Светлана Хорошилова – Девушки с палаткой (страница 6)
– Илья снабдит нас всем необходим: даст крутую палатку, горелку газовую с баллонами, котелки походные, спальные мешки… Даже удочки даст – рыбу ловить сможем. Представляешь, как прикольно?
– Не представляю… – вяло покачала головой Татьяна. Марьяна обежала взглядом по сторонам, снова заговорила тише:
– Да что тут непонятного? Тайком уедем в лес!
Сводная сестра вылупила на Маркус глаза, недоумевая, почему ей приходится настолько подробно всё разжёвывать. План в её понимании казался гениальным. Заметив, что та всё-таки не врубается, она продолжила разъяснять:
– Илья отвезёт нас на своей машине, а отец пускай разыскивает… Учитывая его репутацию «рокового барана», полиция затаскает его по допросам. Может вообще в камере посидит какое-то время – ему полезно будет.
– Подожди… Как мы уедем тайком?
– Да мы всё продумали… – Тон у Марьяны достиг апогея заговора. Оказывается, она далеко не безобидное юное создание, в ней сидел отпетый махинатор. – Когда отец свалит на работу в ночь, мы оставим здесь всё, как есть: постели не заправленными, телефоны разбросанными, вещи все оставим на своих местах – только то, что было одето на нас исчезнет вместе с нами… Тёплыми вещами Илья снабдит, вдруг ночи будут холодными. И потом незаметно пробежим огородами за посадки, а там Илюхина машина дожидаться будет. Никто не увидит, как мы уедем. Крутой план, правда?
– М-м… И сколько мы будем в этом лесу торчать?
– А вот тут надо набраться терпения – до конца лета, как минимум. Зная нашего отца, он спохватится только через недельку-другую. Пока с кем-либо поделится своими подозрениями, пока туда-сюда…
Татьяна удручённо запрокинула голову назад, сморщив лицо, будто наелась кислятины.
– О-о-ой, ну нет… – сказала она. – Я так долго не смогу… Я там чокнусь. Да и питаться чем-то надо будет.
– Насчёт этого не волнуйся: Илья нам полные рюкзаки набьёт походной едой – он парень не из бедных. Он классные консервы достаёт, типа армейских: тушёнка, борщи, даже нормальный сыр и сливочное масло, закатанные в жестяные банки. Уху будем варить… Наберём с собой картошки, крупы… Знаешь, как классно! Не пропадём! Люди в походах так и живут: в реках купаются, в роднике воду набирают… Купальники с собой возьмём. Романтика! А ещё он знает места, где не ступала нога человека – нога его семейства не в счёт.
Реклама проведения романтических каникул до сих пор Татьяну не впечатляла, та реагировала сухо в отличии от сводной сестры, заводящейся от собственных слов.
– Блин, Марьян, там наверняка звери водятся: медведи, волки… Я их пипец как боюсь!
– Да никого там нет, кроме лося! Ну зайцы, лисы – их-то чего бояться? У него палатка дорогая двойная – в неё ни один зверь не заберётся, в ней ни жарко, ни холодно, в ней, как в маленькой уютной квартирке. Даже двуспальная кровать имеется – специальный надувной матрац. Вот такая высокая… Щ-щас я покажу тебе на фото…
Пальчики Марьяны мягко заскользили по экрану, затем она выставила перед сестрой одну из сотни походных фотографий, на которой блаженный Илья распластался на добротном надувном матраце, подложив под голову руки.
– А как же цивилизация, интернет? – взглянув на гаджет, спросила Татьяна.
– Да ну её нафиг – цивилизацию! Я лучше без интернета буду жить, зато никто мне над ухом орать не будет, да ремнём перед мордой размахивать, а уж табуретками в меня швырять тем более.
– Ну я не знаю…
Глаза Марьяны вспыхнули – почти уговорила.
– А этот Илья… Что ты о нём знаешь? Ты с ним встречалась-то пару раз… – Татьяна вернулась на исходную, обламывая и обламывая затею. Её занудствам не было конца, отчего сестра громко измождённо выдохнула.
– И что?! – возмутилась она. – Мы с ним целых полтора года переписывались…
– Ага! Раз в месяц по сообщению!
– И что раз в месяц?! Этого достаточно, чтобы узнать человека… Что он нам сделает?
Маркус вскочила с места, раздражённо слоняясь из угла в угол. Так она напоминала свою мать: задумчивую, осторожную и подозрительную на фоне сумасбродной сестрицы – копии своего папаши.
– Отвезёт в жопу мира и бросит! – выпалила Татьяна. – Как мы оттуда выберемся? Ты об этом подумала?
– Он же и заберёт – мы с ним договорились.
– А если не заберёт?
Марьяна психованно фыркнула.
– Ну почему не заберёт? У нас же будет в залоге его арсенал. За своими пожитками он точно вернётся.
– Знаешь, что мне больше всего не нравится в вашей затее? – поразмыслив спросила Татьяна. – То, что об этом никто не будет знать, кроме нас троих и если чего случись…
– Тань, мы не на Марс улетим… – Обе притихли. – И вообще… – завелась Марьяна. – Не нравится моя затея, не соглашайся! Я одна в лес упрусь и буду там жить…
Козырь был найден. Такого старшая сестра никак не могла допустить, по одному её виду стало ясно – она согласна.
– Ну что, назначаю встречу Илье? – уставилась на неё Марьяна. – Даём добро на эту авантюру?
Всю следующую неделю в доме сестёр витал дух заговора – его бы заметил кто угодно, адекватный и внимательный, но только не вечно пьяный родитель. Сёстры вели себя подозрительно тихо, тем временем они складывали в ящике дивана припасы.
Илья получил ответ – Марьяна назначила встречу с чужого номера, чтобы не оставлять следов, по которым на его контакты могли бы выйти. Зачинщик авантюры был одним из многочисленных контактёров в массе бестолковой переписки, какую можно найти у большей части молодёжи: «Привет!», «Ты классная!», «Чем занимаешься?» и тому подобное, к тому же последний раз Марьяна с ним списывалась месяц назад. Диалог как всегда закончился пустословным «Ну ладненько…»
В тот день, когда они с Ильёй случайно столкнулись в гипермаркете – это было дня за три до того, как отец швырнул в неё табуретом, на вопрос Ильи: «Как поживаешь?» Марьяна сразу расплакалась. Ему понадобилось время, чтобы она успокоилась, и разговор свёлся к размышлению, как утихомирить безумного отца. Тогда Илья, сочувствуя ей, предложил свою идею, та обещала подумать. При следующей встрече, назначенной Марьяной, план был утверждён окончательно: никаких звонков, никакой переписки – следующий раз они увидятся в ночь отправки.
– Этот способ проучить отца самый действенный, верняк! – продолжала накручивать сестру Марьяна. – Ну представь: пошли мы жаловаться на него в полицию… И что? Знаешь сколько там таких семей неблагополучных приходит жаловаться? А теперь мы стали совершеннолетними. Кому мы теперь нужны? Нас же не переселят в другой дом, не выделят квартиру. И в отношении отца… Ну и что? Побеседуют с ним по душам, а он от этого только злее станет.
– Можно подумать, после нашей выходки с исчезновением он злее не станет… – скептически отреагировала Татьяна.
– А мы ему после того, как преподадим урок, не кинемся рассказывать, что уезжали с палаткой рыбачить… Скажем, что смотрели как обычно телек и вдруг увидели светящийся шар, который плыл прямо на нас… А потом провал! Ничего не помним! Мы с тобой станем ключевыми фигурами в истории о похищении людей пришельцами. Репортёры набегут… Уа-а-ау! – Она взмахнула руками, изображая восторг. – Обступят с микрофонами со всех сторон. А потом начнут приглашать на ток-шоу. Отец, наоборот, от нас шарахаться начнёт, вдруг в нас самих что-то вселилось, как в том фильме, вдруг за нами сверху наблюдают. Да и вообще… Мы станем популярными – разве он посмеет нас тронуть…
– Ага! Будто наше враньё не раскусят…
– Да кто нас раскусит с таким гениальным планом? Пока мы будем с тобой природой любоваться, там всё и обговорим, придумаем подробный сценарий нашего исчезновения… Я уже так и вижу перед собой, как открываю глаза… – Марьяна, наоборот, их томно прикрыла. – А надо мной нависли странные серые… нет, серебристые существа, похитившие меня ради экспериментов, и я снова теряю сознание… Бах! И снова в прострации… А если спросят: сколько времени прошло, скажу, что проваливалась в забвение на пять минут. Мне скажут: а вы знаете какой сегодня день? Сейчас август месяц. А я вытаращу глаза и отвечу: этого не может быть! Какой август месяц? Я только что потеряла сознание, очнулась, а мне говорят, что я побывала в бермудском треугольнике…
Татьяна наблюдала за сестрой с иронией, по её лицу постепенно расплывалась улыбка. Одновременно она протирала влажной тряпкой полки с учебниками, хотя до отъезда оставалось всего два дня. Марьяна не стала её отговаривать от уборки – план от этого становился только совершеннее: здесь жили хорошие девочки, и в их комнате царил полный порядок. А в другой комнате тем временем выстроились в ряд пустые бутылки среди переломанной, стянутой скотчем мебели, потому что на неё периодически заваливалось невменяемое пропитое существо, называющее себя отцом.
– Илья нас так же посадками домой привезёт и так же по темноте. – Марьяна всё продолжала строить планы. – Снова переоденемся в домашние шмотки и сядем перед телеком как ни в чём не бывало с офигевшими глазами… Докажи обратное!
– Интересно, как ты будешь объяснять появившийся загар?
– Да кто его видел… наш загар? Откуда кто вспомнит, какой у нас был загар до исчезновения? Я и сейчас загорелая – взгляни на меня.
Татьяна тем временем добралась до шкафов с одеждой – её рука с тряпкой лихо сновала, не обходя вниманием всё свободное пространство полок, поднималась выше, протирала от пыли стенки, потолок.