Светлана Калинина – Дервиш-паша - визирь Османской империи. Книга 3. "Новая эпоха" (страница 4)
– Ты чего замер? – вывела парня из стопора Мирей, – господин ушел, давай начнем…
– Дервиш-паша, мне запретил приближаться к тебе…
– Он назвал тебе своё имя?
– Визирь потребовал, чтобы я сам назвал его…
– И ты угадал? – подняв бровь, спросила хатун.
– А ты полагала, что я глупец?
– Ха-ха, если бы не моя оговорка, ты бы не догадался.
– Хмм, как же…
– А почему господин запретил приближаться ко мне? Неужели он подумал, что ты мне интересен? – с усмешкой сказала хатун.
– А разве нет? – искренне удивился юноша, – стала бы ты приходить каждый день ко мне?
– Да ты… да я… кх… – возмутилась девушка и отвернулась.
Кара Мустафа понимал, что эта демонстративная игра для одного зрителя, лишь уловка хитрой хатун.
– Я хожу к тебе для того, чтобы научиться стрелять из лука и владеть саблей, хотя ты ещё тот учитель… пфф…
– Ах так? Тогда не мешей мне тренироваться…
Кеманкеш взял лук и отвернулся к мишени. Мирей смотрела, как юноша натянул тетиву и выстрелил, стрела пронзила сердцевину, и девушка сердито сжала тонкие губы. Кара продолжал выпускать одну стрелу за другой и каждая последующая попадала в предыдущую.
– Ладно, дай мне, – властно сказала девушка, – пока ты все стрелы не переломал.
Юноша покорно уступил лук и протянул девушке. Мирей уверенно взяла стрелу и практически не целясь, выстрелила. Стрела попала в центр мишени, рядом со стрелой Мустафы.
– Ну, а теперь попади в свою же стрелу…
– У меня не получится…
– Что значит, не получится, стреляй, – нежно прикрикнул парень.
Мирей долго прицеливалась и, выстрелив, промахнулась.
– Нет, так не пойдет, – юноша выхватил лук у девушки, – посмотри на меня, я начинаю прицеливаться и долго стою в напряжении, пальцы устали, устали локти и плечи, глаза стали мутнеть и что в результате? Промах…
– Как же надо?
Кеманкеш взглянул в глаза девушки.
– Ты знаешь, где цель, ты знаешь с какой силой нужно натянуть тетиву и то, что тебе нужно это только выстрелить…
Стрелок поднял лук и, бросив мимолетный взгляд на мишень, выстрелил и попал в стрелу Мирей.
– Ну, а теперь ты.
Мирей с осторожностью взяла лук и выдохнула воздух из груди.
– Попробуем, – тихо сказала она.
Девушка опустила голову, потом уверенно подняла лук и выстрелила в мишень. Мирей показалось, что время остановилось, и она знала точно, что стрела попадет в цель. Ещё секунда и её стрела разрезала стрелу Мустафы напополам.
– Я попала, – закричала от неожиданности девушка и кинулась на шею молодому человеку.
Сердце юноши готово было выскочить из груди, от близости нечто запретного. Опомнившись, хатун отскочила в сторону от Мустафы, как от огня и стала смущённо поправлять свой наряд.
– Мне пора, – Мирей опустила голову, – продолжим завтра.
Юноша не хотел отпускать хатун и схватил её за руку. Девушка взглянула в его глаза и замерла. Мирей тоже не хотелось уходить, и молодые люди смотрели друг на друга, боясь нарушить момент.
– Мирей, – окликнул девушку женский голос, – тебя ищет госпожа, иди немедленно к ней.
– Я иду, Нергис-хатун, – ответила девушка и побежала во дворец.
Нергис-хатун окинула юношу взглядом и улыбнулась. Кара Мустафа, не подавая вида, что смутился, взял саблю и продолжил тренировку.
На следующий день Мирей дождалась, когда Дервиш-паша уедет во дворец Топкапы и побежала к тренировочной площадке. Кара Мустафа уже упражнялся с саблей и не сразу заметил приход девушки. Удивительное зрелище, когда мужчина борется с мнимым врагом и, по всей видимости, побеждает его, хоть в руках и деревянная сабля.
– Что ты здесь делаешь? – раздался голос Дервиша-паши за спиной Мирей.
– Паша… – опустив голову, смутилась хатун.
– Я не припоминаю, что позволял тебе здесь находиться.
– Господин, – остановив тренировку, вступился Кара Мустафа.
– А тебя не спрашивали… – огрызнулся паша.
– Я хотела научиться владеть саблей и…
– Дай саблю, приказал паша, выставив руку.
Кара без промедления вложил ему деревянное оружие в руку, капудан отдал его девушке, а сам взял другую тренировочную саблю.
– Давай, нападай.
Мирей уверенно встала в позицию и кинула хитрый взгляд на визиря. Девушка замахнулась, и Дервиш одним ударом выбил оружие из рук хатун. Паша покачал головой и ухмыльнулся.
– Ты не победишь меня в открытом бою, я сильнее тебя и у меня больше опыта…
Мирей подняла саблю и вновь вышла на позицию, крадучись переставляя ноги. Хатун выставила саблю вперёд, и капудан вновь хотел ударить, чтобы выбить её из рук, но Мирей сделала поворот вокруг оси и хотела нанести удар с разворота. Опытный паша всё же отразил неожиданный выпад. Девушка отскочила назад, увидев, что визирь хочет схватить её за руку. Дервиш одобрительно качнул головой и улыбнулся. Капудан стал наступать на хатун и она, пытаясь отбиваться, пятилась назад. Мирей уперлась в стену дворца и паша, предвкушая победу, выбил саблю из её рук и приставил деревянное оружие к горлу хатун.
– Повелитель, – крикнула хатун глядя через плечо капудана.
Дервиш обернулся, ослабив хватку и девушка, скользнув вниз, подняла свою саблю и приставила к спине визиря.
– Обманщица, – усмехнулся паша, поняв, что повелителя здесь нет, – это не тебе надо брать уроки у Кеманкеша…
– Хм… – гордо подняв, голову хмыкнула хатун.
– Учись, Кара Мустафа, – отдав саблю, сказал Дервиш юноше, – благородство не всегда уместно в бою, если противник сильнее тебя, следует действовать хитростью. Главная цель в любой битве это остаться в живых. Неразумно погибать, ведь твоя жизнь нужна падишаху, и пожертвовать своей жизнью можно только для спасения повелителя.
– Паша, а если бы повелитель послал к Вам палачей, чтобы сделали Вы? – спросила Мирей.
– Я бы сражался с ними…
– Но это идет в разрез с приказом султана.
– Я верен Нашему падишаху и если бы он отдал такой приказ я не поверил бы в это…
– А если сам повелитель поднимет на Вас свой меч?
Визирь заметно погрустнел от такой мысли.
– Воля повелителя – это воля Аллаха. Я бы смирился с судьбой…
От слов паши у молодых людей застыла в жилах кровь. Они ещё до конца не осознавали, как во имя кого-то можно отдать самое ценное, что есть у тебя – жизнь.
– Мирей, я хочу поговорить с тобой, – Дервиш показал ей идти за ним.
Хатун побрела за пашой, опасаясь, что он накажет её за общение с Мустафой.