Светлана Файзрахманова – Сказочный остров (страница 1)
Светлана Файзрахманова
Сказочный остров
Глава 1
Если вы когда-нибудь просыпались с полным ртом водорослей и стойким ощущением, что вчерашний корпоратив закончился падением в аквариум с морепродуктами, то вы меня поймете.
Я с трудом разлепила один глаз. В него тут же попал песок. В голове гудел набат, воспоминания о вчерашнем, да и о позавчерашнем дне стерлись подчистую, оставив лишь мутные воспоминания и чей-то крик: «Дашка, держи кокошник!». Какой кокошник? Я — главный бухгалтер в фирме «Милый прикид», или Машка так диадему назвала?
Я приподнялась на локтях. Вокруг расстилался живописный берег, шумело море, а в воздухе почему-то воняло жареными семечками. Слева раздалось отчетливое и басовитое: «Ко-ко-ко!».
Я медленно повернула голову. На берегу, переминаясь с ноги на ногу — причем ноги были покрыты желтой пупырчатой чешуей, оканчивались внушительными когтями и по толщине напоминали опоры ЛЭП, — стоял самый настоящий двухэтажный отель. Деревянный, с резными балкончиками, мансардой и обнадеживающей вывеской «Grand Resort Buyan 3 (всё включено)».
Отель присел, почесал резным наличником за ухом — то есть за водосточной трубой — и замер, выжидательно глядя на меня панорамными окнами первого этажа.
— Ну, здравствуй, белая горячка, — философски заметила я, отряхивая юбку-карандаш, которая после ночевки на пляже выглядела как жеваная гармошка.
Раз уж галлюцинации начались, нужно идти с ними на контакт, желательно — к стойке регистрации. Я решительно зашагала к этому пернатому памятнику архитектуры. Дверь скрипнула, впуская меня внутрь.
За дубовой стойкой, на которой спал огромный черный кот, восседала классическая пенсионерка с седым пучком волос. Она меланхолично вязала толстый, колючий на вид носок из серой шерсти. На меня, потенциальную постоялицу, она даже не взглянула.
— Эм... Доброе утро? Ранний заезд оформляете? — вежливо начала я, вспоминая все свои навыки общения с вахтершами.
Старуха молча отложила спицы. Засунула морщинистую руку в необъятный карман своего фартука и, не глядя на меня, выудила оттуда три предмета. Она протянула их мне, положив прямо на стойку ресепшена рядом с хвостом кота. Я недоверчиво скосила глаза. Мне предлагались:
1. Ключ с номерком «333».
2. Массивная медная пуговица с изображением якоря.
3. Металлическая пилочка для ногтей, подозрительно напоминающая строительный рашпиль.
— Это на всякий случай, сама разберешься, — скрипучим, как несмазанная дверная петля, голосом произнесла бабка-администратор.
— И где тут номер 333, этажей то всего два?
— На чердаке.
— А что, обычные номера все заняты?
— Так сезон курортный.
Я машинально сгребла этот «набор выживальщицы» в свою сумочку, которая чудом осталась болтаться у меня на плече. В голове вертелась тысяча вопросов. Где я? Как отсюда выбраться? Почему моя гостиница страдает птичьим гриппом? Но интуиция, воспитанная годами чтения детективов, подсказывала: спросишь очевидное — получишь по лбу клюкой.
Поэтому я задала самый насущный женский вопрос, который волновал меня с момента пробуждения на песке:
— Слушайте, бабуль... — я доверительно облокотилась на стойку. — А в моем номере туалетная комната есть?
Старуха замерла. Ее губы дрогнули. Затем она открыла рот и зашлась мелким, сухим смехом, от которого двухэтажный отель тоже затрясся, жалобно звякнул ключами на стенде и пару раз квохтнул.
— Ну и ладно, в луже посмотрюсь, сервис тут, конечно, ни к черту, — проворчала я.
Я толкнула скрипучую входную дверь и вышла наружу. Отель услужливо подпихнул меня под зад гигантским куриным коленом, придавая ускорение прямо с крыльца.
— Эй, окорочка убрал! Я жалобу в Роспотребнадзор напишу! — возмутилась я, чудом удержавшись на ногах и поправляя помятую юбку.
Впереди разросся сказочный сад. Над верхушками яблонь с живительными плодами пролетело что-то подозрительно похожее на Змея Горыныча размером с упитанного бройлера из Чернобыля, с тремя клювами, а из кустов доносились звуки, словно кто-то фальшиво играл на гуслях песню Ирины Аллегровой «Угонщица».
— Что ж, остров Буян, судя по всему. Курортная зона, — вздохнула я, вспоминая школьную программу и покрепче перехватывая сумочку с ключом, пуговицей и рашпилем. — Держись, Буян. Главный бухгалтер Дарья Васильевых выходит на тропу. И не дай бог я тут сломаю ноготь или не найду приличный кофе!
И, стараясь не увязать каблуками во влажном мху, я решительно зашагала в чащу навстречу приключениям.
Глава 2
Я вышагивала по саду с навязчивой мыслью: нужно срочно что-нибудь съесть. Желательно — не магическое и без скрытых проклятий, а то мало ли во что превращусь. Отрастить хвост или пятачок в мои планы не входило. «Вот тебе и сказочка, — мрачно размышляла я, продираясь сквозь живописные заросли. — Ни тебе приличного бизнес-ланча, ни курьера с доставкой».
И тут в нос ударил божественный аромат. Пахло... Свежей выпечкой, корицей, ванилью, домашней сдобой. Слюнки потекли так стремительно, что возникла реальная угроза захлебнуться. Я ускорила шаг и выскочила на полянку. В самом центре возвышалась настоящая кирпичная Печь. Из трубы весело валил дымок, а на выбеленном боку красовалась кривоватая надпись: « спросить Печника».
— М-м-м... — плотоядно протянула я, подходя ближе. — Здравствуйте, уважаемый... э-э... почем нынче булочки?
Печник внутри агрегата недовольно скрипнул заслонкой: — Ага, новенькая. Чё надо? Не видишь, я работаю? — голос из недр печи напоминал ворчание старого советского холодильника. — Я... э-э... — я снова облизала губы. — У вас там, кажется, что-то очень вкусное готовится?
— Ишь, догадалась! — Печник фыркнул, и из трубы вылетело облачко дыма. — Булочки с маком. С корицей. Пирожки с капустой. Да всё есть! Только не про твою честь.
— Это еще почему?! — возмутилась моя внутренняя главбухша. — Я платежеспособна! У меня... — я лихорадочно порылась в сумочке, — вот! Пуговица медная. Почти винтаж. Или... — я выудила пилочку, — универсальный инструмент для маникюра и педикюра в одном флаконе!
Печник закашлялся (или это был смех? С нечистью никогда не угадаешь). — Не-не-не, милочка. Мне твои побрякушки даром не сдались. А вот... — он приоткрыл дверцу, выпустив такую волну аромата, что у меня подкосились ноги, — молодильное яблочко мне бы пригодилось.
— Зачем вам яблоко? — искренне изумилась я. — Вы же нечисть!
— А у меня радикулит, артрит! И... — голос Печника дрогнул, — простатит! А молодильные яблочки ох как помогают! Съешь одно — и как новенький! Я скептически посмотрела на него.
— Ладно, — вздохнула я и развернулась в сторону сада.
— Принесешь яблочко — получишь булочку! А не принесешь... — он зловеще лязгнул печной дверцей, выплюнув сноп искр, — останешься без обеда.
Я побрела в указанном направлении. В животе призывно урчало, рот снова наполнился слюной при воспоминании о корице. Через пять минут тропинка вывела меня на полянку, посреди которой стояла раскидистая яблоня.
— Здравствуйте, — вежливо начала я. — Можно у вас яблочко попросить?
Яблоня вздрогнула. Ее кора сморщилась, став похожей на лицо крайне оскорбленной старушки.
— Опять?! — прошелестела она тонким голоском. — Все ко мне ходят за яблочками! А полить никто не догадается! Все только и знают: «Дай яблочко! Дай яблочко!»
Я тяжело вздохнула. Вот тебе и сказочный остров. Сплошные претензии, требования и нехватка кадров.
— Послушайте, — сказала я, стараясь применять тон для общения с налоговыми инспекторами. — Я понимаю, вам тяжело. Но мне жизненно необходимо одно яблоко. У Печника радикулит, понимаете? Артрит. И... — я тактично понизила голос, — простатит.
Яблоня фыркнула. — А мне-то что за печаль? У меня корни сохнут! Земля месяц дождя не видала! Посмотри, трещины на коре какие! Я тут вялюсь, как вобла на солнцепеке, а вам только яблочки подавай! Я огляделась. Земля под деревом и впрямь напоминала такыр в пустыне. Рядом сиротливо валялось ржавое ведерко, а чуть поодаль весело журчал ручеек. «Ну что ж, — философски подумала я. — Из главных бухгалтеров в подсобные рабочие. Карьерный рост налицо».
— Ладно, — смирилась я. — Сейчас я вас полью.
— Поторопись только! Ишь, какие все современные пошли, неторопливые, ничего не умеют... Не то что раньше, — сварливо буркнула яблоня, но в ее скрипучем голосе промелькнула надежда.
— А где все-то? — поинтересовалась я, подбирая ведро.
— Так знамо где! Все в Москву на заработки подались. Я подошла к ручью. Вода оказалась чистой и ледяной. Набрав полное ведро, я вернулась и аккуратно вылила воду под корни. Пересохшая земля с жадным шипением впитала влагу. — Ой... — блаженно прошелестела яблоня. — Как хорошо... А еще можно? Я вздохнула и пошла за второй порцией. Потом за третьей. Пока ходила к ручью, решила заодно обеспечить клиенту полный сервис: нашла крепкую палку с отростком и принялась рыхлить землю у корней.
— Осторожнее! — тут же взвизгнула яблоня. — Корни не повреди!
— Извините, — огрызнулась я, утирая пот. — Я вам не агроном, я бухгалтер!
— Оно и видно!
Через полчаса я стояла, опираясь на палку, как на посох, и тяжело дышала. Зато яблоня выглядела как после спа-салона: листья посвежели, ветви гордо распрямились.
— Ну что, — подытожила я. Дерево качнуло ветвями, и крупное, румяное яблоко упало прямо мне в ладони.