Светлана Данилина – Конференция (страница 12)
– Да какая разница, Мань! Я эту вашу дурь не разбираю. Чё хотела?
– Это по докладу. И спросила, во сколько вылетаем, – не очень-то посвящает своего странного спутника в подробности Марина.
– Нигде покоя нет! – с досадой говорит он.
– Отвезёшь? – спрашивает она.
– Куда я тебя в два часа ночи повезу? – взвивается он. – Мне ж утром на работу! Такси вызовешь и доедешь!
Вы возмущаетесь, представив, как бедная Марина поедет в аэропорт одна ночью на такси, а Алик продолжает со скандальными нотами в голосе:
– Я, между прочим, физически работаю! Не то, что некоторые. Языком: «Бла-бла-бла»! Пришла, халатик белый нацепила. «Рот открой! Рот закрой! Дыши-не дыши!»
Марина не успевает ничего ответить – раздаётся звонок. И она опять долго говорит по телефону по-латышски.
– Ну чё, ты сказать не можешь, что отдыхаешь? Выходной, Мань! – возмущённо отмечает конец её беседы Алик.
– Успокойся, – отвечает она.
– А ты приёмник сняла? – вдруг спохватывается он.
– Ой, нет! – говорит девушка.
– Ну Мань, ну ты чё, совсем, что ли? Его ж украдут!
– Да не украдут, – урезонивает Марина мужчину, – среди бела дня!
– Ага! – начинает причитать Алик. – Там стоянка фиго́вая!
– Ну прости, забыла.
– У Митрича в прошлом году стекло разбили и вытащили.
– Да ничего не будет.
– Ага! Мань, сходи, сними!
– Слушай! Это моя машина! Что ты заводишься?
– Твоя! А чинить кто будет? Пушкин? Или эти твои – проктологи?
Марина не отвечает.
Опять звонит телефон, но мелодия уже другая.
Очень быстро музыка, почему-то именуемая «шансоном», смолкает.
На сей раз разговаривает Алик. Голос его странно меняется, фразы становятся замедленными, он словно поёт их. И, как будто смакуя все произносимые слова, отделяет одно «драгоценное» предложение от другого длинными весомыми обстоятельными паузами. Вы даже слышите, что он при этом с удовольствием и значительно улыбается:
– Приве-е-ет, Диан!
– Не-е-е-е-е!
– Я завтра не могу-у-у.
– Рабо-о-отаю.
– Да-а-а.
– Тогда приеду – посмотрю.
– Во-о-от…
– Да ты сама подгреба-а-ай!
– Ну пока-а-а.
– Что у неё там? – коротко спрашивает Марина.
– Да что-то машина плохо заводится. Ду-ду-ду, а не схватывает! Понимаешь? Зажигание, наверное. А я ей ещё на той неделе говорил, чтоб заехала! Чё тянет? Давно надо было отремонтировать. Как будто некому!
И у вас появляются нехорошие подозрения насчёт позвонившей Дианы и ставшего вдруг активным, деловым, заботливым и при этом каким-то томно-расслабленным и приветливым Алика.
Голоса за дюной надолго стихают.
Вы, лишившись впечатлений, отправляетесь купаться.
Вода сначала кажется вам обжигающе-холодной, но при выходе она вдруг становится очень тёплой и приятной.
Когда вы, освежившись и встряхнувшись, возвращаетесь к своему бревну, то опять попадаете в диалог.
– Дай бутерброд, – слышен из-за песка голос вашего соседа.
– Держи! – откликается через какое-то время Марина.
– А это с чем? – подозрительно интересуется Алик.
– С колбасой.
– А с ветчиной, что, не взяла, что ли? – возмущённо ахает он.
– Нет, – просто и без объяснений отвечает женский голос.
– Я ж просил! Говорил: «С ветчиной сделай!» – продолжает ныть привередливый Алик.
– Её там мало осталось. Ешь этот! – отрезает Марина.
– Ни о чём попросить нельзя! Ты дура, Мань!
И вы слышите, как неразборчиво и противно с набитым жующим ртом Алик произносит эту фразу. Голос его утробно вибрирует от аппетита и удовольствия.
Но маяк вас ждёт, и вы решаете наконец продолжить путь.
И когда собираете свои вещи и встаёте, то видите выходящего из-за дюны дожёвывающего бутерброд Алика.
Любопытству вашему нет предела. Вам уже очень интересно посмотреть на это чудо чудное и диво дивное. Ничего хорошего и симпатичного вы не ожидаете увидеть. Но реальность превосходит все смелые предположения. Кому может подчиняться и чьё хамство безропотно терпеть «красавица, спортсменка и умница» Марина? Вы предвосхищаете лицезрение какого-нибудь самовлюблённого квадратного амбала.
Но к морю выходит тщедушный невысокий задохлик на коротеньких кривых тоненьких ножках. Пивное пузико нависает над его длинными ярко-зелёными с крупными белыми полосками-лампасами пляжными «труселями». На предплечье красуется большая разноцветная красно-сине-зелёная витиеватая наколка.
Лицо Алика красно, узко и невыразительно.
Глазки мелки, головка плешива, шейка тонка, ручки щуплы, тельце нескладненько и неладненько.
Он вразвалочку подходит к самой кромке воды и осторожно пробует её пальцами своей белой с синими венами ноги. Но проворная озорная волна набегает на всю ступню.
– У-у-у! – громко «дурниной» вопит Алик, трясёт бледной нижней конечностью и опасливо отпрыгивает от весёлых хулиганистых волн.
За дюной вскакивает красавица Марина и встревоженно смотрит на своего беспокойного заморыша.
А вы оставляете эту странную парочку недалеко от вашей стильной коряги и продолжаете путь к маяку.
Вы уходите и невольно уносите с собой ворох впечатлений, искренне сочувствуя Марине и дивясь её выдержке, терпению, благородству и странному вкусу.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.