Светлана Казакова – Гостиница для попаданки и сто проблем в придачу (страница 34)
— На них?
— На себя. Я должен был предвидеть. Должен был защитить свидетелей. А теперь…
— Ты не мог знать, — перебила я. — Никто не мог.
Он остановился, посмотрел на меня.
— Ты всегда за меня заступаешься.
— Потому что ты этого заслуживаешь.
Он усмехнулся — горько, но в глазах мелькнуло что-то тёплое.
— Пойдём, — сказал он. — Я покажу тебе город.
* * *
Мы бродили по столице до самого вечера.
Элиас водил меня по узким улочкам, где пахло свежим хлебом и жареными каштанами, показывал высокие шпили соборов и старинные фонтаны, рассказывал истории, которые знал с детства.
— Вот здесь, — сказал он, останавливаясь у одного из фонтанов, — я впервые упал с лошади. Мне было шесть. Отец сказал, что если я не научусь держаться в седле, он выпорет меня. Я научился.
— Жёсткое воспитание.
— Да, — он помолчал. — Но я благодарен ему. За то, что он не баловал меня. За то, что требовал. Это сделало меня сильнее.
— Или просто сделало тебя несчастным, — тихо сказала я.
Он посмотрел на меня. Удивлённо.
— Ты так думаешь?
— Я думаю, что ребёнок должен не бояться своего отца, а любить его. И что нельзя стать сильным через страх.
Он молчал. Долго. Потом взял меня за руку.
— Может быть, ты и права. Я никогда не думал об этом.
— Потому что привык.
— Наверное.
Мы пошли дальше, и я чувствовала, как его пальцы сжимают мои. Он не отпускал.
* * *
Вечером мы сидели в маленькой таверне недалеко от Гильдии. Ларитье заказал ужин, и я с удивлением обнаружила, что голодна как волк. В гостинице я привыкла к изысканным блюдам Фьеллы, а здесь была простая, но сытная еда — тушёное мясо с овощами, свежий хлеб, тёплое вино с пряностями.
— Нравится? — спросил Элиас, наблюдая, как я уплетаю вторую порцию.
— Очень, — призналась я. — В гостинице вкусно, но здесь как-то… по-настоящему.
— По-настоящему?
— Ну, знаешь. Домашнее. Простое. Настоящее.
Он улыбнулся.
— Ты удивительная.
— Это ты уже говорил.
— Повторю. Ты удивительная. Ты пришла из другого мира, ничего не знаешь о нас, но ты чувствуешь то, чего многие не замечают.
— Может быть, потому что я смотрю со стороны?
— Может быть.
Мы замолчали. Я смотрела на огонь в камине, он — на меня.
— Завтра, — сказал Элиас, — я начну собирать доказательства. Ты будешь со мной?
— Конечно.
— Это может быть опасно.
— Я знаю.
— Верми не остановятся ни перед чем.
— Я знаю. — Я взяла его за руку. — Но я не боюсь. Потому что я с тобой.
Он сжал мои пальцы.
— Спасибо, — сказал он.
— Не за что.
* * *
Ночью я лежала в маленькой комнате, которую снял для нас Ларитье, и слушала, как шумит город за окном. Совсем не так, как лес. Лес шумел мерно, убаюкивающе, а здесь всё было резким, громким, тревожным.
В дверь постучали.
— Войдите, — сказала я.
Элиас вошёл. Он был без камзола, в одной рубашке, и выглядел непривычно… просто. Как обычный человек, а не как рил, не как наследник древнего рода.
— Не спится? — спросила я.
— Нет, — он сел на край кровати. — Думаю.
— О чём?
— О завтрашнем дне. О том, что будет, если мы не успеем. О том, что будет, если они узнают про Аню.
— Не узнают.
— Откуда ты знаешь?
— Потому что я не позволю. — Я села рядом. — Мы не позволим.
Он посмотрел на меня. В его глазах была такая тоска, что у меня сжалось сердце.
— Влада, — сказал он. — Я хочу, чтобы ты знала. Если что-то случится…
— Ничего не случится, — перебила я.
— Если что-то случится, — повторил он, — позаботься об Ане. Пожалуйста.
Я взяла его лицо в ладони.
— Ничего не случится, — сказала я твёрдо. — Потому что мы будем вместе. И потому что ты не один.
Он прикрыл глаза. Его рука накрыла мою.
— Ты веришь в это?