Светлана Гольшанская – Дорога без начала и конца (СИ) (страница 28)

— Смотрите, это наш саркофаг! — позвала она остальных.

— Осторожней, я уже видел его… ну тогда, — поспешил предупредить Ждан, но на этот раз Герда была уверена, что это не галлюцинация. Крышка гроба оказалась сдвинута. Подойдя поближе, Герда заглянула внутрь. Никакого золота или останков там не оказалось. Вместо них саркофаг сверху донизу заполняли свитки.

— Ну, конечно. Сокровища волотов — вовсе не золото, а знания, — зачарованно воскликнула Герда, потянувшись за одним из свитков. Ждан и Финист с Дугавой на руках поспешили к ней, боясь снова потеряться в бесконечных каменных залах.

Как только пальцы коснулись свитков, те тут же рассыпались в прах. Герда досадливо поджала губы — остался лишь один на самом дне. Она достала его и аккуратно развернула.

— Буквица? Как странно. Мне казалось, что в древности использовали другое письмо, — удивилась Герда. — Наверное, здесь какое-то заклинание.

Она протянула свиток Финисту, тот недоуменно уставился на нее.

— Лучше ты прочти. Думаю, это заклинание предназначено для Стражей, — Герда еще раз попыталась отдать ему свиток, но Финист лишь густо покраснел и опустил глаза.

— Я… — с трудом выдавил из себя он. — Я не Страж, а всего лишь оборотень второго ранга. И… я не умею читать.

Дугава пораженно выдохнула. Герда открыла рот и тут же закрыла, не найдясь, что сказать. Вместо нее подал голос Ждан.

— Что здесь удивительного? На голубиных станциях мы всегда писали послания за него. Можно было догадаться.

Финист бросил на него укоризненный взгляд.

— Ну что ж, — попыталась сгладить неловкость Герда. — Тогда придется мне. Ведь должна же я хоть чем-нибудь быть полезной. Давайте возьмемся за руки.

Они стали кругом, и Герда начала нараспев читать написанные в свитке слова:

— Керминус тир фореземиус бэрг юхиам!

В лицо пахнул холодный осенний ветер. Где-то вдалеке медленно, будто нехотя разгорался восход. Они стояли посреди старого тракта у гряды курганов. Рядом паслись их лошади.

— Все хорошо, что хорошо заканчивается, — Ждан оказался больше всех рад выбраться. Должно быть, чувствовал себя виноватым в том, что им пришлось пережить столько ужасов этой ночью. — Сейчас бы поспать.

— Светает. Надо ехать. И так уже много времени потеряли, — возразил Финист.

Дугава еле держалась на ногах. Ее все еще заметно потряхивало от воспоминаний об иллюзии. Ждан не переставая зевал, а походка Финиста, прежде легкая и стремительная, как полет хищной птицы, сделалась грузной и измученной. Герда решила побыть сегодня гласом разума. Она положила руку на плечо Финиста и вкрадчиво сказала:

— Давайте отъедем отсюда на пару верст, найдем подходящее место и отдохнем. Какой толк спешить, если от изнеможения мы свалимся на полпути?

Финист тяжело вздохнул, но все же согласился. Он усадил Дугаву в седло и шепнул что-то на ухо ее лошади. В неярком свете восходящего солнца Герда разглядела, что надпись на свитке из кургана загадочным образом изменилась — теперь на нем красовались странные крючковатые символы, о значении которых оставалось лишь гадать. Герда скатала его, засунула в кожаный футляр и спрятала в сумку. Кто знает, может, он еще пригодится. Да к тому же в любой книжной лавке такую диковинку с руками оторвут.

Они ехали по двое друг за другом: впереди Дугава на ступавшей нарочито осторожно Пустельге, старавшейся лишний раз не трясти свою всадницу, и присматривающий за ней Финист, Герда со Жданом сзади. Молчали. Кто-то слишком устал, чтобы говорить, а кому-то было просто неловко. Герде же приходилось слушать язвительные замечания кота по поводу того, что Финист не умел читать. Невидимый зверь в конец озлобился после неудачной попытки оборотня ее поцеловать. От котиного брюзжания сильно разболелась голова. Герда уже начинала подумывать, а не сбросить ли невыносимое животное с крупа лошади, чтобы оно поумерило свой пыл. Расправу предотвратил Ждан.

— Послушай, я… — неловко начал он, ровняясь с лошадью Герды. — Я плохо к тебе относился. Мне казалось, ты можешь накликать на нас беду, и нечаянно сделал это сам, а ты… ты спасла нас, в то время как я был абсолютно бесполезен. Прости меня. Давай будем друзьями.

Герда ласково улыбнулась и кинула.

— У тебя были причины подозревать меня. То, что я увидела в иллюзии Дугавы, ужасно. Я не представляла, что так бывает. Людей жгут на кострах живьем… В нашей глуши никто о таком зверстве даже помыслить не мог.

— Голубые Капюшоны — это болезнь, поразившая нашу страну, — согласился Ждан.

— Видел их вблизи? — осторожно поинтересовалась Герда. — Как они выглядят?

— Как обычные люди, — явно не понимая, куда она клонит, ответил Ждан. — Разве что взгляд у них такой, словно въедается тебе в голову, потрошит ее, вываливая все мысли, как кишки наружу.

Герда передернула плечами.

— Но с Финистом нам ничего не страшно. Хоть я и не согласен с некоторыми его решениями, но надо отдать ему должное, сражаться он умеет. И дар его сильнее, чем у всех, кого я видел в этой хваленой Компании. Ему должны были дать высший ранг, а дали только второй и то с условием, что он доставит нас в вольные города Лапии. Не представляю, насколько все это должно быть для него унизительно.

— Но почему… — начало было Герда, но Ждан ее перебил.

— Он же из Заречья. Там такая нищета, что даже школ при церквях нет. Точнее, их не посещают. Не думаю, что у Финиста был хоть один шанс выучить грамоту в детстве и сомневаюсь, что оно вообще у него было.

Ждан с Гердой одновременно посмотрели на ссутулившуюся фигуру едущего впереди предводителя.

— Думаю, я могла бы ему помочь, — заметила Герда.

— Смотри, он очень упрямый, — предупредил Ждан.

Через пару часов, когда курганы остались далеко позади, а солнце выплыло из-за горизонта, путники спешились и разбили лагерь на небольшой поляне под пригорком. Финист развел костер, пока остальные доставали одеяла и укладывались спать. Он сам вызвался караулить, позволяя отдохнуть товарищам.

Пока они спали, Финист успел поймать и освежевать крупного зайца, нанизал тушку на палку и начал коптить ее на костре. Герда уже полчаса наблюдала за ним из-за полуопущенных век и решила встать, когда он уселся у костра и заворожено уставился на танцующие языки пламени.

— Тебя что-то гложет? — она решила зайти издалека и, усевшись рядом, тоже принялась пристально наблюдать за огнем.

— Мы опаздываем на встречу со смотрителем голубиной станции в Утяне, — мрачно ответил он, не поднимая глаз. — Компании это явно придется не по вкусу… Да и деньги заканчиваются. Как четверо умудряются тратить вдесятеро больше одного?

Герда виновато улыбнулась:

— Прости, если бы не я, вы бы не потеряли столько времени и денег. Мы бы хотелось хоть как-то тебе помочь.

— Не стоит. Забудь, — попытался отмахнуться он, но Герда не сдавалась.

— Денег у меня нет, и я ничего особо не умею, но я могла бы научить тебя читать, — стараясь не выдать волнения, предложила Герда. Финист напрягся. Видно, идея пришлась ему не по вкусу. Герда решила не сдаваться: — Это не сложно, просто нужно немного практики, как с палками. И времени много отнимать не будет — всего полчаса в день. Ждан сказал, что в Компании тебе бы это очень пригодилось.

Лицо Финиста сохранило суровое выражение. Доводы разума его не трогали. Что ж, значит, снова придется давить на жалось. Герда взяла его за руку и заискивающе заглянула ему в глаза:

— Ну, пожалуйста. Может, если я научу тебя читать, то не буду чувствовать себя такой никчемной.

— Ладно-ладно, — проворчал Финист, смягчаясь. — Давай сюда свою книжку.

Герда придвинулась поближе, радуясь, что и на этот раз ее хитрость удалась.

Глава 7. Голубиная станция

Они уже неделю ехали по старому тракту, а расстояние сокращалось намного медленней, чем рассчитывал Финист. Начались дожди. Остановки приходилось делать более длинные. Порой дорогу преграждали поваленные деревья, и путники теряли драгоценное время на поиски обходного пути.

Чтение тоже давалось нелегко. Проклятые завитушки-буквы никак в слова складываться не хотели, а Финист больше отгадывал их по подсказкам Герды, чем действительно прочитывал. Она говорила, что делать все надо медленно, давая себе время вспомнить звук, соответствовавший каждой закорючке, произносить по слогам, но это казалось такой нелепостью.

— До-тель-гар-бер де-по-ни-чес-кий двойник человека, во-про-ша-ю-щий его низ-шие желания и ин-сти-кты, воз-ник-нув-ющий в о-пре-дель-ных условиях, как то близ-кая пи… ми…

— Гибель, Финист, гибель, это «г», — не выдержал Ждан и рассмеялся в голос.

— Все, с меня хватит! — взбеленился Финист, захлопывая книгу.

— Погоди, мы ведь только начали. Попробуй еще раз, — умоляла Герда, исподтишка гневно поглядывая на Ждана.

— Мне не интересны все эти легенды и предания. Чтение мне абсолютно не нужно и не стоит даже время тратить, — он решительно встал. — К тому же пора выдвигаться. Сегодня к обеду мы должны быть в Утяне, так что поторопитесь.

— Там должна быть книжная лавка. Я раздобуду книгу, которая тебе понравится, — с надеждой заглянула ему в глаза девушка.

Финист лишь отмахнулся, пробормотал себе под нос «бесполезно» и отправился собирать вещи.

К обеду они, конечно, не успели и в Утяне оказались, только когда солнце уже благополучно минуло зенит. За проезд через городские ворота пришлось отдать половину оставшихся денег, зато городок оказался тихим и славным. Ремесла и торговля здесь процветали, дичи в окрестных лесах водилось вдоволь, только погода не жаловала. Но ведь старый тракт уходил далеко на север. Не удивительно, что с каждым днем становилось все холоднее.