Светлана Гольшанская – Пророк (СИ) (страница 80)

Микаш сохранял непроницаемое выражение лица, но от нетерпения даже стоять смирно было пыткой!

Показался его силуэт: средний рост, сухощавая фигура, движения скупые, словно берегущие силы. Он кого-то приветствовал, кому-то вручал награды. Когда Гэвин поравнялся с ним, Микаш не сдержал предвкушающую улыбку. Но маршал лишь безразлично скользнул взглядом и прошёл мимо. Может, объявит потом?

— Мастер Холлес, — остановился маршал возле высокородного. Тот вместо церемониального поклона едва качнул головой. — Рад сообщить, что вы назначены командиром роты Белогрудок. Несите свою службу с честью и доблестью.

Микаш повернул голову. Вильгельм смотрел на него в упор, злорадно ухмыляясь. Как плетью огрел.

Ну, конечно! Размечтался, идиот!

Микаш отвернулся и отодвинул разочарование за каменную стену безучастности. Бесполезно это. Надо тренировать парней. В голове уже составлялись планы: разметить время и нагрузку, как следует её наращивать…

— Вольно! Разойдись! — отвлёк приказ лорда Мнишека.

Микаш повёл затёкшими плечами, смотря в сторону удаляющихся Соек. Они избегали его взгляда, неловко было или боялись… Как прокажённого. Надо где-нибудь переждать. Одному всегда легче. Одиночество исцеляет душевные раны как ничто другое.

— Эй, стоять! — окликнул его лорд Мнишек.

Микаш повиновался. Нужно соблюдать дисциплину и держаться подальше от неприятностей. Нужно хорошо исполнять свою работу.

— Маршал требует тебя к себе срочно. Надеюсь, он примет мои рапорты во внимание. Твоё поведение не подобает рыцарской чести!

— Так точно, мой капитан! — ответил Микаш, пропуская всё мимо ушей.

Сбегал к костру за отчётом. Сойки поглядывали исподтишка, мрачно молчали. Их жалость только нервировала. Вдох-выдох. Вытерпит, не маленький. Ночь заберёт печали.

Стражники у шатра пропустили без лишних слов. Тлели угли в жаровне, горели свечи на столе, в чашке дымился ароматный отвар. Маршал чертил что-то на карте.

Прежде чем Микаш успел поздороваться, вошёл Вальехиз и заставил его посторониться.

— Послание от лорда Эдгарти! — он вручил маршалу листок.

— О милостивые боги! Высокие лорды решили устроить состязание, кто отхапает себе больше освобождённой земли? — возопил Гэвин, смяв послание.

— Отмерьте наделы согласно тем деньгам, что они дали на этот поход, — пожал плечами Вальехиз.

— Они все вместе взятые давали меньше, чем вложил я, — Гэвин закрыл веки и надавил на них пальцами. — Чтобы я ещё хоть раз у них что-то попросил, скряги скудоумные! Они даже удержать эти земли не смогут, учитывая, что фронт с единоверцами проходит совсем близко. Когда это стало модно, жертвовать всё здравомыслие жадности?

Мда, как-то он не вовремя.

— Мне зайти позже? — кашлянул в кулак Микаш.

Гэвин открыл глаза и посмотрел на него, смягчаясь.

— Нет.

Микаш подошёл и положил на его стол отчёт.

Гэвин хмыкнул:

— Обстоятельно.

Углубился в чтение.

— Моей службой недовольны? — спросил Микаш после затянувшегося молчания.

Гэвин снова посмотрел на него. Под потускневшими глазами красовались тёмные круги, скулы заострились как у покойника.

— Вы назначили капитаном Холлеса, — неловко пояснил Микаш.

Резная чёрная бровь поползла кверху.

— Так назначили бы вас, согласись вы жениться на дочери лорда Баттьяни. Это он для своего зятя должность подсуетил, — холодно ответил за маршала Вальехиз. — Думаете, мы сильно рады его назначению?

— Да, Холлес не слишком удобный человек на этом посту. Того и жди неприятностей, — пробормотал Гэвин и снова погрузился в чтение.

Микаш виновато потупился. Высокородный продал себя подороже, как опытная шлюха. Микаш бы так ни в жизнь не сумел, лучше удавиться на собственной гордости.

— У вас ещё есть шанс получить повышение, — продолжил Вальехиз. — Женитесь на дочери лорда Веломри. Уж ей-то вы не побрезгуете, или она только в постели хороша?

Лицо будто ошпарили, даже дышать сделалось трудно.

— Каким образом моя личная жизнь стала публичным достоянием?!

— Хотите быть героем на большой должности, будьте готовы, что каждый ваш чих станут обсуждать все кому не лень, — назидательно отрядил Вальехиз.

— Скажи спасибо, что они не додумали того, чего и в помине не было — поддержал его Гэвин, не отрывая глаз от бумаги.

— Посему, — Вальехиз снова перевёл внимание на себя. — Лучшую партию, чем вы, для своей дочери лорд Веломри вряд ли отыщет. А уж родного зятя в Совете грех не поддержать. Тем более его сын показался себя хм… несерьёзным.

— Она не хочет замуж. Её работа для неё главное, — Микаш отвернулся. Неприятно было сознаваться, что ему страшно услышать отказ. А лорд Веломри? Вдруг он вспомнит слугу, которого обещал выпотрошить и выставить в трофейном зале за недостойную любовь к его дочери? Тогда все узнают…

— Твоё попустительство ни к чему хорошему не приведёт, — Гэвин отложил бумаги и, устало потирая переносицу, посмотрел на него. — Жерард мягко стелет, да жёстко спать. А женщины создания хрупкие, должны сидеть за надёжными стенами и воспитывать детей.

Микаш грыз губы. Нужно добиться повышения без чужих подачек. Быть может, тогда он станет достойным её, и она сама захочет за него замуж, как захотела быть его любовницей. Украденные поцелуи никогда не сравнятся с теми, что дарят добровольно.

— Гордыня плохой советчик. Без влиятельных знакомых ничего не добиться, — повторил Вальехиз давешние слова Вильгельма, чем утвердил решимость Микаша.

— Только порой их хочется придушить собственными руками, — рассмеялся вдруг Гэвин, показывая, как свернул бы шеи высоким лордам из Совета. — Вальехиз, до завтра ты мне не понадобишься.

Помощник закатил глаза:

— Опять секреты? Нашли себе поверенного, честное слово!

Но всё же подчинился и ушёл.

Микаш облегчённо выдохнул. Наедине с маршалом он чувствовал себя гораздо раскованней, почти как с другом. Гэвин поднялся из-за стола и подошёл к нему, по обыкновению сложив руки на груди.

— Всё не так уж плохо. Для тебя есть более подходящее назначение.

Микаш удивлённо моргнул.

— Лорд Мнишек, конечно, заслуженный капитан, но потерял хватку. Больше ратует за чистоту и дисциплину во время построений, чем за мастерство и сплочённость в бою. Будешь помогать ему и наведёшь в роте порядок. Красноклювы должны стать сильнее. Мы не можем позволить себе столько потерь.

— Снова грызть зубами землю, чтобы трофеи получали другие? — Микаш понурился.

— Если есть качество хуже гордыни, то это тщеславие, мой мальчик, — качнул головой маршал. — Мне не нужны люди, которых волнует только своё благополучие и слава. Настают тяжёлые времена, когда спасти наше племя сможет разве что самоотверженный труд. Я думал, ты понимаешь, но если нет, возвращайся к Сойкам. Только ты уже получил от них всё, что мог. А помогая лорду Мнишеку, ты многому научишься. Именем высокородного ты сможешь отдавать любые приказы и никто не усомнится в твоей власти. Подумай, сколько ты сможешь сделать для меня, для этой армии и для всего Мидгарда.

Ничего никогда не даётся легко?

— Лорд Мнишек меня терпеть не может. Он воспримет это, как личное оскорбление.

— Если не хочешь, тогда я просто выдам тебе ещё одну медаль, — Гэвин безнадёжно махнул рукой.

— Нет, я сделаю всё, что вы скажете, только дайте другую награду: дружеский поединок.

— Прямо сейчас?

— Боитесь опозориться перед всей армией?

— Размечтался!

Они вышли на улицу. Забрав у стражников свой меч, Микаш скинул куртку с рубахой и встал на изготовку. Гэвин зеркально повторил его стойку. Вокруг собиралась толпа. Микаш смотрел в глаза маршалу, пытаясь предсказать его действия. Не вытерпел и первым ринулся в бой. Маршал парировал играючи. Достойный противник, единственный в жизни. Они кружили друг напротив друга. Хитрые манёвры, рискованные выпады, обманные финты. Изящный танец под музыку скрещивающихся клинков. Никто не хотел, чтобы он закончился слишком быстро.

Гэвин наносил короткие точные удары. Микаш ушёл в глухую оборону, раскручивая клинок петлями. Нужно атаковать при первой возможности. Но темп всё нарастал. Микаш замахнулся несильно, изучая маршала. Увернулся, парировал, отводя клинок в сторону. Лишь короткие мгновения, когда можно откинуть противника назад.

Пот катил градом, мышцы гудели, но это была приятная усталость. Азарт пьянил. Даже глаза маршала полыхали ярче, слетали оковы измождения. Два хищника, два яростных стальных вихря, сходились и расходились, снова и снова.

Не хотелось, чтобы бой заканчивался, как жаркие ночи Эскендерии, полные томных ласк. Где ещё можно опробовать все свои умения? С кем ещё узнать столько новых приёмов? Хотя ясно, стоит Гэвину применить дар, и бой оборвётся. Телепатия против телекинеза бессильна и даже вредна. Но Маршал сражался только мечом.