Светлана Фролова – Без памяти (страница 12)
Велик привстал, снова сел от волнения.
– Мне нечего рассказать. Пришел в себя в лесу. Вижу, парень какой-то подходит, помогает встать. Я сперва думал – ролевик, но потом оказалось, что Тим – эльф. О себе ничего не знаю. Но знаю кучу всего про мой мир. Историю, географию, политику. Могу сказать, кто президент в России. О, я из России! Страна такая…
Ману слушал внимательно и постукивал толстым пальцем по подоконнику.
– Ясно, – перебил он Велика. – Первое условие: ты растворяешься в нашем мире. Я сказал. Выкинешь свои иномирские тряпки. Эта-ва, наши люди такое не носят. Историю там учишь, традициям подчиняешься.
Велик кивнул. Надо соглашаться на любые условия. Иначе не заработать деньги и не вернуться домой.
– А как я смогу…
– Эта-ва, я говорю. Ты молчишь и слушаешь. П-нятно? – Мастер Ману дождался кивка и продолжил: – Второе правило: работу работаешь, которую я скажу или жена моя, мадам Ортис. И, эта-ва, последнее: не смей Тимиранеля обижать. Я сказал. Все п-нятно?
Велик снова кивнул.
– А что я должен буду делать?
Мастер Ортис смотрел на Велика с удивлением. На его старом морщинистом лице читался немой вопрос: «Ты болван? Чего непонятного?» Велику было непонятно, вот он и спросил.
– Полы мыть, дрова рубить, троллью блевотину вытирать. Да мало ли дел в трактире? Были бы руки свободные, а дело я им всегда найду.
Мастер Ортис погладил бороду. Немного помолчал, достал из-за пазухи кожаный кошель, высыпал на стол пригоршню серебряных монет и отсчитал три крупные, четыре мелкие.
– Эта-ва, по деньгам. Давать буду раз в неделю. В месяц два золотых имали. Жить иди на чердак – там место есть. Можешь тюфяк п-стелить. Много за ночлег и еду не возьму. – Гном забрал одну мелкую монетку. – И, эта-ва, запомни: лучше бы тебе рот зазря не открывать. А то, эта-ва, неровен час, опознают и петлю на шею наденут.
– Висельную, – за спиной Велика раздался голос Тима. В руках он держал большую миску с пирогами. Живот у Велика свело, рот наполнился слюной. Он сглотнул и спросил:
– Можно?
– А то! Угощайся. Я плачу. – Тим многозначительно посмотрел на мастера Ортиса.
Тот хохотнул и пробурчал: «Платит он, ага… так я деньги и взял…»
Велик взял пирог и откусил. Он был так голоден, что даже упоминание о висельниках не испортило аппетит.
Мастер Ортис оказался не таким уж суровым, каким представился сперва, – он разрешил Велику приступить к работе утром, а Тиму приказал помочь с одеждой.
Велик в растерянности уставился на Тима. Тот дожевал пирог, закатил глаза и пробурчал:
– За что мне это? Свалился на мою голову, теперь нянчись с ним, – в голосе Тима чудилось скрытая радость.
Они закончили обед и вышли из таверны. Первым делом Велику предстояло пройти пытку покупками и парикмахерской и только потом – познакомиться с тем самым капитаном дневной стражи, с которым несколько часов назад общался Тим.
– Надеюсь, Ник поможет сделать номенар.
– Тим, а может, не надо? – Велик волновался: он был уверен, что стражники-полицейские во всех мирах одинаковы и лучше не попадаться им под руку, если нарушил закон.
Тим только отмахнулся и устремился обратно к юго-восточной Заставе, через которую они прошли утром.
Дома сменяли один другой, незнакомые улочки и переулки пробегали мимо – Тим шел другой дорогой. Велик задумался о странностях этого мира – как так, он переместился и сразу знает язык? Понимает, о чем говорят, читает, еще и пишет наверняка. Внутри развернулось лоскутное покрывало эмоций. Он до дрожи в коленях боялся остаться здесь в одиночестве, не хотел повторить судьбу Иванова. Тосковал по родине: кто его там ждет? Родители, сестра, любимая девушка? А может, он уже женат и маленький сынишка плачет, не может уснуть без его сказки? Велик чувствовал себя так, будто из его души вырвали важную часть и теперь он должен чем-то заполнить эту пустоту.
– Ве-е-елик! – голос Тима выдернул его из задумчивости.
Они стояли перед приземистым одноэтажным домиком с вывеской «Расчесошная».
– Нам сюда. – Тим указал на входную дверь. – Надо привести тебя в порядок. Ты не думай, это нормальное место. Просто денег ни у тебя, ни у меня на нормальный «Салон для господ» нет.
Велик пробормотал согласие и поплелся вслед за Тимом.
Через час они вышли остриженные по последней моде, как сказал мастер Бонбон, – чуть удлиненные пряди едва прикрывали уши, косые челки с проборами, справа у Тима и слева у Велика.
Тим потащил Велика дальше – теперь необходимо было купить одежду. Мастер Ортис был прав, он платил хорошие деньги. Велик смог купить сапоги, башмаки, белье, двое штанов. Пока он выбирал рубахи, Тим без устали подшучивал:
– А в этой ты на моего учителя чистописания похож. А в этой на деревенщину! – Тим громко рассмеялся. Велик натянуто улыбнулся продавцу и все же отказался от красной рубахи, которую примерял до этого. Легкая обида от подколов Тима невесомым облаком повисла между ними.
Велик выбрал пару простых белых рубах, а Тим – несколько с золотым и серебряным орнаментом на вороте и рукавах.
В лавке верхней одежды господина Навси Тим напомнил, что скоро заканчивается смена у капитана Риттера и им стоит поторопиться. Велик уже час не мог выбрать между тремя плащами: тонким осенним, пропитанным непромокаемым составом; теплым осенним для первых холодов; и зимним, стеганым, с заячьей опушкой. Если он не сможет найти Кристалл в ближайший месяц, то все три плаща ему пригодятся. Денег осталось мало, а предстояло еще за номенар заплатить, если, конечно, Риттер согласится помочь.
– Вел, хватит думать о плащах. Забирай все три и пойдем уже. Я устал. – Тим уселся на табурет и с надеждой уставился на Велика. Сейчас он был похож на спаниеля, который очень долго возился с новой игрушкой, и вот она ему надоела, он сложил голову на лапы и ждет, чем же еще хозяин будет его развлекать.
Велик вздохнул и попросил упаковать один тонкий плащ с пропиткой.
По дороге к Заставе Тим пустился в пространные рассуждения.
– Велик, я вот не знаю даже, завидовать тебе или нет. – Он перехватил поудобнее свертки с одеждой, которую купил себе.
– А чему завидовать?
– Ну, ты можешь начать все сначала: новый мир, новое имя, новая жизнь.
– Нашел чему радоваться! Ты вон знатный господин какой-то, перед тобой стражник на Заставе так расшаркивался, так расшаркивался. А я кто? – От горечи защипало в носу, но Велик быстро взял себя в руки.
Тим странно скривился. Немного помолчал, а потом нарочито весело предложил:
– Давай придумаем тебе фамилию! Как тебе Серединкин?
Велик опешил от резкого перехода, но мысленно поблагодарил Тима за то, что не стал развивать прошлую тему.
– Серединкин? Ты в своем уме?
– А что насчет Бряксона? – Тим громко рассмеялся. – Да ты и так брякнулся рядом с моей поляной. Качественно так, что свой весипед развалил.
– Велосипед, – поправил приятеля Велик и рассмеялся.
Тим со всех сил старался разрядить обстановку. Пусть неумело, но веселил его, проявлял заботу.
– Тим, а как на твоем языке «чужой»?
– Ал'иен, а тебе зачем?
Велик резко остановился.
Велик тряхнул головой, прогоняя наваждение.
– Вот же этан! Нельзя тебе такую фамилию брать! Любой эльф, посмотрев на тебя и услышав имя, сложит три и три.
– Три и три? – Велик улыбнулся.
– Ну, так говорят у нас. Первое «три» – это Древние страны, возникшие изначально. Второе – три государства, которые возникли в ходе Великой Войны. Потом как-нибудь расскажу.
За разговором Велик и не заметил, как они подошли к Заставе. Солнце спряталось за крепостными стенами, наступили сумерки, но факелы еще не зажгли. Тим попросил подождать на улице. Велик сложил покупки на землю, прислонился к столбу с указателем улиц и прикрыл глаза. Вдруг раздался громкий свист и крик:
– Я вас сейчас за Стену отправлю! А ну, п-шли отсюда! – В ответ послышался мальчишеский хохот и удаляющийся топот.
Велик оглянулся на ругань, которая доносилась с крыльца сторожки. Оттуда на него смотрел Тим и что-то оживленно обсуждал со своим другом, высоким молодым мужчиной. У него была темная, почти черная кожа, широкий разворот плеч, короткая стрижка.
Тут вспыхнули факелы уличного освещения. Велик вздрогнул и на секунду задумался о том, как они горят. Он не видел служащих, которые бы их зажигали.