Светлана Фролова – Без памяти (страница 7)

Велик замер.

– Что ты сказал? Черный лес? Серединный тракт? – Лицо чужака побелело. – Твою мартышку… Я… Это… Это не Земля! Не мой мир! А ты… ты – не ролевик?!

В голосе Велика послышалась слабая надежда. Тим покачал головой.

Вот же несчастный! Так и ума не долго лишиться…

– Я – эльф, – признался Тим и внимательно посмотрел на Велика.

Если этот чужак не выдержит правды, то, к сожалению, придется сдать его страже Зенитара.

– Не верю! Быть такого не может! – Велик сорвался с места, подскочил к Тиму, схватил за уши и потянул.

Тим резко наклонился и перекинул Велика через себя – прижал к земле и застыл. Недавняя радость от победы над скелетами мигом пропала, зато в душе разлились раздражение и возмущение.

– Ты что творишь? Дурья твоя башка! Совсем пагуба мозги выела? – зарычал он.

Велик лежал на траве. В его глазах ужас сменялся восхищением. Через пару секунд он повел плечами в попытках освободиться.

– Эй, пусти! Понял я все, понял! – Велик еще раз дернулся. – Отпусти, ушастый!

– Еще раз уши тронешь, на них похож будешь, – прошипел Тим, кивнув на останки скелетов, и отпустил Велика.

– Прости, не знал, что у тебя такие чувствительные ушки. – Он подмигнул Тиму.

– Никогда, – Тим сжал рукоять гарды, – запомни: никогда не трогай эльфа за уши!

– Что же будет? – Плечи Велика расправились, в глазах появился лукавый блеск.

– Рвак тебе будет! – Тим злился.

– Чего? – спросил Велик и едва не подавился смехом.

Тим вздохнул и закатил глаза, а потом объяснил:

– Вот же дурак… запоминай, рвак – зверь, живет в чаще Черного леса. Кстати, мы именно в нем. Так вот, рвак похож на домашнюю свинью, только дикий и немного некромантией приправлен. А потому – опасный. Если встретишь его на пути, живым не уйдешь – разорвет на части.

Велик закатил глаза и пробормотал:

– Ладно, понял, извини.

– Вот и хорошо. – Тим собрал последние вещи и направился к лошадям. – Пора, поехали.

Велик побледнел, кивнул на лошадей и спросил:

– На них?

– Да, а в чем проблема?

– Ну, видишь ли, я почему-то уверен, что ездить на лошадях не умею…

– Не волнуйся, все нормально будет. – Тим погладил одного из коней по морде. – Реваллы не обычные лошади. Они помогут самому неопытному наезднику.

Велик медленно, слегка покачиваясь, подошел к животному. Лошадь повернула к нему голову и внимательно посмотрела.

– Х-хорошая лошадка. Х-хорошая. Покатай меня немного, – дрожащим голосом проговорил Велик и протянул руку к лоснящемуся боку ревалла, аккуратно погладив животное.

Велик лишь с третьей попытки влез в седло, вставил ноги в стремена и схватился за рожок. Тим едва сдерживался, чтобы не рассмеяться, настолько нелепо выглядел чужак верхом. Костяшки пальцев побелели, спина выгнулась дугой, голову прижал к гриве ревалла и тихо повторял: «Не скинь меня, не скинь меня».

– Пирит! – скомандовал Тим и направил коня к тропинке, видневшейся из-за деревьев. Ревалл с Великом на спине последовал за ним.

Через несколько минут Тим, а за ним Велик выехали на Серединный тракт – широкую грунтовую дорогу. На обочине росли мелкие кустарники и деревца, переходившие в Черный лес. Тим сдерживал своего скакуна, не давал ему перейти на рысь, а ревалл Велика так же спокойно шагал рядом. До города оставалось не более получаса.

Воздух плясал в жарком мареве. Тим ехал молча. Он размышлял о Лире и Велике.

Точно ли Лира в Зенитаре? Найду ли я ее? Получится ли доказать отцу и королю, что я достоин руки Лиры и их уважения? А что будет с этим чужаком?

Его рассуждения прервал голос Велика.

– Тим, пить хочется. Есть вода?

– Ничем не могу помочь. Потерпи. Скоро приедем. – Тим придержал своего ревалла, который норовил перейти в галоп.

– Как не можешь? Ты же эльф. Наверняка волшебник. Наколдуй или намагичь. Как правильно го… говорить? – Велик повернулся к Тиму и едва не свалился с лошади.

Реваллы заржали, а Тим ухмыльнулся. Он был согласен с лошадьми: забавный этот чужак.

– Еще скажи «зафеячь». «Колдовать» – подойдет. Но я все равно не могу.

– Почему?

Раздался топот копыт. Тим оглянулся – за ними мчался всадник в черно-оранжевой тонкой куртке. Черный и оранжевый – гербовые цвета Закатного королевства, скорее всего, срочный курьер везет почту. Тим подождал, пока всадник проедет мимо, а Велик откашляется от пыли, которую тот поднял.

– Законы магии, чтоб их… – ответил он. – Понимаешь, это способность управлять водными потоками, в небольших количествах тушить пожары. Но достать питьевую воду из ниоткуда – невозможно.

– Понятно, – промямлил Велик и замолчал.

Но ненадолго. Вскоре он опять заерзал в седле и протянул:

– Ти-и-им?

– Чего тебе?

– А почему я тебя понимаю? – Велик не отрываясь смотрел на него, будто боялся пропустить хоть слово.

Тим призадумался: рассказывать чужаку все о мире – небезопасно, но оставлять его совсем без информации – неправильно. Все же именно он, Тим, нашел Велика в лесу, значит – в ответе за него. Придержал своего ревалла и ответил:

– Наш мир называется Онимус. Он немного похож на вашу Землю. Иногда в него попадают такие, как ты. Есть несколько Правил Перехода. – Тим почувствовал, как краска приливает к лицу: надо было внимательнее слушать наставника. – Но я все не помню… Вообще для тебя важно Первое правило. Вроде бы оно такое: «Каждый чужак, пересекший границу мира Онимус, знает Всеобщий язык и язык той страны, где оказался».

Велик кивнул и, казалось, погрузился в свои мысли.

Через пару минут Тим остановил ревалла и спешился.

– Ты чего?

– Тебе нельзя в таком виде в город. – Тим долго рылся в вещмешке, затем достал коричневый сверток и подал Велику. – Накинь плащ и не снимай, пока не найдешь нормальную одежду. За воротами мы расстанемся. – Тим старался не смотреть на Велика. Снова видеть тревогу в его глазах было невыносимо. – И вот еще. На первое время.

С этими словами он бросил Велику золотой имали. Тот ловко поймал монету и принялся разглядывать. Тим хмыкнул.

Даже не поблагодарил. Чужак – что с него взять!

Тим вернулся в седло, и они медленным шагом двинулись дальше. Спустя пять минут за резким поворотом дороги выросли каменные стены, защищавшие город.

Шесть фигур в красных балахонах с капюшонами подошли к освещенному лунным светом храму Ночи на главной площади Хаупстада и замерли перед покосившейся от времени горгульей. Через пару мгновений статуя отъехала в сторону и открыла проход, освещенный черными свечами.

Фигуры спустились по ступеням, прошли через анфиладу комнат и оказались в просторном зале среди множества других людей в черных одеждах.

В центре зала на каменном помосте лежала светлая эльфийка в простой холщовой рубахе. Ее длинные, почти белые распущенные волосы шелковым водопадом струились на холодные каменные плиты пола. Казалось, что она уснула и вот-вот проснется.

Вокруг помоста на плитах были вырублены линии. Они образовывали сложный ритуальный рисунок, в углах которого расположились треноги с множеством черных свечей.

Фигуры в красных балахонах подошли к помосту. Наступила тишина, лопнувшая через минуту от гула литавр.

Черные фигуры расступились, и вперед вышел мужчина в белом плаще с красным поясом, на котором висел кинжал в ножнах; а на груди чернел медальон со Знаком Санги.

Мужчина подошел к эльфийке и замер. Молоденькая. Почти ребенок. Тонкий носик, пушистые ресницы… Глубоко в душе шевельнулось сожаление.

Печально. У нее могла бы быть интересная жизнь…