Светлана Казакова – Чайная магия (СИ) (страница 25)

– А в тот день, когда они перед тобой появились, и мы с Говардом прибежали в кладовую, больше ничего странного не происходило?

– Не понимаю, о чём вы говорите.

– Пока ты находилась там, Ивонн заменяла тебя? Она не покидала зал? Вспомни!

– Конечно же, нет, альда Мортон! Она знает правила! Ведь в любой момент могут войти и заказать чай!

– Хорошо, Доркас, занимайся своими делами, но, если снова случится что-нибудь необычное, тут же говори мне, – наказала ей Летиция.

– Клянусь, что так и сделаю!

Девушка отвернулась, кусая губу. Жаль, что так вышло с чашкой, ведь она уже почти приняла твёрдое решение всё же проверить молодого человека ещё раз. Но постоянно запирать кабинет, выходя ненадолго, было бы неудобно. К тому же, посторонние сюда попасть никак не могли, а своим работником Летти привыкла всецело доверять. Они не первый год служили здесь и никогда её не подводили – даже если совершали ошибки, то немедленно их исправляли.

Вот, например, как сейчас. Собрав осколки, Доркас покинула кабинет. Летиция села за свой рабочий стол.

Интересно, как там господин Альберран и её непутёвый кузен? Уже добрались до школы? Позволят ли им встретиться с Лукасом Эльгреном, да и что может поведать этот мальчик, слишком желторотый для того, чтобы быть близким другом Джерома и Финнеаса? Впрочем, и хорошо, что так. Едва ли эти двое могли бы послужить ему хорошим примером.

Летти прекрасно осознавала, что наверняка являлась не единственной девушкой, обманувшейся привлекательной внешностью и утончёнными светскими манерами молодого аристократа, и всё же каждый раз, когда она вспоминала о своей полудетской влюблённости в жениха, ей становилось тошно. Её ли вина в том, что не сразу удалось разглядеть его истинное лицо? Но ведь даже её отец, взрослый и опытный, считал Финнеаса Броктонвуда достойным юношей.

Если так легко принять человека за того, кем он не является, то как же вообще знакомиться с людьми, впускать их в своё сердце, доверяться?.. Неужели нужно постоянно ожидать удара в спину? Может, кто-то и выбирал именно такой путь, но Летиции жизнь, полная страхов и подозрений, казалась до крайности тяжкой и невесёлой. Ей бы не хотелось всегда быть настороже и не позволять себе положиться на того, кто окажется рядом. Она хорошо помнила, как любили и уважали друг друга её родители. Но им приходилось гораздо проще. Её отец, будучи младшим сыном, не имевшим прав на родительское наследство, женился на такой же бесприданнице.

А она, Летиция Энн Мортон, как ни крути, богатая наследница, владеющая собственным выгодным делом. Пусть её интересы в браке и защищены, внакладе будущий супруг всё равно не останется. Саймирен и его родители тоже это понимали, потому и ухватились за возможность сделать её невесткой в их семье.

***

В следующие минуты Стефан убедился, что язык у его спутника подвешен так, что тот вполне мог бы посоперничать с виднейшими ораторами. Саймирену Мортону удалось уболтать воспитателя, отвечающего за учеников, на позволение перекинуться несколькими словами с Лукасом Эльгреном под предлогом того, что им нужно передать им нечто важное от его родителей, но обязательно на словах, поскольку бумаге такую новость доверить ни в коем случае нельзя. Альберран только диву давался, как ловко у него это вышло.

– Вы не заметили, как в его карман из моего бумажника перекочевала банкнота? – усмехнулся молодой аристократ, пока они ожидали в пустой классной комнате. – Уверен, кузина всё возместит. Можете не смотреть на меня так удивлённо.

– Но вы… вы же дали ему взятку! – возмутился Стефан.

– А как ещё мы могли бы получить разрешение увидеться с мальчишкой? Деньги заменили записку от его родных. Вот и всё.

Лукас Эльгрен оказался подростком лет пятнадцати-шестнадцати, худым, нескладным и совершенно не похожим на своих родителей.

– Что вам нужно? – недоверчиво поинтересовался он, хмуро глядя на них из-под свисающей на глаза чёлки цвета лесного ореха.

– Ты меня не помнишь? – улыбнулся ему Саймирен. – Моя фамилия Мортон. Мы встречались в доме твоих родителей.

– Может, и помню, – буркнул собеседник.

– У моего друга есть к тебе вопрос.

– Мы можем поговорить наедине? – спросил Альберран, но кузен Летиции лишь помотал головой, наотрез отказываясь выходить. Вот ведь… паршивец! – Ладно. Я тоже был в доме альда Эльгрена и кое-что там обнаружил. Рисунок, который лежал в учебнике. Мне бы хотелось узнать, что он обозначает. Это очень важно.

– Мой рисунок? – ломающимся голосом переспросил Лукас, и Стефан показал ему листок, полученный от врача в морге. – Но это же не он! Хотя очень похож.

– Я не мог забрать тот, – пояснил Альберран. Перегнувшись через его плечо, Саймирен Мортон бесцеремонно глянул, что изображено на бумаге, и со свистом втянул воздух. – Но знак точно такой же.

– Мне неизвестно его значение, – пожал плечами ученик Эрроу. – Он случайно попался мне на глаза. А потом я его зарисовал.

– Случайно? – разочарованно отозвался Стефан. А он-то ожидал узнать куда больше! – Но где именно?

– Ну… – замялся мальчик. – Его вырезали ножиком на дереве. Кто это сделал, я не знаю, но, похоже, кто-то из тех, кто учился здесь до нас.

– Где-то в школе?

– На скамье для наказаний, – опустил глаза в пол альд Эльгрен-младший.

– Что? – заморгал Альберран.

– Практика телесных наказаний заведена с давних пор, – заметил Саймирен. – Или вас там, где вы учились, никогда не секли розгами? Полагаю, вырезать знак на скамье могли на спор.

– И я так подумал! – закивал Лукас Эльгрен. – Но он там давно. Те ребята, что учатся со мной, тоже его видели, но значения никто не знает.

– Давно, – повторил Стефан. Что ж, такое вполне соотносилось с тем, что ему известно. Вырезать знак на скамье для наказаний мог Финнеас Броктонвуд или его приятель в ту пору, когда они были учениками школы Эрроу.

Но к чему им понадобилось ещё и татуировку такую делать? Просто на память? Или же знак символизировал для них что-то особенное?..

– Мне необходимо поговорить с кем-нибудь, кто здесь работал, когда альд Броктонвуд и альд Эрделлин тут учились! – проговорил Альберран, когда Лукас, который больше ничем не мог им помочь, вышел из классной комнаты.

– Нет уж, дудки! – воспротивился Саймирен Мортон.

– Но разве вы не обещали мне посодействовать?

– Речь шла о том, что я провожу вас сюда и помогу встретиться с сыном Эльгренов, что я и устроил. На другое уговора не было. Мне некогда целый день торчать тут с вами! Кузине можете так и передать! – фыркнул молодой человек. – Вообще не понимаю, зачем ей помогать вам делать вашу работу!

– Я расследую два убийства!

– И что вам расскажут сотрудники школы, которую Финн и Джером давно покинули? Назовут имя убийцы? Не смешите меня!

– Однако они могут знать что-нибудь о знаке с рисунка!

– С чего бы? – бросил Саймирен. – Знак явно на спор вырезали на деревянной скамейке, где нас, потомков древних родов, подвергают унизительному наказанию! Откуда учителям и воспитателям, которые находятся по другую сторону баррикад, знать о том, что этим хотели сказать их подопечные?

Стефан с неохотой признал, что собеседник прав, и они покинули школу. На обратном пути Альберран хмуро смотрел в окно кареты и вдруг изумлённо приоткрыл рот. Пасторальный сельский пейзаж, который расстилался перед ним, он уже видел прежде – на открытке, которую незадолго до того, как его убили, получил Джером Эрделлин.

Глава 22

Следующая встреча Стефана и Летиции Мортон состоялась на кладбище. На похоронах Финнеаса Броктонвуда. Как невесте покойного ей надлежало присутствовать, и девушка выглядела такой хрупкой и одинокой в закрытом чёрном платье, что у Альберрана сердце сжималось. Как бы он хотел стоять с ней рядом, держа её за локоть! Но вместо него возле неё находился Саймирен Мортон, тоже облачённый в траурный костюм.

Стефан старался быть неподалёку и видел, как другие присутствующие здесь посматривали в её сторону. Как перешёптывались, наверняка упоминая её имя. Но она оставалась безучастной. Ни на кого не смотрела. Когда к ней подходили выразить соболезнования, отвечала односложно.

Речь священнослужителя была недолгой. Он говорил о молодости убитого, о несправедливости судьбы, забравшей его жизнь, а также о правосудии. Альберран почти не слушал.

Затем кладбищенские работники приступили к делу. Гроб из дорогого красного дерева опустили в развёрстую могилу, к которой начали подходить люди, чтобы бросить туда горсть земли. Летиция тоже подошла. Альберран не видел её лица за плотным кружевом вуали, но заметил, как дрогнула затянутая в чёрную перчатку рука, когда девушка разжала пальцы. Но, когда она отходила, её спина оставалась, как обычно, прямой, а осанка гордой и несгибаемой.

Следующим к могиле приблизился её кузен. Глядя на него, Стефан вспоминал их недавнюю поездку в школу Эрроу. Что-то – кроме того, что таинственный знак обнаружили вырезанным на скамье для наказаний, а тамошний пейзаж оказался тем же, что и на открытке с угрозами – насторожило его тогда. Поведение его проводника? Неужели Саймирен мог быть как-то связан с убийствами?..

Разумеется, члены семьи Броктонвудов – Берланд, Фабиана и Анайрин – здесь тоже присутствовали. Родственников покойника, кроме них, не было. Должно быть, ещё не успели приехать из дальних колоний.