Светлана Гагарина – Мена (страница 5)

- В этой комнате мы решим нашу проблему? – иронично сказала Марго, сняв маску. – Сегодня ты сильно обидел меня. И из-за тебя я чуть не утратила доверие Сообщества Правителей, опоздав на встречу, и не получив вовремя послание о менах. Ты подрываешь мой авторитет.

- Я хочу сейчас говорить не об авторитете..., - и Кристоф сделал многозначительную паузу. - Я могу сделать тебя самой прекрасной женщиной из когда-либо существующих. И я смогу влюбиться в тебя так сильно, что ты утонешь в море моих ласк и поцелуев.

- Что? – спросила Марго. - И как ты это сделаешь? - Марго стало очень горько ещё от одной правды. - Красивой? Значит, я утону в твоей любви только тогда, когда я стану красивой? Значит, все твои слова, прикосновения ко мне - некрасивой - это игра? Это всё игра...

- Мы сделаем тебе другую внешность! Ты станешь прекрасной!

- Ты совершенно не отвечаешь на мои вопросы. Хотя, я... я всё понимаю... Я сама знаю ответы. Я слишком наивна. Я наивно жду, что смогу растопить твоё сердце, но этого не будет. Не будет никогда...

- Это будет. Это возможно, - с надеждой говорил Кристоф. Но не с той надеждой, которая помогла бы ему влюбиться в уродливую женщину, а с той, которая позволит ему добиться власти, если Марго последует его плану.

- Что ты имеешь в виду? Неужели ты хочешь, чтобы я поменялась? Но в таком случае я полностью разрушу свой авторитет. Каждая мена регистрируется. Ты хочешь, чтобы все узнали, какая я уродка? Тем более, это всего на сутки Зачем мне красота на сутки? Я хочу быть красивой всегда, хочу быть любима тобой вечно. Только тобою

- Ты будешь вечно красива, и будешь любима мною. Вечно! - сказал Кристоф и, улыбаясь, дотронулся к одному из экранов. Тут же с многочисленных тончайших жидких полотен, включившихся одновременно от простого прикосновения своего "хозяина", полился весёлый смех, наполненный радужным настроением, светлыми взглядами и искренним дружелюбием. Настроенные за долгое время наблюдений Кристофа датчики быстро сконцентрировались на многих людях. Вернее, на очень красивых девушках из разных городков. Датчики выводили изображение одной красавицы за другой, а красавицы вели свой обычный образ жизни, не подозревая, что за ними следят.

Марго не могла поверить глазам. Как он, любимый человек, мог привести её в это помещение и показывать других женщин, искренне любуясь ими в её же присутствии?

- Ты издеваешься надо мной? – со слезами на глазах, дрожа всем своим корявым телом от злости, спросила Марго. – Для чего ты мне это показываешь? Ты хочешь унизить меня? Хочешь ещё раз подчеркнуть мои недостатки, моё уродство перед остальными?

- Нет, вовсе нет! - начал успокаивать её Кристоф. – Я хочу показать тебе то, какой ты можешь стать. Хочешь – такой! А хочешь – вот такой! – продолжал Кристоф, показывая то на одну девушку, то на другую. – Посмотри, как они прекрасны. Если ты возьмёшь от всех понемногу, то станешь просто Богиней.

- Ты сумасшедший! - произнесла с горечью и обидой Марго. Она морально утомлённо и с сущей безысходностью смотрела на девушек, бесконечным потоком мелькающих на жидких полотнах. – Ты ненавидишь меня? Ты хочешь уничтожить меня Ты хочешь унизить меня, убить, растоптать, раздавить...

- Ну, ну, перестань... Вовсе нет, моя милая Марго. Я хочу любить тебя. Прекрасную, мою Прекрасную Владычицу.

- Прекрати! – раздражённо крикнула Марго. – Зачем мне красота на сутки? Зачем? Зачем мне этот позор! Я не собираюсь выставлять себя на посмешище!

- Никто и не узнает! – крикнул в ответ Кристоф.

- Что? Почему не узнает? Ты хочешь пойти против законов?

- Каких законов, Марго? Которые установил пресловутый Совет? Эти недалёкие члены Сообществ? Старики, выжившие из ума? И ты, зачем ты поддерживаешь такие законы? Зачем разрабатываешь и соблюдаешь такие законы, наравне с угрюмыми стариками? Раньше каждый мог делать то, что хотел. Меняться. Наслаждаться жизнью в полной мере! А теперь. Что теперь? Чтобы обменяться какой-то рукой на какие-то сутки, нужно об этом всем сообщить, зарегистрироваться. Ещё и могут отказать тебе - в обмене твоей же частью тела! Тебе не кажется это сумасшествием? Не кажется ли это притеснением человеческого права?

- О чём ты? Ты хочешь мне что-то сказать? Что-то страшное? – и Марго замерла, глядя не на Кристофа, а на окружающие её, пестреющие красотой жидкие полотна.

- Вся эта красота может стать твоей навсегда, а ты моей. Самая могучая и великая Марго...

- Значит, то, какая я сейчас я не годна для твоей любви? – с потерей последней капли надежды сказала Марго.

- Ты станешь лучше. Прекраснее... Пойми.

- Как я наивна, - тихо произнесла Марго. - И то, что ты предлагаешь - это незаконно. Я понимаю, что ты имеешь ввиду. Но это незаконно. Я блюститель закона, и не могу его преступить.

- Хоть раз попытайся сделать что-то ради себя. Для этой планеты уже сделано всё, чтобы спасти людей. А ты, Марго, попытайся спасти себя. Наполни свою жизнь. Посмотри, - и Кристоф указал на экраны, - посмотри, как они красивы. Как они веселятся, как радуются жизни. У них есть семьи, дети. Любимые

Марго оторвала взгляд от полотен и перевела его на Кристофа, нахмурившись от жестокости его слов. А Кристоф продолжал:

- Да, они любят. И любимы. Своими мужчинами, своими детьми. А что есть у тебя? У тебя есть счастливая любовь? Дети? Семья? Ты когда-нибудь с кем-нибудь менялась? Ты когда-нибудь познавала всю радость и преимущества мены? Ты хоть раз пробовала поменять себе лицо и по-другому взглянуть в зеркало? Хотя бы на сутки? И я знаю ответ – НЕТ! Ты настолько правильная, ты обрела себя на муки самопожертвования, что, делая счастливыми других, забыла о себе. Ты заточила себя в этом тёмном, безлюдном месте, в этом «Центре», в своей мрачной, пустой и одинокой обители. Общаешься со всеми только в этом плаще, в этой маске, и даже в перчатках. Тебя никто по сути не знает. Ты для всех идол, кукла, статуя. Неживое воплощение закона и надсмотра. Хоть кто-то подумал о тебе? О твоих чувствах? О твоей жизни? Твои чёрно-белые вещи иссушили всю тебя, всю твою душу. Ты одинока. А ведь ты могла бы каждый день меняться с красивыми женщинами, могла бы каждый день быть разной, вновь и вновь обретая новое лицо, новое тело, постоянно совершенствуя себя.

- У меня могло бы быть всё и без мены, не будь я уродкой! – закричала в сердцах Марго.

- У тебя может быть ЭТО всё, но с меной, если ты, хоть раз, перестанешь соблюдать этот дурацкий, вконец надоевший всем закон о регистрации!

- Ты хочешь, чтобы я поменялась частями тел и не зарегистрировала это?

- Да, просто поменяйся. Хоть раз. И посмотри на себя в зеркало по-другому. Не в ту пыль, в какую ты смотришься каждый день. А в чистое, светлое зеркало. Посмотри на эти прекрасные создания, - и Кристоф вновь обратился к мерцающим красотой полотнам.

- А что дальше? – со слезами в глазах сказал Марго. – И что тогда будет? После мены через сутки я вновь стану страшной и одинокой. А забирать навсегда чужие части тела я не могу. Не могу никого обмануть, предать.

- Это не важно. Просто посмотри.

Марго молчала. Её мысли заплетались. Она была в растерянности. Коварный червь, впущенный в её разум предателем, которого она так слепо любила, вытачивал изнутри свой путь, ведущий совсем в неверную сторону.

- Я оставлю тебя, - произнёс с подлой надеждой внутри Кристоф. – Подумай над моими словами.

И он, удовлетворённый своими подлыми речами, которые, по его гнусному плану, правильно начали воздействовать на внутреннее сознание Марго, вышел из Асганды.

Марго осталась одна. Враждебные жидкие полотна окружали её. Она смотрела на красивых женщин. Она так завидовала им, их смеху, их счастью, их образу жизни и внешности. Крупные слёзы выступали из тусклых, глубоких глаз Марго. Выступив, они тут же стекали по морщинистым щекам и привели Марго в чувство. Опомнившись, и внутренне ругая себя за секундную слабость, она вытерла мокрые следы с морщинистых щёк лаковой перчаткой, надела маску и быстро вышла из Асганды. Марго почти бежала по пустым коридорам «Центра». Её не покидало чувство ненависти к только что увиденным ею красивым женщинам, которых она считала виноватыми за их же красоту, и из-за которых она сейчас чувствует полное унижение и горечь от невозможности быть такой, как они. Не помня, как она очутилась у своей унылой обители, Марго ворвалась в дверь, кинулась на кровать и, более не в силах держаться, зарыдала истошным рёвом.

4

- Вот ты где, еле тебя нашёл.

- Что ты тут делаешь? – испуганно спросил Гарий у Кристофа, когда тот навестил его прямо в здании Сообщества Целителей. – Я бы сам пришёл к тебе. Мы же договорились о времени и месте. Ты можешь вызвать подозрение.

- Мне нужны твои капли, срочно, - ответил Кристоф. - Нет времени ждать, пока ты придёшь.

Он несколько щурился, никак не мог привыкнуть к атмосфере этого здания, в котором Целители изобретали свои чудодейственные средства от всех болезней: очень светлое здание, внутри и снаружи, наполненное белым светом, белым цветом, Целители в белых костюмах и белых туфлях, белыми волосами, белыми бровями и ресницами, с белыми ручками в руках, белыми папками, белой бумагой. Даже ногти у женщин-Целителей были выкрашены в белый цвет. И только текущие в разные стороны чёрные ленты, служащие передвижными дорожками для Целителей, и разный цвет кожи людей, работающих здесь, помогал Кристофу хоть как-то ориентироваться в пространстве. При попадании сюда, кажется, что попадаешь в Рай, так много здесь светлого, яркого и белого.