Светлана Казакова – Любимый из прошлого (страница 2)

Прислушавшись к своим ощущениям, девушка поняла, что лежит на чём-то вроде мягкой кушетки с подушкой под головой. А ещё ей почему-то было трудно дышать. Как будто грудь что-то непривычно сдавливало, и это точно было не её удобное бельё в спортивном стиле.

Приподнявшись, Полина оглядела себя и ощутила накатившую на неё вторую волну шока. Потому что она прекрасно помнила, в какой одежде пошла гадать. Однако сейчас вместо её тонкого серого свитера и кожаных шорт с чёрными колготками на ней было платье. И не просто платье, а самое что ни на есть старинное! Длинное, из светло-голубого бархата! А то, что немилосердно давило ей на рёбра, судя по всему, являлось ничем иным, как корсетом. Самым настоящим, а не современным, который так сильно не затягивается!

«Может, это какая-то шутка? – предположила Полина, стараясь не поддаваться панике. – И сейчас меня снимает скрытая камера? Ну а что, забавно же – устроить для студентки исторического факультета розыгрыш в стиле попадания в позапрошлый век».

Тем временем женщины, которые, возможно, были всего лишь нанятыми для этой постановки актрисами, хлопотали вокруг неё. Принесли горячего чая – из того самого самовара. К чаю полагался очень аппетитный румяный крендель.

Полина не выдержала и откусила кусочек. Прожевав, зажмурилась от удовольствия. Такой вкусной выпечки она никогда в жизни не пробовала!

– Кушай-кушай, Поленька, это ведь твой любимый! – ласково улыбнулась ей та, которая не отличалась дородностью. Она была не слишком высокая и темноглазая, с длинной русой косой, обёрнутой вокруг головы. А ещё в отличие от второй женщины обращалась к девушке на ты. И звала её по имени, а не барышней. – И поправляйся скорее, а то батюшка твой приедет и огорчится, что ты тут без него захворала!

– И вправду, нельзя хворать, барышня, вам ведь ещё замуж выходить! – вторила ей другая.

– Замуж? – переспросила Полина. – Интересно… А за кого?

Если это и в самом деле розыгрыш – а что же ещё? – то весьма затейливый. Его организаторы и на антураж не поскупились, и целый сюжет придумали. Вот у неё и жених какой-то намечается.

– Ну как это за кого? – склонив голову, произнесла женщина. – Неужто своего наречённого не помните? Похоже, и вправду сильно головушкой-то ударились!

Полина поморщилась. Голова у неё почему-то действительно побаливала. Было такое ощущение, как будто на затылке растёт шишка.

«Я нанюхалась воска, увидела что-то странное в зеркале, потеряла сознание и упала со стула, стукнувшись головой об пол», – придумала она для себя более-менее логичную версию. Правда, версия эта не слишком объясняла тот факт, что травму Полина получила вечером, а сейчас был уже день. Через оконное стекло пробивались солнечные лучи, похоже, денёк выдался погожий, а ведь вчера было пасмурно и шёл снег.

«Мороз и солнце; день чудесный!» – вспомнились когда-то в школьные годы выученные наизусть строки. Откуда, интересно, взялся такой дом? Если это не музей, почему он так выглядит? И как она могла сюда попасть? Неужели этот розыгрыш устроили ей подруги, но с какой целью?..

– Что-то бледненькая вы, барышня, – заметила вторая женщина. – Да вы пейте чай, пока не остыл! Может, ещё чего хотите?

– Нет, спасибо, – помотала головой Полина. – А… можно мне зеркало? Посмотреть, вправду ли я такая бледная…

На самом деле ей хотелось проверить одну теорию – самую невероятную. Разумеется, Полина в неё не верила, не представляла даже, что такое вообще возможно. Но какое-то смутное чувство – может быть, интуиция? – говорило ей, что иногда случается даже самое невероятное, поэтому проверка в любом случае не повредит.

Чтобы хоть в чём-то себя успокоить.

Настольное зеркало, которое ей принесли, было небольшим и тоже старинным. Вцепившись пальцами в узорную рамку, Полина вгляделась в отражение и ахнула, не сумев сдержать изумления. Потому что из зеркала на неё смотрела… очевидно похожая на неё, но всё же другая девушка.

У незнакомки в отражении были не серые глаза, как у Полины, а синие, широко распахнутые. Её светлые вьющиеся локонами волосы, прихваченные сзади лентой, явно никогда не знали краски и каких-либо салонных процедур, но при этом выглядели так, что впору позавидовать. Девушка казалась юной, невинной и… встревоженной. Полина коснулась своей щеки и подивилась тому, какая у неё теперь нежная кожа, лучше, чем была раньше. Заодно обратила внимание на пальцы, тонкие и аккуратные, но лишённые даже намёка на салонный маникюр. А ведь она перед тем, как ехать отмечать сессию с подругами, как раз его сделала. Зимний, с белыми и голубыми снежинками.

Вывод из всего увиденного напрашивался только один – её сознание каким-то чудом пребывало не в своём теле. И это тело принадлежало молодой особе, которая не пользовалась никакой косметикой, но при этом была хороша и свежа как майская роза. Её внешность была ещё более несовременной, чем у Полины, однако ещё и более яркой. Потому что себя прежнюю она не могла бы назвать красавицей – милая, симпатичная, но не больше. А эту девушку определённо могла.

– Ух и хороша же наша барышня! – подтвердила её мысли женщина, которая принесла зеркало. – Просто глаз не отвести! Такую бы и без всякого приданого замуж взяли, так ведь у вас-то и оно имеется, спасибо нашему благодетелю!

– Ну ладно, не болтай попусту! – пробурчала первая. – Поленьке надобно отдохнуть. Провожу её в её комнату.

«Отлично, у меня и своя комната есть», – подумала Полина, начиная понемногу привыкать к ошеломившей её поначалу мысли о том, что никакой это не розыгрыш. И если она не галлюцинирует и не видит дивный сон о том, что стала другим человеком в другом времени, выходит, её сознание и в самом деле перенеслось в далёкое прошлое. И всё из-за того гадания! Выходит, ей не почудилось, что её затягивало в зеркальный коридор, словно в водоворот. Но как же тогда объяснить, что, обернувшись, Полина увидела позади саму себя, удивлённую и напуганную?..

Как будто она каким-то образом раздвоилась – осталась там, в своей привычной реальности, и одновременно с этим перенеслась сюда, где вселилась в чужое тело. Но тогда, получается, что её подруги даже ни о чём не догадываются? Потому что там сейчас с ними находится её копия!

Или копия здесь?..

Ух, сложная какая-то теория!

– Скажите, а какой сейчас год? – обратилась Полина к женщине, которая довольно ласково, с какой-то почти материнской заботой, помогла ей встать с кушетки и даже погладила по голове. – И что происходит в стране? Крепостное право уже отменили?

Глава 2

Полина осознавала, что рискует, задавая подобный вопрос. Но ей просто необходимо было как-то сориентироваться в происходящем вокруг неё! И, судя по всему, женщина относилась к девушке с большой любовью, так что, даже если начать слегка чудить, её точно не потащат немедленно в лечебницу для душевнобольных. Поэтому она решилась рискнуть и приступить к расспросам. В том, что на дворе сейчас девятнадцатый век, Полина была практически уверена, но какой именно год?

А вдруг это вообще параллельный мир со своей альтернативной историей, и крепостного права здесь вообще никогда не было?..

– Ты что же, даже этого не помнишь, Полинушка? – в ужасе уставилась на неё женщина.

– Не помню! – призналась она. – Я ведь головой ударилась. От этого у меня теперь амнезия.

– Амне… чего? – озадаченно заморгала собеседница.

– Потеря памяти. Это временно, потом пройдёт. Но сейчас, чтобы всё вспомнить, мне нужна ваша помощь. Только батюшке моему, пожалуйста, ничего об этом не рассказывайте! Вы ведь не хотите, чтобы он узнал и огорчился?

Обе женщины синхронно замотали головами, и Полина с облегчением выдохнула. Договориться с ними оказалось не так сложно, как ей представлялось. А позже, когда у неё появится нужная информация, можно будет и поразмышлять над тем, как действовать дальше.

– Что же ты хочешь узнать? – спросила первая.

– Всё! Для начала – как вас зовут. И кем вы мне приходитесь.

– Я Аглая, твоя няня, с ранних лет тебя вырастила. А это Марфа, ключница. Неужто ты нас тоже позабыла совсем? – опечаленно завздыхала женщина. Полина отметила себе, что с ней нужно быть внимательнее и осторожнее, поскольку та хорошо знала обладательницу этого тела с детства. Едва ли, конечно, Аглая придёт к выводу, что ту прежнюю Полину внезапно подменили, но лучше не рисковать, чтобы себя не выдать.

– Понемногу начинаю вспоминать. Вы только год скажите. А то что-то все даты в голове совсем перепутались…

– Тысяча восемьсот семьдесят пятый от Рождества Христова, – ответили ей, назвав примерно то время, на которое она и подумала.

– А теперь расскажите мне про моего отца. Кто он, чем занимается? И где находится сейчас?

– Ваш батюшка купец. Богатый купец. Человек достойный и уважаемый. Сейчас он в отъезде по важным делам. Через седмицу вернётся.

Полина мысленно поставила себе «пятёрку». Она совершенно верно догадалась, что этот дом принадлежит человеку не дворянского сословия, но при этом весьма зажиточному. В девятнадцатом веке купцы играли значительную роль. Они могли быть меценатами и немало делали для городов, в которых проживали. Наверняка тот, о ком говорили с таким благоговением, как раз к таковым и относился.

Судя по тому, что о матери Полины не было сказано ни единого слова, девушка скорее всего являлась наполовину сиротой.