярко, почти по-весеннему, хотя до весны было ещё далеко, снег на тропе поскрипывал под ногами. На этот раз вместе с ведьмаком отправились несколько мужчин из Бриндаля, а также слуги из замка, которых отрядил лично граф Доррах. Его тоже беспокоили пропажи местных девушек. К тому же новости могли дойти до гостей, приглашённых на бал.

Брану то и дело вспоминалось лицо Верити. Её улыбка, лучистый взгляд. Вчера, впустив его в свою комнату, она смотрела на него с такой явной и вместе с тем затаённой надеждой, что Торп едва сумел найти в себе силы, чтобы уйти. Хотелось остаться, взять её за руки и сказать, что она единственная девушка, которая занимает все его мысли. Признаться ей во всём, что лежало на сердце.

Но ведь он всего лишь ведьмак. А Верити достойна несоизмеримо большего. Достойна того, что ей сможет дать кто-то другой. И, возможно, на балу в графском замке она встретит этого другого. Главное, чтобы тот не оказался каким-нибудь подлецом вроде барона Альдвита, которого Брандону отчаянно хотелось разорвать голыми руками каждый раз, стоило лишь вспомнить тот вечер, когда Верити едва не погибла по вине этого высокородного мерзавца.

От мыслей его отвлекли слова одного из спутников, который указывал на что-то поблизости. Повернув голову в ту сторону, Торп насторожился. Теперь он тоже увидел паутину. Грязно-белая, плотная, точно пряжа, она туго обвивала голый древесный ствол. Одна из нитей тянулась куда-то вдаль, словно указывая дорогу, но едва ли тот, кто создавал эту ловушку, преследовал такую цель.

– Идём туда, – коротко распорядился ведьмак. – Держитесь за мной. Это может быть опасно.

Крепко сжимая оружие, Торп направился туда, куда вела нить. Здесь тропы уже не было, и колкий сыпучий снег тут же набился в сапоги. Ногам стало холодно, но Брандон не обращал на это внимания. Его вело чутьё. Острое ведьмачье чутьё, знакомое всем, кто был таким же, как он. И оно твердило, что ему наконец-то удалось выйти на верную дорогу.

Сплетённая нечистью паутина всё сильнее бросалась в глаза. Казалось, её здесь даже больше, чем снега, который на её фоне казался белее и ярче. А затем Торп увидел вход в нору арахнида – пещеру, уходящую куда-то вглубь невысокого холма. В его логово, куда тот притаскивал свою добычу. Похоже, сейчас его самого тут не было – ведьмак не чувствовал близкое присутствие нечисти. Видимо, отправился на очередную охоту. Что ж, когда он вернётся, его будет ждать пустая кладовка.