Светлана Файзрахманова – Гимназистки Книга 2 Петербург (страница 2)

– Знать, это Еганов Игнат Фомич, – покачала головой Эльга. – И бандитскую ватагу Ваньки Копытина, выходит, он прикончил. Был Васькой Лопатиным, а теперича в Еганове обжился. Барином стать вздумал, видать. Как же семья его тёмной сути не приметила?

– Барон Медякин поведал мне, когда мы с бала домой возвращались, что они всего год назад в Вятку переехали из-за долгов. Отец его имение проиграл в карты, так что они столичный дом внаём отдали, а сами на те деньги в Вятке и живут. Да ещё и Игнату Фомичу пришлось в гимназию на службу устраиваться. Батюшка его от горя заболел да слег. Приступ с ним приключился, – поделилась Наташа.

– Но ведь, выходит, он  плохих людей устранил. Интересно, а как при революции поступит, на чью сторону встанет? Может, не следует пока его душу в сосуд заключать? – задумалась я.

– Да, дела, – отозвалась Татьяна.

– Не запамятовали вы случаем, что он вам угрозу несет? Да и скольких ещё девиц погубит, – предостерегла Эльга.

– А как у вас дела-то, невестушки? Уж прижились в семьях-то али как? – перевела она разговор.

– Прижились, – ответила Наташа.

– Ты что-то видела, Эльга? Опять травку курила,– с любопытством спросила я.

– Видела, видела. Вот Танюша замуж в сентябре пойдёт, а Наташа следом за ней последует, – улыбнулась травница.

Мы с Таней переглянулись.

– И что ты молчишь? – спросила Татьяна. Наташа лишь пожала плечами.

– Что у тебя с карьерой журналистки? – перевела стрелки Наташа.

– Отец поговорил с дядей. Вы помните, он главный редактор “Вятских губернских ведомостей”. И вот, дядя поинтересовался, о чём может писать молодая девица, не ведающая жизни? А я ответила, что могу писать о политике, например, что власть имущие игнорируют очевидное, что нам грозит революция, и что нужно улучшать условия рабочих, дабы избежать кровопролития, – откровенно призналась я.

– И? – в унисон спросили подруги.

– Дядя упрекнул отца, мол, это его влияние, и что подобные вещи юной девице знать не следует. А отец уверял его, что ничего такого мне не говорил. И потом они оба стали расспрашивать, в каком это подпольном социалистическом кружке я состою, – с кривой ухмылкой поведала я.

– Ой, дура, – отреагировала Наташа. – Совсем с ума сошла. Ты правда думаешь, что сможешь своими статьями изменить ход истории? Революции нам не избежать.

– Я уже поняла, что погорячилась. Так что просто напишу художественную книгу о ясновидящей, которая расскажет о ближайшем будущем. Дозировано и осторожно.

– Ну-ну, флаг тебе в руки и барабан на шею,– прокомментировала Татьяна мой последний аргумент с иронией.

– Давайте вернемся к Еганову, –  повернула я разговор в нужное русло.

Эльга молча слушала нашу перебранку, а потом не удержалась и спросила:

– А в Вятке-то останетесь? Али куда от вашей революции сбегать намерены? Да и мужей-то своих как уговаривать будете?

– Надо будет подумать, – ответили мы. – А ты с нами?

– Мне всё равно тут оставаться нельзя, – сказала она, и внезапно морок исчез. Перед нами предстала красивая азиатка, на вид около тридцати пяти лет, со светлыми волосами и ярко голубыми глазами.

– Обалдеть, – выдохнули мы.

– Это мой истинный облик, – заговорила она теперь совсем иначе.

– Ты действительно мало на наших женщин похожа, – заметила я.

– Живу в вашем мире уже шестьдесят четыре года, и приходится притворяться, будто старею. Фёдор считает меня своей бабушкой, а в истинном виде показываться не гоже. Так что как только женю “внука”, оставлю ему дом и перееду.

– Так и будем бегать от Еганова? Или всё же подумаем, как от него избавиться? – напомнила Наташа.

– Но, мы выяснили, что иногда он бывает и полезен для общества, – заметила Таня.

– А расплата за его пользу – девичьи жизни. А что, если он снова на нас нападёт? И к тому же он ещё не понял, как мы выжили, вряд ли оставит этот вопрос без ответа. Нет, надо от него избавляться, – решительно сказала я.

– Согласна, – поддержала Наташа.

– Где же твой сосуд, Эльга? Все ли помнят заклинание, которое переместит его душу в него? – спросила я. Девушки кивнули.

– Читать заклинание придётся той, у кого будет сосуд. Да и стоять смирно, дожидаясь конца заклинания, он вряд ли согласится, так что нужно что-то придумать. Можно попытаться опоить его сон-травой, – советовала Эльга, вешая мне на шею кулон-кувшин на серебряной цепочке. Он переливался и светился словно бриллиант на солнце.

– Имей ввиду, он может почувствовать его силу и сбежать, – предостерегла Эльга. – Или вовсе отобрать. Он ведь магию Каллахии излучает. Я спрятала украшение под одежду, решив позже надёжнее его укрыть.

Только мы уселись за стол перекусить, как раздался стук в дверь. Эльга пошла открывать, и мы переглянулись.

– Добрый день, Эльга, могу я увидеть Наталью Ильиничну? – на пороге стоял барон Медякин.

– Проходите, барин, – ответила Эльга, накинув на себя морок старушки. – Потрапезничайте с нами, чем бог послал.

– Благодарствую, – ответил он, усаживаясь рядом с Наташей за стол. Пока мы обсуждали наши вопросы, Наташа быстро замесила тесто, а Таня занялась измельчением мяса на фарш. Я же лепила пельмени. Эльге нравилось это блюдо и мы решили ее порадовать. Лето стояло на дворе, и много лепить не пришлось, морозилок в то время не было, а жаль. Мы лишний раз попереживали о том, как нам было хорошо в двадцать первом веке. Аромат сваренных пельменей стоял на всю избу.

– Интересные подает вам тут бог кушанья, – с любопытством принюхался Медякин. – Как в ресторане. Уж не Наталья ли Ильинична содействовала?

– Эти барышни все в искусстве кулинарии хороши, – похвалила нас Эльга.

– Ну, это и понятно, подруги, секретов друг от друга не держат, – заметил барон Медякин.

Перекусив, начали собираться по домам.

– Как ваша нога, Светлана Сергеевна? – поинтересовался барон Медякин.

– Лучше, благодарствую. Вот приехала к Эльге травок прикупить, на врачей надежды мало, – ответила я, протягивая Эльге деньги. Она вышла в сени и вернулась с холщовым мешочком сушеной травы, шепнув: – Сон-трава. Я кивнула в ответ. Мы вышли на крыльцо. Эльга также вручила нам по свежеиспечённой булке: – Слуг покормите, а то они давненько тут стоят, вас ожидаючи.

***

– Что-то вы долго, барышня, – заметила Дашка, жуя вкусную выпечку.

– Подружек повидала, разговорилась, – ответила Татьяна, отворачиваясь, давая понять, что продолжать беседу не желает.

– Так ведь недавно на балу виделись, Муза Карловна осерчает, ругать вас будет, – не унималась Дашка, но ответа больше не последовало.

"Столько времени у Эльги просидели, а план, как душу колдуна в кувшин заманить, так и не придумали," – задумалась она. Семён понукал лошадей, и карета, останавливаясь лишь на перекрёстках, стремительно доставила их до дома.

"Дом, милый дом," – подумала Татьяна, глядя в окно кареты. Семён подал барышне руку, и она, уже привычно, неспешно спустилась по ступенькам и остановилась на крыльце. Слуга пошёл распрягать лошадей, а Даша, задержавшись, смотрела на замершую у клумб хозяйку.

– Цветы бы полить, завяли, – приказала она и вошла в дом.

– Наконец-то. У нас  гости тебя дожидаются, а ты всё по травницам ездишь, – зашипела тихо Муза Карловна на ухо дочери. Таня отстранилась, прошла в гостиную, приветливо улыбнулась гостям и поздоровалась. Чарли радостно махая хвостом, забежал в комнату и улегся у хозяйки в ногах.

– Все хорошо, непрошенных гостей не было? – спросила она мысленно пса.

– Все спокойно, хозяйка, – ответил он.

– Ага как в Багдаде, – пошутила она в ответ, но стоило отвлечься от ментального общения с фамильяром и вернуться в реальность.

– Танечка, я так скучал без вас, – воскликнул Марк, вскочив на ноги. – Что вы делали у этой страшной старухи?

Очень хотелось пошутить: "Кровь младенцев пила", но, подумав, что шутка не будет оценена, она сказала:

– Купила у неё успокоительный сбор для маменьки. Она очень нервной стала в последнее время.

– Ах, эта подготовка к свадьбе так изматывает мои нервы, – призналась Муза Карловна.

Таня же подумала: "Скорее бы уже свадьба, а с Марком я как-нибудь разберусь".

– Мы приготовили Ваше приданое. Поместье ждёт молодых, – с улыбкой говорила Муза Карловна, поглядывая на будущего родственника.

– Что ж, отлично, – кивнул Штефан Вайс, с одобрением заметив:

– Моя будущая невестка становится всё краше с каждым днём. И, как видно, здоровья у неё как у молодой кобылки. Надеюсь, Марк, ты не заставишь нас долго ждать внуков.

Марк покраснел как девица, Муза Карловна ахнула, будущий свёкор рассмеялся, а Татьяна осталась невозмутимой и никак не отреагировала на шутку старшего Вайса.

– Завидное самообладание, учись, сын. Впрочем, я доволен своей будущей невесткой.