Светлана Казакова – Любимая проблема ректора (страница 2)

С замком на задней двери справился Раймонд – ну просто кладезь всевозможных талантов. Если бы не знала, что передо мной отпрыск одной из самых богатых семей Элиндорской империи, решила бы, что он вырос на улице, где с детства обворовывал дома, так легко в его руках сработали отмычки, даже не магические, а самые обычные, металлические. Любопытно, кстати, где он их взял…

– Прошу, ольеринта, – уступил мне возможность первой войти в хранилище друг детства, и я послала ему благодарную улыбку.

– За мной, – проговорила я и, надеясь, что Окада со своими парнями все еще возятся с сигналками, переступила порог.

Зажигать свет, поскольку его могли заметить случайные прохожие, было нельзя, но у нас при себе имелись фонарики, которые, хоть и горели не слишком ярко, все же позволяли видеть все окружающее в пределах нескольких шагов. Оглядевшись по сторонам, я увидела коридор, из которого в разные стороны вело несколько одинаковых дверей. Еще бы знать, за какой из них артефакт и не заперли ли его еще и дополнительно!

– Разделимся и проверим все, – предложила Арлетта и, дождавшись моего одобрения, направилась к ближайшей двери.

Я выбрала себе самую дальнюю – почему-то интуиция потянула именно к ней. И не прогадала. Во-первых, она и правда была заперта. Пришлось звать Раймонда и снова прибегать к помощи его отмычек. На этот раз ему пришлось покорпеть даже дольше, чем с входной дверью, и я окончательно уверилась, что искомое спрятано здесь.

– Ты угадала, – заметил Раймонд, когда дверь со скрипом открылась. – Вон он. Видишь?

– Да… – выдохнула я, уставившись на стеклянный колпак, под которым находилось Око истины. Артефакт едва заметно светился – считается, что именно так настоящие древности можно отличить от подделок с первого взгляда. – Вы не возражаете, если я…

– Мы и не сомневались, – фыркнул друг детства.

– Давай, Кара, – поддержала объект своих симпатий Розалина. – Твоя победа – наша общая победа. Вперед!

Крепче стиснув фонарик повлажневшими от волнения пальцами, я направилась к столу, на котором стоял стеклянный колпак. Ближе, еще ближе. Я наклонилась над столом. Око истины… Изготовленный из крупного изумруда артефакт и в самом деле напоминал большой зеленый глаз в обрамлении черного металла. Казалось, он взаправду смотрел на меня, звал меня. Притягивал к себе с силой, которой невозможно было противиться.

Я протянула руку, и тут…

– Остановись! – окрикнули меня резко.

Тиарец! Как он сюда попал? Моя команда же осталась у двери. Если только здесь два входа… Или он оставил своих парней на улице, а сам залез в окно?

– Я первая! – откликнулась я.

– Дело не в этом! Он… – попытался сказать что-то еще Окада, но я уже не слушала. Одним порывистым движением подняла стеклянную заслонку и накрыла артефакт ладонью.

А дальше все произошло одновременно. Ослепительно яркая вспышка перед глазами, боль, молнией пронзившая все тело, громкий звон в ушах, руки некроманта на моей талии. Кажется, он пытался оттащить меня от стола, я же яростно сопротивлялась этому, пока не провалилась в темноту и беспамятство.

Глава 2

Я пришла в себя от знакомого голоса, на фоне которого слышались громкие всхлипывания, тоже очень знакомые.

– Мам… Ты плачешь? – выдавила я, поднимая веки. В глаза точно песка насыпали, и хотелось снова их зажмурить.

– Кара! – вскричала родительница, и я ощутила на щеке ее горячую руку. Украшенное бриллиантом обручальное кольцо царапнуло кожу. Я поморщилась и мотнула головой.

– Ольера Морено, подождите немного, сначала мне нужно с ней поговорить! – произнес наш семейный доктор ольер Рунбер, чей голос я и услышала сквозь сон. – Ольеринта Морено, слышите меня? Как вы себя чувствуете?

– Не слишком хорошо, – призналась я.

– Что у вас болит?

– Кажется… ничего, – прислушавшись к себе, ответила доктору. Повернула голову, осматриваясь. Я лежала в своей спальне, на своей собственной кровати, не в лечебнице, что уже хорошо. До талии меня укрывало одеяло, ладонь правой руки пересекала повязка. – Что со мной случилось?

– Не волнуйтесь, ожог скоро пройдет, – заверил меня ольер Рунбер.

– А это… что это такое?.. – выдохнула я, с ужасом разглядывая широкую полосу черного металла, туго обхватывающую запястье. На второй руке была надета такая же. – Зачем?..

– Кара! – снова всхлипнула маменька, вытирая слезы надушенным кружевным платочком, с которым никогда не расставалась.

– Это блокирующие браслеты, ольеринта, – ответил доктор. – Их носят, чтобы вы не навредили ни себе, ни другим. Они сдерживают магию.

– Что за бред? – нахмурилась я. Услышанное не укладывалось в голове. – Я могу контролировать свой дар. С пяти лет могу! Вы же знаете, вы сами меня обследовали…

– Я помню, ольеринта, но после того, что произошло этим вечером… увы, но ваш дар больше не такой, как раньше, а потому мне пришлось подстраховаться.

– Что значит «не такой, как раньше»? – уточнила я, все еще не понимая. Мысли путались, во рту было сухо. Догадается кто-нибудь дать мне попить?

– Ваш дар стал нестабильным. Следовательно, опасным. Мне очень жаль, но…

– Нет! – Из глаз брызнули слезы. Я попыталась стащить с себя жуткие наручники, но все окончилось тем, что лишь расцарапала себе запястья.

– Вы не сможете их снять, – проговорил мужчина, касаясь моего плеча. – Успокойтесь, иначе мне придется сделать вам укол. Скажите лучше, вы помните, что с вами случилось?

Я прерывисто выдохнула. Помню ли я? Ну разумеется! Побег из дома, откуда меня не выпускали из-за нежелания знакомиться с потенциальным женихом, ночная улица, здание музея, а рядом хранилище, где находился артефакт… Моя команда, камень под стеклянным колпаком, внезапно появившийся передо мной Джемсон Окада… а потом темнота.

– Как остальные… они в порядке? – задала я вопрос, вполне закономерный, учитывая, что очнулась я в кровати под присмотром доктора.

– Да, но не все, – ответил ольер Рунбер.

– Кто-то еще пострадал?

– Молодой человек, вроде бы некромант. Тиарец. Он был рядом с тобой, когда ты дотронулась до Ока истины, – вставила родительница, спрятав платочек. – Зачем ты вообще полезла к этому артефакту? Чего тебе не хватало, что ты решила сделать подобную глупость?

Убедившись, что я не собираюсь умирать прямо сейчас, ольера Морено вновь перестала быть заботливой мамочкой и превратилась в суровую надзирательницу. Впрочем, такой она была мне привычнее. Меня, как и старших братьев, растили няни и гувернантки, так что особой близости ни с кем из семьи не сложилось. К настоящему времени я уже перестала мечтать о том, чтобы мои родители внезапно стали ласковыми и любящими, однако все еще стремилась заслужить их одобрение, в том числе и потому отдавала учебе столько часов и сил. Некоторые из моих однокурсниц спали и видели, как станут счастливыми невестами сразу же после выпуска, я же не собиралась связывать себя узами брака еще как минимум лет десять-пятнадцать, ведь в жизни столько возможностей!

– Вы ударили его магией, ольеринта, – сообщил доктор. – К счастью, не смертельно, да и он крепкий юноша, некроманты все такие. Немного побудет в лечебнице и вернется в академию. Никаких серьезных последствий для его здоровья и магического дара не будет. Для вас же… все гораздо сложнее.

Вежливо, но твердо попросив родительницу выйти из комнаты, ольер Рунбер изложил мне ситуацию, в которую я вляпалась.

– Артефакт Око истины оказался неисправен. Такое бывает с подобными древностями, – развел руками мужчина. – Собственно, поэтому его и не стали демонстрировать на публике. Ждали приезда одного опытного в починке артефактов магистра, но тот, как назло, задержался. Вы, ребята, появились в хранилище раньше него.

– И… что дальше? – проведя языком по пересохшим губам, выдавила я, уже зная, что едва ли услышу хорошие новости. Доктор ведь уже сказал о нестабильном даре, да и блокирующие браслеты говорили сами за себя. Но все же я упорно продолжала надеяться на чудо, на то, что это временно, и совсем скоро все станет как раньше.

– Вы дотронулись до артефакта незащищенной рукой, ольеринта, а в настоящее время к нему желательно прикасаться лишь в специальных перчатках. Он вступил в контакт с вашей магией, вызвал бурный ее всплеск, подхлестываемый к тому же вашими эмоциями. Это привело к раскачке прежде стабильного дара и повреждениям вашего энергетического поля, – попытался объяснить ольер Рунбер. – Иначе говоря, в нем появились значительные прорехи. Представьте себе плащ-дождевик. Если он цел и надежен, вы не промокнете, но, если в нем есть отверстия, он вас не защитит, вы можете попасть под дождь и заболеть. Так же и с энергетическим полем. Ваше энергетическое поле теперь как дырявый плащ, оттого больше не может обеспечивать возможность контролировать дар на прежнем уровне и развивать его так, как положено. Нестабильный магический дар выбивается из нормы. Он – как болезнь.

– Но ее ведь можно вылечить? – с надеждой спросила я. Неисправный артефакт… да кто вообще мог такое даже предположить?! Вспомнилось вдруг, как Окада пытался меня остановить.

Может, он о чем-то догадался, но было уже поздно?..

– Не могу дать никаких гарантий, ольеринта Морено, – покачал головой собеседник. – Каждый случай индивидуален. Вы должны научиться жить с этим и освоить техники контроля нестабильного дара, которых не преподают в вашей академии.